Бастарды его величества - Альма Либрем

призрак становился всё прозрачнее. Наконец он вскочил на ноги, отёр руки о полы своего камзола и вновь рухнул на диван.

- Я в нём не ошибся, - надменно протянул он. – Бастард во дворце, моя Диана, но Кэрант ли это? Ты ведь умная девушка. Во мне было столько огня… В этом человеке я чувствую только лёд. Как он может быть моим сыном? Несомненно, я был бы горд! Но, боюсь, у его матери не хватило бы сил, чтобы перебить мою магию. Впрочем, Диана, это неплохая партия. Я бы не прогонял его…

- А кто же тогда настоящий сын? Если ты не уверен в кандидатуре Кэранта?

- Я ничего не могу сказать тебе точно.

Диана не знала, стоило ли ей верить Эдмунду. Ведь он мог и солгать забавы ради, а теперь, в последние секунды своего посмертия, забавлялся, поведя её по ложному пути!

- Мальчик прав, - рассмеялся вдруг король. – Это не Хордон. Какая… какая мерзость! – его хохот давил на уши, и Диана сжалась, пытаясь спрятаться от неприятного звука. – Какая мерзость! Моя милая Диана, - он подошёл к ней вплотную и взял за руки. – Я так рад, что ты куда умнее своей матушки. И уж точно умнее отца… Ты не слепая, Диана. Так не позволь и им замылить твои глаза.

Она не знала, что ответить. Да что там! Диана никогда не видела Эдмунда таким. Он взял её за руки и нежно сжимал ладони, даже покалывание от соприкосновения с призраком не казалось болезненным. Девушка не ожидала, что сможет ощущать хотя бы какое-то тепло по отношению к этому человеку, но не могла спорить с самой собой. Эдмунд перестал пугать. Удивительно, но в какой-то миг она даже почувствовала поддержку с его стороны.

- Я хочу, - твёрдо произнёс он, - чтобы ты была королевой. Лучшей королевой Алиройи.

- Ты ведь всех ненавидел, - покачала головой Диана. – Ты едва не убил меня на свадьбе…

- Корона расскажет правду, - таинственно усмехнулся Эдмунд. – Я уже был слеп и глуп. Не повторяй мои ошибки, Диана. Долгих лет царствования!.. Жаль, что я не могу рассказать тебе всё. Но помни, я не ошибся. Только один мой ребёнок остался в живых. Только один мой ребёнок имеет право на трон и должен править Алиройей до скончания своих дней, подарить стране наследников и упрочить её положение. И я точно знаю: какое б ты решение ни приняла, оно точно будет правильным.

Диана знала короля Эдмунда, как жестокого, своенравного человека. Теперь, когда она смотрела на его полупрозрачный силуэт, стремительно растворявшийся в воздухе, то чувствовала удивительную горечь. Она ведь должна была его ненавидеть! Почему же сейчас хотелось вернуть мужчину обратно и потребовать от него прямой ответ на все её вопросы? Задержать хотя бы на несколько секунд…

Но Эдмунд уходил. В один миг Диане показалось, что от него ничего не осталось, только блаженная, мечтательная улыбка и колкое прикосновение к её рукам. А после она почувствовала сильный толчок в грудь – словно король, изменив своё мнение, решил убить собственную вдову напоследок. Сердце будто бы объяло пламя, и она вспомнила ощущения от его горячей, душной, смертельной магии.

Диана пошатнулась. Кровь мчалась по жилам, будто обезумев. Кожа её теперь была горячей наощупь, и дикое, обезумевшее сердце пыталось вырваться с груди. Королева задыхалась. Ей казалось, что каждый раз, выдыхая воздух, она выпускает струи невидимого пламени.

В дверь постучали, и она с трудом подняла голову. Прижала ладони к щекам, пытаясь понять, не горят ли они. Оглянулась, но Эдмунда, разумеется, нигде не было.

- Открыто, - прошептала Диана, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание.

Глава двадцатая

- Ваше Величество! Как я рад, что вы одна...

Она обернулась. В какое-то мгновение Диане даже показалось, что Эдмунд вернулся, теперь уже материальный. Она боялась не так сильно, как прежде, ведь в голове чётко засело осознание, что он далеко не настолько опасен, как ей казалось, но всё же... Нет, королева не хотела, чтобы её супруг воскрес. Она не собиралась становиться его полноценной женой. Как бы призрак не разговаривал с нею, это не снимало с Эдмунда ответственности за содеянное. Убить целую деревню, чтобы избавиться от маленького мальчика!

Неужели Кэрант и вправду не был его сыном?

Но как же всё-таки Хордон был похож на своего предполагаемого отца! Просто одно лицо. Диана, всматриваясь в ненавистные черты, с трудом могла найти хотя бы несколько отличий. Мужчина был чуть ниже ростом, чуть шире в плечах, чуть толще, пусть и моложе, а вот черты лица повторял в точности. Его взгляду, разумеется, не хватало твёрдости Эдмунда, равно как и его жёсткости. И движения...

Король тоже говорил, что Хордон не был его сыном.

- Что вам нужно? - голос Дианы всё ещё дрожал. Сильно болело сердце, она едва стояла на ногах и с трудом концентрировалась на госте.

- Я хотел поговорить о праве наследования, - не стал тянуть Хордон. - Я понимаю, что вам трудно принять решение, но... у них всех нет гарантии! Они не могут с точностью утверждать, что являются сыновьями Его Величества.

- А вы можете? - усмехнулась Диана.

- Разумеется, - Хордон прикоснулся к своему лицу. - Разве вы не видите?

- Вижу... Вижу, - с горечью в голосе произнесла Диана.

Слова Кэранта вновь всплыли в голове. Закрыть глаза, выпустить свою магию, позволить ей залить весь мир, а потом взглянуть на него уже по-другому.

Диана отшатнулась, опёрлась о стол и позволила себе смежить веки. Сила, плескавшаяся в ней, моментально выплеснулась на свободу, и королеве показалось, что она видит каждый уголок огромного мира. Глаза невыносимо жгло, голова раскалывалась от боли, грудь сжимал ненавистный корсет, ставший вдруг таким же тугим, как и тот, в котором она танцевала с Эдмундом.

Она открыла глаза и едва не задрожала от отвращения. На неё смотрело безликое нечто. Казалось, всё лицо Хордона расплавили, всё смешали, пытаясь вылепить из него, как из глины, новый облик. Тело его почти не изменилось, разве что волосы показались ей светлее, но обезображенные черты...

Девушка прижала ладонь к губам, пытаясь сдержать накатившую тошноту. Глаза Хордона были противного болотистого цвета, ни ресниц, ни бровей не осталось. Щёки напоминали какую-то тягучую субстанцию. Подбородка не было и вовсе, что-то смятое, неприятное... Только высокий лоб напоминал об Эдмунде, но разве это какая-нибудь исключительная черта?

Отвернувшись, Диана спешно заморгала, пытаясь избавиться от наваждения. Когда она вновь повернулась к Хордону, его лицо вновь было нормальным, а не обезображенным, не напоминало отвратительную кашу из