Трепет. Годы спустя (СИ) - Маар Чарли

Я хватаю девочку за запястье, из-за чего ей приходится перестать резать овощи ножом. Она поворачивается ко мне, преминаясь с ноги на ногу, глаза опускает вниз.

- Ами, наши трудности с твоим папой - это в первую очередь, наши трудности, а не твои. И мой уход случился из-за того, что мне было очень плохо какое-то время, но это вовсе не значит, что я стала тебя ненавидеть. Не хочу, чтобы ты так думала. И я вернулась навсегда. Больше я твоего папу не оставлю, поэтому ты можешь спокойно отправляться к маме и помогать ей там. И к нам можешь потом приезжать, как только появиться возможность. Мы тоже будем к вам прилетать в Израиль. Ладно?

Амилия кивает, шмыгнув носом, а потом неожиданно обнимает меня.

- Спасибо тебе, Яна.

Сердце бешено колотится от резкого прилива теплоты и нежности. Сейчас, когда Амилия прижимается ко мне, я будто бы ощущаю все ее тревоги и страхи, переживания и обиды. Мне больше не хочется ругаться, злиться, вспоминать плохое. Плохого достаточно случилось, пусть теперь все будет хорошо. Пусть сегодня начнется новая жизнь для нас для всех. Мне хочется верить, что Эдие поправит здоровье, что Амилия станет более взрослой, хотя она, кажется, уже такой становится, и что у нас с Рустамом больше не будет разногласий. Наша любовь заслуживает того, чтобы жить, потому что она сильнее боли.

- Будем завтракать или мне тоже вас обнять? - звучит шутливый голос мужа со стороны двери.

Мы с Амилией разжимаем объятия и вместе поворачиваемся к Рустаму, который стоит в рубашке и брюках на пороге кухни, опершись плечом о косяк. Муж ласково улыбается, глядя на нас, но не подходит, словно ждет приглашения.

- Можешь обнять, а потом будем завтракать, - говорю ему тихо и прикусываю губу.

Долго ждать не приходится, потому что Рустам тут же направляется к нам и крепко обнимает, оторвав нас обеих от пола.

Так хорошо в его объятиях, как никогда и нигде не бывает больше.

- Пап, ты мне блузку помнешь, - бурчит Амилия, вырываясь из рук отца. - Потом с Яной вдвоем понежничаете. А мне надо в школу. Так что быстрее завтракаем, иначе опоздаем.

Мы с мужем перекидываемся внимательными взглядами. Смотрим друг на друга пристально и долго. Время будто застывает, стирая границы прошлого, настоящего и будущего. Этот момент - единственное, что между нами остается. Мы здесь. Мы вместе. Мы семья.

- Привет...

- Доброе утро, малыш. Как спалось?

Я краснею, покосившись на Амилию, но та уже не обращает на нас никакого внимания, переставив тарелку с нарезанными овощами на обеденный стол, девочка заправляет их оливковым маслом и перемешивает.

Вот, зачем он намекает на ночь? Видно же по его улыбке, что не просто так этот вопрос задал.

- Лучше, чем когда-либо, - отвечаю мужу шепотом.

- Мне тоже. Так бы каждую ночь, да, Ян? - он наклоняется и целует меня в макушку, затем, отстранившись, окидывает серьезным взглядом. - Но нам нужно поговорить сегодня. Хорошо?

Да. Я знаю, что нужно, поэтому киваю, потеревшись щекой о грудь Рустама. Мы поговорим, все обсудим, и больше у нас не будет трудностей. Больше мы не будем расставаться никогда.

- Ну, все. Можем садиться завтракать! - громко командует Амилия, расставив тарелки и стаканы с соком на столе.

Мы с мужем беремся за руки и садимся.

********

После завтрака Рустам предлагает вместе отвезти Амилию в школу. Я соглашаюсь, во-первых, потому что мне не хочется сейчас расставаться с мужем, и во-вторых, потому что у Анны все равно нужно будет забрать кое-какие вещи. Так что перед работой Рустам меня до Анны подбросит, и как раз у нас будет возможность поговорить обо всем, что случилось. Хотя бы частично.

Машина Рустама, как обычно, припаркована на подъездной дорожке к дому. Амилия выбегает на улицу первая и устремляется к авто, открывает переднюю пассажирскую дверь и запрыгивает внутрь. Раньше я всегда ездила спереди, а Ами сзади, но пока меня не было, многое изменилось, и теперь я чувствую себя неловко, потому что мне кажется глупым просить ребенка пересесть назад, потому что она заняла мое место. Это же всего лишь машина.

- Амилия, сядь назад. Впереди пусть Яна сядет, - командует вдруг Рустам, подойдя к машине.

По привычке я жду, что Ами сейчас взбрыкнет, возмутится или недовольно скривит губы, как она делала раньше, когда ей что-либо не нравилось, но этого не происходит. Девочка спокойно кивает, говорит "А, да, Ок!" и просто перелезает назад.

Я даже выдыхаю, поняв, что не обманулась, и Амилия действительно стала меняться. Болезнь мамы тоже меня изменила когда-то. Только я стала более замкнутой, перестала рисовать и совсем забросила общение. У Ами все по-другому. Потеря нашего с Рустамом ребенка, мой уход от мужа, болезнь Эдие, очевидно, помогли ей понять, что она не центр мира, и что на свете и в жизни есть проблемы посерьезнее, поэтому она стала иначе себя вести. Более взросло и спокойно. Во всяком случае, так мне кажется.

Мы довозим Ами до школы, после чего Рустам едет в сторону дома Анны. Муж спрашивает меня, что именно я хочу забрать?

- Все, наверное. Вещей не так много. Так что я могу отвезти их до дома на такси.

- Это необязательно. После работы я заберу тебя сам. Сегодня я не допоздна.

- Хорошо, - согласно киваю, откинувшись на спинку сиденья.

Мне приятно, что Рустам за мной приедет. И что сегодня дело вовсе не в том, что мне плохо или нужна какая-то серьезная помощь. Он просто хочет позаботиться обо мне.

- Ян, ты ведь навсегда переезжаешь? Уходить больше не планируешь? - спрашивает, бросив на меня серьезный взгляд.

Такой же вопрос задала мне Ами. Вернулась ли я навсегда? Неужели Рустам тоже сомневался в том, что я вернусь?

- Больше не собираюсь уходить. Никогда.

- Это хорошо, малыш. Потому что я хотел с тобой об этом серьезно поговорить, если ты готова к разговору.

- Я готова, - отвечаю, на задумываясь.

Знаю, что собиралась не торопиться, но в данный момент мне кажется, лучше все обсудить сразу, чтобы потом между нами не было недоговоренностей и недоразумений.

- Ты же понимаешь, что ситуация с Эдие может не разрешиться еще долгое время? И помимо Эдие, Амилии, Сани, Анны, у нас может возникнуть еще куча других проблем за всю жизнь вместе? Даже выкидыш, Ян. Он тоже может повториться.

Последняя фраза режет ножом по сердцу, но сжав руки в кулаки, я киваю, потому что Рустам прав. Все может повториться. И это, к сожалению, тоже.

- И каждый раз уходить, когда случаются трудности, не получится, иначе у нас ничего хорошего не выйдет. Мы не сможем все время сбегать. Ты не сможешь, Ян.

- Я знаю. Знаю. Прости меня, пожалуйста, за то, что оставила тебя. Я... это сделала не потому, что не люблю тебя, просто мне было плохо и мне казалось, что так будет лучше, - начинаю тараторить, чтобы поскорее донести до мужа свои чувства. Мне хочется, чтобы он знал, что я его люблю и всегда любила, и что я просто не справилась, но очень жалею об этом.

- Малыш, многое в том, что случилось - моя вина. Тем не менее, мне тоже было хреново из-за потери нашего ребенка, в первую очередь, потому что свою вину я прекрасно осознавал и осознаю сейчас. Но все же я хотел, чтобы ты была рядом, чтобы мы вместе справились со всем. Твой уход был как обвинение в том, что тебе было недостаточно того, что я тебе давал. Ты сказала, что тебе плохо. Сейчас ты возвращаешься, но по сути, Ян, ничего ведь не изменилось - я по-прежнему отчасти виноват в произошедшем, и Амилия по-прежнему моя дочь, и у Эдие по-прежнему рак. Некоторые вещи не могут измениться только потому, что кажутся нам неугодными, неудобными на данный момент. Я не могу выключить одну сторону своей жизни и полностью сосердоточиться только на тебе. Так же, как и ты не сможешь сосредоточиться только на мне, исключив Анну и Сашку. Мы - семья, но мы не одни во всем мире. У тебя есть Саня, у меня Ами. Мы не можем бросать их только потому, что у нас случилась беда, или расставаться из-за этого. Я не имею права тебя держать, Ян, но каждый раз смотреть, как ты уходишь, даже на время, потому что в нашей жизни случилось дерьмо, я тоже не смогу. И ждать каждый раз, когда тебе станет легче, не имея возможности нормально быть рядом, тоже. Поэтому я хочу знать наверняка, ты уверена, что хочешь быть со мной, Ян? Несмотря на то, что все вот так случилось в нашей жизни? И даже если дальше произойдет еще что-то плохое? Ты уверена, что захочешь остаться?