Женщины для умственно отсталого - Артем Зинченко

Теперь уже промолчал я, типа, как в знак согласия. Она поняла этот мой знак.

— Потому что, — начала она, — в эти выходные я поеду к нему в Омск. Он уехал туда, чтобы решить вопрос со съемом квартиры. Сейчас он живет там у друга. Я приеду туда, и если он сделает мне предложение — я соглашусь. А самое скверное знаешь, что? То, что по приезду в Омск, я напрочь забуду о том, что есть такой парень как ты.

Это было ударом ниже пояса. То взлет, то падение. То она говорит о том, что я пытаюсь поссорить её с её же парнем, а потом объясняется мне в своих чувствах по отношению ко мне. Теперь же она закончила на том, что она и имени моего в этом своем сраном Омске не вспомнит. Какая же тварь. Блядь. Мразь! Вертихвостка, а ещё… а ещё мразь, и плевать, что я только что писал об этом. Хотелось только одного — хотелось дать ей пощечину, жирную такую, и уйти обратно домой. Оставить её прямо на улице. Довести её до слез, и уйти.

Вместо этого пришлось играть роль старого башмака, у которого вместо сердца уже давно большая дыра, и притворяться, будто я сделал бы так же. Если бы я был на месте Алисы. Но я бы не был. А если бы все-таки был — держал бы свой язык за зубами, ведь говорить такие вещи — это просто низость. Низость, или верх эгоизма — как вам будет угодно.

— Да ты гонишь! — усмехнулся я. — Ты ведь говорила о том, что планируешь выйти замуж только через пару лет, чтобы родить ребенка через пять. И что — ты вот так вот выйдешь за него? Вы ведь даже не жили вместе никогда. А что если у него скрытая форма рака, или он типа ссытся в постель?

— Я буду его выхаживать.

— Да конечно!

— Ой все, завали ебало! — гаркнула она.

— Чего? — протянул я.

Алиса не ответила. Ускорив шаг, она ушла куда-то вдаль. А потом я нашел её на автобусной остановке. Оставался только один вопрос, который не давал мне покоя, я не подумал о нем, когда мы гуляли, и потом ещё очень долго жалел о том, чего так и не спросил. Я положил руку на её плечо, и сказал ей тогда, на остановке, следующее:

— Я буду тебя ждать, — ровным голосом, подытожил я, — если ты выйдешь замуж за него — я буду за тебя безгранично рад, но если нет — ты знаешь, где меня найти.

Она ничего не ответила. В который раз решила пропустить ответ безоговорочным молчанием. Я не знал, когда мы встретимся с ней в следующий раз. И встретимся ли ещё когда-нибудь вообще. Внезапно на остановку подошел автобус. Убрав мою руку со своего плеча, она подалась к средней двери, а я остался буксовать. Хотелось сказать ещё что-то. Какой-то пустяк, от которого у Алисы сорвало бы крышку, и она прижалась ко мне, всем своим телом, но, пожалуй, так если где-то и могло бы быть, то только в мультике по телеку.

Она уехала, а я остался на остановке. Я проводил её взглядом, а после вернулся домой.

17

Вечером того же дня, я написал Алисе в интернете. Спросил, почему она так уверена в том, что Коля позовет её замуж. На самом деле, это был далеко не тот вопрос, о котором я вспомнил намного позднее — нет. До того вопроса прошло ещё очень много времени. Пожалуй, пока я сохраню его в тайне, а расскажу о нем, как раз в тот момент, когда придет время.

Алиса ничего не ответила. Она даже в интернете меня игнорировала! Я написал снова, а потом снова. Ответа не было. Я видел, как она читает мои сообщения, но ответа не было. Внезапно, ноутбук раздался звуком нового сообщения. Это была она

— «Если бы мы были вместе, то чем бы отличались отношения?» — спросила она.

— «По большей части — ничем» — ответил я, без попытки наебать её.

Я ведь понятия не имел о том, что бы сделал, если бы мне посчастливилось на самом деле её отбить. Я старался не загадывать, попутно решая только те проблемы, которые возникали, время от времени. Все-таки загадывать что-либо, в отношениях с занятой девушкой — это вверх глупости на земле.

— «А если бы я все-таки согласилась быть с тобой?».

Её вопросы ставили меня в тупик. Я никогда не думал о том, что когда-нибудь буду обсуждать подобную тему с кем-то. Уж тем более с девушкой, которую пытался отбить. Я так ей и ответил:

— «Я никогда не думал, что смогу отбить тебя на самом деле. Я просто плыл по течению, потому что ты — это то немногое, что случалось со мной за последнее время по-настоящему».

— «То есть ты никогда не планировал, что было бы, если бы я была с тобой? Ты заранее знал, что ничего не будет? Типа игрался что ли? Играл в отношения?»

— «Ну, что-то вроде того…»

— «И все-таки, что было бы, если бы я оказалась твоей девушкой?»

Была ещё пара вопросов подобного рода, но теперь, кажется, я сам поставил её в игнор.

18

Больше мы с ней не встречались. До её отъезда в Омск оставались считанные дни.

Я заметил, что после каждой новой нашей переписки, на моей душе остается след, размером с ту дыру башмака, о котором я писал ранее. Казалось, что эта девушка переняла эстафету и теперь играет со мной. Пытается проверить меня на прочность. Она то и дело ставила меня в неловкое положение в переписке. Однажды, она снова позвала меня гулять. Теперь мы не встречались и вели разговоры исключительно в интернете.

— Не ведись! — воскликнула Рита, когда я позвонил к ней на работу за очередной консультацией.

— Так она же сама меня зовет… — недоумевающе, уточнил я в трубку.

— Это все бабские припоны!

— Что такое припоны? — спросил я.

— Не знаешь, что такое припоны? — она сделала акцент на этом слове.

— Не-а…

— Это типа барьера. Типа защиты. Ну, знаешь, Берлинская стена и все-такое.

— А сразу не могла сказать? Что мне делать-то? — возбужденно, кричал я, в трубку.

— Если она сама тебе пишет — пусть продолжает. Теперь, вы с ней поменялись ролями. Теперь пусть она добивается тебя, а не ты её. Это твоя очередь строить из себя недоступную стерву!

— А если я откажу, а она потом не позовет больше?

— Позовет, — утвердительно, ответила она, а потом продолжила, — или нет. Не знаю. Она ведь сама тебе написала? Значит, точно позовет. Ну, или ты её позовешь. Так и напиши ей, мол: «Я сам тебя позову, а сейчас я немного занят».

Я сделал, как велела Рита. Оставив её на том конце виртуального провода, я написал Алисе, что погуляю с ней в другой раз. Что сам её позову, когда она вернется из Омска, потому как слишком часто она сама зовет меня куда-то гулять. Она ответила отказом. Сказала, что никуда не пойдет. И другого раза не будет. И когда она вернется из Омска — у нее не будет времени.