И в горе и в радости - Одри Хэсли

Несомненно, он привяжет ее к себе. До той поры, пока она не переберется в Брисбен на постоянное жительство, будут билеты на самолет, зарезервированные номера для романтических встреч. А она, безвольная дура, будет прилетать к нему и позволит бесстыдно собою пользоваться! Но, как, ни странно, эти мысли еще больше возбудили Линду.

В ее смехе было и раздражение, и горькое признание собственного безумия.

— Итак, ты получил все, что хотел, Роджер. Я уже согласна стать твоей. — Она не сказала «любовницей», поскольку в этом слове были оттенки, которые совсем ей не нравились. Слишком мало в нем было любви. Оно было бы уместней в деловом соглашении.

— Учти, я никогда не позволю тебе уйти от… — проворчал он, обнимая ее. — Неважно, от чего.

На этот раз его поцелуй был неизбежен и всепоглощающ. Когда, наконец, Роджер отпустил объятия, Линда вся трепетала — не только от желания.

Боже, что она наделала, безрассудно связавшись с Роджером? Она могла не тратить слов на признания в любви — он и так знал это. Все его поступки и слова выдавали это знание. Линде хотелось закричать, но вместо этого она обвила шею возлюбленного руками, яростно и властно отвечая на его поцелуй. Когда, наконец, она оторвалась от него, кровь в ее жилах бешено стучала.

— Не думай, что можешь унижать меня, раз я согласилась стать твоей возлюбленной. Ты будешь уважать меня или катись к дьяволу!

— Если я когда-нибудь обижу тебя, любовь моя, то с радостью туда отправлюсь!

Это обещание охладило пыл Линды. Будь она полной дурой, почти уверилась бы в том, что Роджер, в самом деле, любит ее. Здравый смысл, однако, подсказывал, что Роджер не способен на подобное чувство. Он рос без любви и женился, не зная истинной любви. Его влечение к Линде вовсе не означало, что он любит ее.

Но ведь она могла бы представить себе… Ведь, по-своему, он, конечно, любил ее. Хотел ее. По крайней мере, в этом она могла удостовериться. Если судить по прошлой ночи, он чертовски сильно хотел ее!

Мысли о сексе вновь вызвали прилив желания, и Линда устремилась по коридору к выходу.

Роджер следовал за ней по пятам.

— Я так понимаю, мы отправляемся за продуктами. Или спешим в поисках уединения? — насмешливо добавил он.

Кровь бросилась ей в лицо. Линда остановилась, готовая обрушить на него поток осуждающих слов. Но, всматриваясь в любимое лицо, видела лишь его чувственные губы и сама способна была думать только о греховных радостях, которые таились в его улыбке.

Она почувствовала отвращение к себе из-за того, что эти шальные мысли овладели ею. Сердито взглянув на Роджера, она сказала:

— Не переоценивай этот поцелуй. Я просто поставила точку.

— И очень чувственно это сделала, — парировал Роджер.

— Так перестань провоцировать меня.

— Я и не пытался. Я думал, немного юмора рассеет напряжение.

— Считай, что ничего не вышло!

— Да, я понимаю.

— И больше не целуй меня. Здесь не место!

— Ты тоже меня не целуй. Хотя мне этого так хочется!

— Не беспокойся, не стану.

— Хорошо. Тогда пойдем.

Линда стиснула зубы, когда он быстрым шагом рванулся вперед. Ей пришлось почти бежать, чтобы не отстать.

— Помедленнее, — проворчала она.

— Извини. Нет времени. Я и так слишком много его потерял.

Роджер снова устремился вперед. Она спешила следом. Мысли ее путались. Потерял время на меня, он это имеет в виду?

Линда хотела уточнить, но суровое выражение лица Роджера не позволяло задавать вопросы. Кроме того, ответ мог ей не понравиться. Поэтому она решила не задавать Роджеру, слишком много вопросов. У нее было предчувствие, что ей никогда не понравятся его ответы. Или Роджеру придется лгать.

12

— Мистер Уилсон…

Присутствующие оторвались от своих тарелок, когда Роджер заговорил.

До этого, казалось, все были заняты собственными мыслями, поглощая жареных цыплят и чипсы. Линду ужасно раздражал Дэн, время от времени бросавший на них с Роджером хмурые взгляды, которые могли вызвать у отца серьезные вопросы, не будь он так расстроен.

— Да, Роджер? — сказал Клиффорд Уилсон.

— Я о том отпуске, что вы с миссис Уилсон планировали…

— Да, так что об этом?..

— Я знаю, вы гордый и самостоятельный человек, но мне было бы очень приятно подарить вам этот праздник. Пожалуйста, примите это как благодарность за доброту, которую вы и миссис Уилсон проявили ко мне тем летом. Это были лучшие каникулы в моей жизни, которые я никогда не забуду.

Дэн громко фыркнул. Отец посмотрел на сына с тревогой.

— Ты не считаешь, что мне следует принять предложение Роджера? — озадаченно спросил Клиффорд Дэна.

Линда умоляюще посмотрела на брата, и тот смягчился, заметив не слишком вежливо:

— Конечно, соглашайся. Он может себе это позволить — верно, Роджер? — добавил Дэн, по-приятельски хлопая Роджера по плечу. — Несколько тысяч для Ллойда всего лишь капля в океане.

Клиффорд покачал головой.

— Не в том дело. Это очень любезно с твоей стороны, Роджер, но я не уверен, что Рут подобная мысль понравится. Она не любит быть кому-нибудь обязанной. Она ведь терпеть не может дорогих подарков.

Линда накрыла руку отца своей ладонью.

— Папа, не глупи. Роджер же сказал, что вы с мамой когда-то подарили ему праздник, и сейчас он делает ответный подарок.

— Полагаю, что так, — вздохнул Клиффорд. — Но пусть уж не слишком дорогой, ладно? Где-нибудь здесь, в Австралии. Какое-нибудь красивое и спокойное место.

— Я знаю такое, — сказал Роджер. — Остров Орфея. Один из самых северных и самых красивых островов Барьерного рифа, и в то же время один из самых уединенных.

И один из самых дорогих, подумала Линда, но промолчала. Дэн, слава Богу, тоже не проронил ни слова, хотя удивленно приподнял темные брови. Похоже, он знал, во что обходится отдых на этом острове.

— Мать всегда хотела провести отпуск на острове, — задумчиво пробормотал Клиффорд.

— Вот и проведет, — твердо сказал Роджер. — Линда, если я дам тебе деньги, ты организуешь поездку? Думаю, лучше всего весной, в мае. К тому времени твоя мама уже окончательно поправится, а в это время года там чудесная погода.

По голосу Роджера Линда поняла, что тот говорит на основе собственного опыта, и это еще раз напомнило ей о разнице в их образе жизни. Роджер всегда может позволить себе любую прихоть, включая возможность отправиться в самые романтические уголки планеты. Как знать? Может быть, и она лишь его очередная прихоть?..

— В мае было бы неплохо, — согласился Клиффорд. — К тому времени я уже уберу урожай. А соседи присмотрели бы за скотиной.