Ненормальная война - Александр Тамоников

– Потому что сытый, – ответил Павел.

В лесу было тихо и как-то непривычно мирно.

Через два часа вернулись Грубов и Вдовенко, доложили, что на дороге замечена активность. Снуют военные и люди в милицейской форме. Тела уже увезли.

Обнаружена знакомая фигура – рядовой Грицуля. Он объяснял офицерам, что случилось. Судя по жестикуляции, сильно преувеличивал. Когда погибли товарищи, вступил в бой с превосходящими силами врага, а когда закончились патроны, пришлось отступать. Но оправдания ему не помогли. Похоже, Грицулю поместили под арест.

Военные пребывали в озадаченности. Ясное дело, что линию фронта пересекла разведывательно-диверсионная группа противника, но где ее искать? И их ли это дело? Снимать войска с линии фронта и отправлять на прочесывание местности?

«Нужно уходить из этого леса, не искушать судьбу», – подумал Павел.

Еще через час вернулись Винничук с Корвичем, оценили на троечку художественные способности командира и доложили о ситуации на противоположной стороне. В Сабитово войска стоят в центральной части поселка, где расположены кафе, ресторан и другие злачные места.

Улица Гетмана Чернинского выходит за город и тянется берегом вытянутого пруда. Попасть на нее можно с юга, минуя лишь один дорожный пост. Есть и другой вариант: съехать с дороги и часть пути преодолеть под обрывом, мимо поста.

Жилище военкома – здоровый коттедж на краю улицы, обнесен кирпичным забором. Территорию охраняют накачанные парни в штатском с нарукавными повязками. Собак не видно, да их и не надо. Эти парни дадут фору любым псам.

– Что за повязки, мы не разглядели, – сказал Корвич. – Но явно не ДНД. Хозяин, похоже, отсутствует. Рабочий день еще не закончился. Поэтому охрана пока малочисленная.

Винничук как-то загадочно улыбнулся и достал из кармана служебное офицерское удостоверение в синих корочках.

– Держи, командир, может, пригодится. Документ выдан капитану Буниченко, командиру роты связи полка механизированной бригады. В темноте сойдет.

– Парни, вы охренели? – ахнул Павел, открывая документ. – Вы кого там замочили?

– Никого мы не мочили, – с обидой проговорил Корвич. – Обратно вдоль пруда шли. Место уединенное, красивое. Офицерик на пикник приехал с двумя телками. Шашлычок, коньячок, все дела. Там такие запахи, командир!.. Потом они купаться пошли. Веселые все такие, говорливые. Давай плескаться голышом.

– Ох, сочувствую вам, мужики. – Вдовенко покачал головой. – Натерпелись вы там!

– Пока они там купались, Яков и вытащил из френча удостоверение, – закончил Корвич. – Хотел еще шашлык прибрать к рукам, но я не дал.

– Офицер уже пьяный был, – объяснил свои мотивы Винничук. – В ближайшие часы он о своем удостоверении даже не вспомнит. Потом будет искать, решит, что потерял где-то, начальству побоится доложить.

– Ладно. – Павел улыбнулся. – Разберемся. Но впредь воздерживайтесь от подобной инициативы. Корвич и Шумский – на пост. Смена через два часа. Остальным перекусить и спать. Понимаю, что день, но надо себя заставить, мужики. Что-то мне подсказывает, что в ближайшие сутки нам будет не до сна.

Позднее Павел с улыбкой вспоминал этот рейд, легкую разминку перед тяжкими испытаниями. Густые сумерки, автомобильная поездка по темнеющей пасторали.

Объехать пост силовиков оказалось проще простого. Там царило веселье, смеялись женщины. Звон посуды заглушали призывы выпить за Украину для украинцев и грядущую победу над москалями.

– До чего же милый городок, – поделился своими мыслями Шумский. – Линия фронта недалеко, а у них гулянки, бабы, сладкая жизнь.

– Ты не видел, что творилось в бункере Гитлера в последние дни перед капитуляцией, – с усмешкой сказал Винничук. – Сплошные гулянки, веселье и здравицы в честь скорой победы над Советским Союзом.

– А ты видел? – удивился Шумский.

Особняк на краю дороги производил впечатление, особенно стены, но остановить спецназовцев они не смогли. В десять вечера напротив здания встал размалеванный внедорожник «Тойота». Помимо офицера, сидящего за рулем, никого в нем не было. Во всяком случае, другие головы из окон не высовывались.

Офицер выбрался из машины, вразвалку подошел к монументальной калитке, в которой было прорезано окошко. Автоматически включилась лампа над его головой. Пришла в движение видеокамера, закрепленная на стене еще выше, повернулась, уставилась на гостя сверху вниз.

Павел постучал, подождал, пока кто-нибудь подойдет и откроет. На него уставился хмурый проницательный глаз.

– Вас слушают.

– Добрый вечер, уважаемый. Федор Игнатович дома?

– Допустим. И что?

– Капитан Буниченко. – Павел сунул в окошко удостоверение. – Прислан из Днепропетровска господином Коломойским для серьезного предложения, связанного с вакантным местом областного военкома.

С таким же успехом он мог предложить господину Свинаренко пост главкома Военно-космических сил Украины, которых в природе не существовало.

– Чего-чего? – спросил привратник и прищурил глаза, пытаясь разглядеть содержимое документа. – Эй, послушай, приятель, да это же не ты!..

«Остроглазый ты наш! – подумал Павел. – Конечно, не я».

Впрочем, даже куриная слепота не спасла бы охранника. За окошком послышался сдавленный хрип, пропал угрюмый глаз. Вместо него возникло предплечье, сдавившее горло этого бдительного типа.

Стена вокруг дома была высокой, но преодолимой. Несколько минут назад Рустам Боев в гражданской одежде обогнул участок с тыла, притворяясь пьяным. Колючей проволоки под напряжением здесь не было. Черт возьми, это всего лишь районный военком!

Преодолеть кирпичную стену бывалому спецназовцу оказалось проще пареной репы. Он скатился на участок на задворках, бегло осмотрел территорию, короткими перебежками выбрался во двор. Собачья будка была пуста. Пистолет с навернутым глушителем Рустаму не пригодился.

– В доме вечеринка, командир, – сообщил он по рации. – Военком гуляет, но гостей, похоже, немного. Вокруг дома курсируют двое молодчиков. Вернее, уже один. Он находится в районе калитки и ворот, такой задумчивый, курит. Рядом декоративный кустарник, весьма удобный для сокрытия падшего тела.

– А что у нас с первым охранником? – на всякий случай спросил Павел.

Рустам усмехнулся и ответил:

– Висит на заборе, колышется ветром. В общем, действуйте, командир. Этот парень не смотрит по сторонам, я подкрадусь к нему сзади.

Капитан терпеливо дождался, пока привратник перестанет хрипеть.

Потом Боев оттащил в кустарник обмякшее тело и доложил:

– Порядок, командир.

Откинулась щеколда на смазанных воротах, мягко запели петли. Павел вернулся в машину, въехал в образовавшийся створ. Рустам торопливо закрывал ворота. А дальше все было как по писаному.

– Командир, тот парень, с которым я уже побеседовал, любезно сообщил мне, что территорию охраняют четверо парней, – вполголоса проговорил Боев, подходя к машине. – Это «Правый сектор», автоматы только у двоих. Он не врал, в штаны обделался от страха и говорил только правду. Оттого и жив, но очень плох.

– Хорошо, Рустам, молодец. – Павел вышел из машины, осмотрелся.

К массивному коттеджу прилагались просторный двор, гараж с приоткрытыми створками ворот, какой-то безвкусный скверик с дорожками. Со второго этажа доносился развязный мужской гогот, дополняемый женским хихиканьем.

– И здесь гуляют. – Рустам укоризненно покачал головой. – Не страна, а накрытая поляна какая-то. А еще представитель власти. Нехорошо она здесь попахивает.

– Давно не меняли, – проговорил Павел. – Да бог с ними, пусть гуляют. Жизнь прекрасна и удивительна, хоть это и неправда. Эй, народ, вам особое приглашение нужно?

– А что, уже граница? – пошутил Винничук, первым выбираясь на свет.

Зашевелились, завозились остальные, стали подниматься с пола, с сидений, на которых пребывали в сплющенном виде. Парни выходили из машины, разминали кости, с любопытством оглядывались.

Двор освещал фонарь у входа с мраморными ступенями.

«Впечатляет, – подумал Павел. – Это сколько же взяток надо брать с призывников?»

Раздался взрыв хохота, и что-то задребезжало по карнизу. Пустая бутылка от мартини упала и вдребезги разбилась.

– Да уж, красиво пить не запретишь, – задумчиво изрек Корвич, задирая голову.

– Пумба, Тимон, давайте в гараж, – распорядился Павел. – Осмотреть и доложить! Остальные за мной.

Но из дома уже бежал комитет по встрече. Двое оставшихся охранников если и спали, то не очень крепко. Они услышали, как во двор въехала машина. Молодые, накачанные в спортзале. Из-под коротких рукавов футболок выпирали мускулы, взращенные анаболиками. У одного был автомат, у другого – милицейская дубинка.

Обнаружив машину, размалеванную причудливой символикой, они немного озадачились. Вид людей в форме удивил их еще больше. Они не стали пороть горячку, что было разумно, подошли с серьезными минами, начали озираться и озадачились втройне, не найдя своих товарищей.