Будь здоров - Papirus

Все, что требовалось по самообороне отрабатывать дома, я делал под присмотром Свенты, которая заявила, что иначе я обязательно что-нибудь напутаю. Надо признать — помощь ее была мне очень полезна. Учили меня технике самозащиты, разработанной специально для таких, скажем так, массивных и не гибких персон, как я.

Занятия с целителем продвигались, как мне казалось неспешно, а как он говорил — очень даже успешно. Я уже научился тянуть две нити одновременно и заполнять ими два разных узора. Нет. Заполнение узора — это не вливание жидкости в сосуды. Из внешней энергии строился каркас будущего узора, затем, не давая ему разрушиться, следовало, где-то оплести элемент каркаса спиралями нитей, где-то заместить ею, где-то приходилось даже расслаивать нить на еще более тонкие «волокна» для создания необходимых связей. В узловых точках нити просто и легко спаивались вместе, я тут же вспомнил свой узелок и понял, почему господин Лабриано так смеялся. Но эти узелки часто тоже бывали необходимы. Они использовались там, где соединялись блоки узоров, работающих последовательно. То есть сначала один блок выполнял свою задачу, затем другой и так далее. Для того чтобы второй блок не начал функционировать одновременно с первым и требовался один или несколько узелков, которые скрепляли всю конструкцию вместе, но не делали ее единым целым. «Развязывались» они по команде целителя.

К концу семестра еж стал для меня «ручным». Я уже был способен за полминуты покрыть тремя иголками каждый квадратный метр территории радиусом в двадцать метров. За три минуты сформировать усложненный вариант ежа с разрывными иголками со встроенными противомагическими узорами. Такой еж мог пробить и защиту целителя, правда, изрядно ослабленную. Кроме него я научился использовать из атакующих узоров: копье, булаву и секиру. Эти структуры предназначены были уже для поражения одиночного, но хорошо защищенного, противника.

Из защитных структур я освоил простой и активный купола, простой и активный доспех. Простой купол защищал площадь радиусом от пятнадцати до двадцати метров, не давая предметам, двигающимся с определенной скоростью пересечь границу территории, активный же отражал уже всё, что пыталось проникнуть внутрь, не взирая на скорость и, в зависимости от настройки, либо отталкивал объект, либо отталкивал и прошивал иглами, подобными ежиным. Доспехи были аналогами купола, только являлись средством индивидуальной защиты и позволяли передвигаться в них. Были и амулеты, формирующие купола и доспехи. Но их мощности хватало не более чем на час, полтора постоянной работы. Я мог держать такие узоры достаточно долго, а это требовало концентрации и непрерывной подачи нити в управляющий блок, ответственный за восстановление истощившихся участков защитного узора. Тот в первую очередь восстанавливал те участки, где произошел прорыв или существенное ослабление нитей. В случае штурма полога нитей требовалось очень много. Разумеется, управляющий блок имел структуру, содержащую про запас несколько «клубков» готовых нитей, но следовало вовремя пополнять этот запас.

Нити, в активированных узорах не были пассивными. Они с определенной частотой пульсировали и перемещались, как в защитных, так и в атакующих узорах. При этом достигался эффект отталкивания пассивной структуры и рассеивания активной. Проще говоря, камень, стрелу или тело человека доспех и полог просто оттолкнут, а магус или целительский узор тихо рассеют, разумеется, с потерей эквивалентного объема узора. Самое интересное то, что рассеивание магии произойдет и в случае столкновения двух защитных узоров. Например, двух доспехов. В этом случае защищенным останется тот, у кого запас нитей в накопителе доспеха на момент столкновения был больше. Поэтому очень не рекомендовалось ставить купол и активировать доспех. Случайно задел границу купола — и нет ни доспеха, ни купола.

Таким образом, пробить доспех или полог можно только истощив запас нитей в амулете… или дождаться, когда он сам себя разрядит. В активном состоянии, как уже говорилось, надолго его не хватает. Про то, чтобы в бою сталкивались два целителя, я пока не слышал. Интересно, как бы они друг с другом разобрались?

Памятный мне проникающий огнешар в принципе мог использоваться против незащищенных противников, но его структура была такова, что целительские доспехи и купола мигом рассеивали его. Мне было интересно, и я спросил как-то наставника, куда девается вещество при высверливании отверстий этим узором. Если, например, с его помощью высвобождать людей из-под завалов, то они, ведь, и задохнуться могут от пыли — хотя во время единственного своего эксперимента на полигоне пыли не наблюдалось совсем. Ответ только разжег мое любопытство. Предполагается, что при проникновении замкнутая спиральная магическая структура, да еще и вращающаяся преобразует бОльшую часть вещества в… неструктурированную магию, которая просто соединяется с общим магическим полем без каких-либо эффектов. Но так ли это на самом деле; узор тому виной; или вращение; или вовсе нечто третье — так никому и неизвестно.

К сожалению, чтобы, кроме удержания купола или доспеха, делать что-то еще у меня пока не хватало ни знаний, ни умений. Мой наставник в целительстве обещал, что при моих темпах обучения, года через три я, защищаясь доспехами или куполом, смогу и атаковать. Впрочем, как он говорил, не к войне тебя готовим, но в жизни все может пригодиться.

Так и прошли четыре месяца моей учебы. От нагрузок я приобрел бледный вид и тени под глазами. Даже похудел…, вероятно. Наставник по общей магии, встречая меня в коридорах академии, явно любовался моим видом, расцветал радостной улыбкой и ехидно кланялся. Я вежливо отвечал и шел себе дальше. Такое равнодушие не давало наставнику в полной мере насладиться моими страданиями, но ему, похоже, и этого хватало.

Летняя сессия прошла у меня гладко. Все предметы, кроме магии, и практические занятия я посещал исправно и работал старательно, поскольку целитель убедил меня, что знание немагических методов лечения мне тоже будет полезно.

По результатам сессии я перешел на третий курс и мне присвоили ранг ассистент травника. С этого момента я уже имел право официально работать по специальности. Сен, к его немалому счастью, также перешел на третий курс и получил тот же ранг. К сожалению, наша группа «похудела» до четырнадцати человек, включая и нас с Сеном. Некоторые не захотели продолжать обучение, некоторых не пропустили итоги экзаменов. Всем, кто собирался продолжить обучение, предстояла первая наша летняя практика. Два месяца мы должны были отработать под руководством опытного знахаря или лекаря, кому как повезет. Впрочем, при нашем уровне знаний, а у меня практической подготовки, поскольку знаний было на четыре курса академии, особой разницы мы бы все равно не увидели. Травник — он и есть травник. Нас распределили по местам прохождения практики парами. Меня и одну девушку, Кламиру деи Лермоно, в городок Сербано на севере у Грассерских гор. Сен должен был ехать в родные края вместе с кем-то из парней. Почему распределили так, я не знал.