Несносные дочери леди Элизабет - Юлия Арниева

Я лишь покачала головой, но не смогла сдержать улыбку. Мои дочери были неисправимы, но именно такие качества помогли нам всем выжить в тяжелые времена. И пока мы наблюдали, как служанки убирают следы нашей изобретательной «ловушки», а Говард и Нед, спустившийся с крыши, разбирают импровизированные леса, я подумала, что может произошедшее и к лучшему, это подпугнёт настойчивых соседей. А тем временем мы сможем спокойно обустроить наш дом и восстановить маслобойню, не отвлекаясь на незваных гостей и их неуместное внимание.

Глава 20

Утро началось с приятного аромата свежей выпечки, доносящегося из кухни. Дори, как обычно, проснулась раньше всех и уже колдовала у печи. Когда я спустилась в просторную кухню по скрипучей деревянной лестнице, стол был накрыт простой, но чистой скатертью. А на столе на плоской тарелке исходили паром румяные булочки, источающие сладковатый запах корицы и печеных яблок. Рядом стояла глиняная миска с овсяной кашей, украшенной темно-синими и ярко-красными лесными ягодами, и чайник с заваркой из местных трав, от которой поднимался ароматный пар.

– Доброе утро, госпожа, – приветливо улыбнулась старушка, её лицо, испещрённое глубокими морщинами, словно древняя карта, светилось теплотой. Седые волосы Дори были аккуратно спрятаны под белоснежный чепец, накрахмаленные края которого резко контрастировали с её загорелыми руками. – Кашу только что с огня сняла, пока горячая. А булочки с яблоками, последние из кладовой взяла.

– Благодарю, Дори, – улыбнулась я в ответ, садясь за стол и вдыхая дразнящие ароматы. – Ты слишком балуешь нас.

– Что вы, лейна, это же моя радость – видеть, как вы да девочки кушаете, – засуетилась старушка, ставя на стол глиняный кувшин с холодным компотом, чьи запотевшие бока говорили о том, что напиток провел ночь в прохладном погребе. – К тому же день предстоит хлопотный, силы понадобятся.

Не успела я взяться за ложку, как дверь распахнулась, и на кухню влетела Лорен, с раскрасневшимися от утренней прохлады щеками. Её темные волосы были собраны в небрежный узел, из которого выбивались непослушные пряди. За спиной уже висел арбалет на потертом кожаном ремне, а на поясе поблескивал новый кинжал – похоже, моя старшая уже успела проверить конюшню и, судя по удовлетворенному виду и травинке, застрявшей в волосах, состояние Грома её порадовало.

– Доброе утро, мама, – бодро поздоровалась дочь, грациозно усаживаясь за стол и тут же потянувшись к самой большой булочке, от которой поднимались струйки пара, закручивавшиеся в замысловатые спирали в солнечном свете. – После завтрака мне нужно проверить силки. Поставила их вчера вечером у ручья, где видела заячьи следы. Если повезет, к ужину у нас будет свежее мясо.

– Вот уж кто с утра полон энергии, – раздался сонный голос, сопровождаемый протяжным зевком. И в дверях появилась Амели, потирая глаза тыльной стороной ладони, как делала еще в детстве. Её светлые волосы, обычно аккуратно уложенные, сейчас походили на птичье гнездо. Под глазами младшей дочери залегли тени цвета грозовой тучи – верный признак того, что она опять засиделась допоздна, разбирая свои травы и готовя настойки. – Неужели обязательно так рано вставать? Солнце едва поднялось над горизонтом.

– Не всем приятно просыпаться в полдень, когда половина дня уже прошла, – хмыкнула Лорен, отламывая кусочек булочки и отправляя его в рот.

– Я до полудня не сплю, просто… – начала было оправдываться Амели, но осеклась, наткнувшись на мой строгий взгляд. – Доброе утро, мама. Прости, я совсем забыла про манеры.

– Доброе утро, милая, – кивнула я, жестом приглашая её присоединиться к завтраку. – Надеюсь, ты хотя бы сделала перерыв и не сидела всю ночь над своими зельями?

– Я легла… – Амели замялась, присаживаясь на краешек стула и украдкой подавляя очередной зевок, – около трех. Может, чуть позже. Было почти полнолуние, и свет луны идеально подходил для заключительного этапа. Мне нужно было закончить настойку из туманной звезды, пока лепестки не потеряли свою силу. А к утру я должна добавить в неё экстракт морского вереска, иначе все приготовления пойдут насмарку.

В этот момент на кухню вошёл Говард. Как всегда, на широком поясе капитана висел меч в старых, но любовно ухоженных ножнах.

– Доброе утро, госпожа, леди, – поприветствовал он нас, снимая с головы потрёпанную шляпу. – У меня новости – к обеду должен прийти каменщик. Я вчера договорился с мастером Хью, он осмотрит фундамент и стены, оценит работы.

– Это прекрасно, Говард, – кивнула я, вспомнив о своих планах. – А я собиралась сегодня съездить в город. Хотела продать одно из украшений, чтобы у нас были средства на материалы.

– Вам не стоит ехать одной, госпожа, – тут же нахмурился капитан, его кустистые брови сошлись на переносице, образуя глубокую морщину беспокойства. – После истории с леди Амели…

– Именно поэтому я хотела взять тебя с собой. И дочерей тоже, – произнесла я, переводя взгляд с одной дочери на другую. – После всех этих происшествий не хотелось бы оставлять вас здесь без защиты.

– Но, мама, я же говорила про силки, – тут же запротестовала Лорен, а её карие глаза вспыхнули разочарование. – Не проверю их до полудня – и прощай, добыча. Лисы не дремлют, а в этих лесах, по словам Дори, водятся ещё и дикие коты – те вообще оставят от зайца только уши, если доберутся первыми.

– А у меня эликсир, – тихо добавила Амели, поправляя выбившуюся прядь волос цвета спелой пшеницы, которая тут же непокорно выскользнула из-за уха и снова упала на лицо. – Если я не добавлю морской вереск ровно через три часа, придётся начинать всё заново.

Я переводила взгляд с одной дочери на другую, затем на Говарда, который тоже выглядел виновато, теребя седой ус и избегая смотреть мне в глаза – верный знак того, что он тоже считал встречу с каменщиком делом первостепенной важности. Мысленно вздохнула – как всегда, все мои планы рушились из-за обстоятельств.

– Хорошо, – наконец, сказала я, аккуратно промокнув губы краем льняной салфетки. – Значит, поедем завтра…

После завтрака, когда все разбрелись по своим делам – Лорен умчалась проверять свои силки, перекинув через плечо холщовую сумку с запасными верёвками и крючками, Амели скрылась в своей импровизированной лаборатории в бывшей обсерватории, шурша страницами старого травника, а Говард отправился осматривать крышу вместе с Недом, чьи рыжие вихры мелькнули в окне, когда он ловко взбирался по приставной лестнице с молотком за поясом, я поднялась в кабинет баронессы.

Кабинет встретил меня прохладой и запахом старых книг – пыльным, сладковатым ароматом пергамента и чернил. Несмотря на усилия Рут и Тины, выгребавших мусор целый день, комната