Врата скорпиона - Ричард Кларк

Брайан Дуглас отдал чемодан новоявленному другу и окинул удивленным взглядом современное здание аэропорта.

– Правда, впечатляет? – прогудел Мартин Бауэрс. – Мне говорили, старый аэропорт был типичной дырой. Одним словом, Мехрабад. Хорошо, что нам не пришлось им пользоваться. – Они протолкались сквозь толпу у таможни. – Новый – в сорока пяти километрах от города. В это время дня дорога займет два часа. С этих пор не скажу ни единого дурного слова о Дурбане. Мне пришлось нанять водителя: побоялся, что со здешними ненормальными таксистами не довезу вас в целости и сохранности.

«Отлично, – подумал Брайан Дуглас. – Водитель, который повезет из международного аэропорта двух иностранцев, скорее всего окажется осведомителем ВЕВАК – иранской разведки. Пусть ВЕВАК знает, что два белых южноафриканца не боятся воспользоваться услугами наемного шофера и говорят только о неразберихе на иранских дорогах, футболе, регби и фисташках. Тот, кто стремится избежать внимания ВЕВАК, скорее всего сядет в переполненный автобус. А у Саймона Мэнли и Мартина Бауэрса и мысли нет о ВЕВАК. Может, этот Бауэрс и не такое трепло, каким хочет казаться».

Они вышли из машины.

– Остановимся в отеле «Хома». Раньше он носил название «Шератон». Расположен на главной улице или по крайней мере той, что ведет к самой главной. Валиаср – кажется, так ее называют. Послушайте, что я вам скажу о Тегеране…

Брайан Дуглас, перевоплотившийся в Саймона Мэнли, изобразил на лице внимание – пусть водитель видит, как ему интересно. А сам думал вовсе не о Тегеране, который прекрасно знал: закоулки в районе базара, бедняцкие улочки на юге города, тайники в горных парках в часе езды к северу от грязного лабиринта домов, который именовался столицей Персии, ныне Исламской Республики Иран.

Брайан вспомнил свою агентурную сеть, с которой успешно работал, пока его не назначили начальником резидентуры в Бахрейне, а лучшего агента не застрелили на улице молодцы из ВЕВАК. Застрелили через два дня после того, как тот заложил в тайник в Баку схему новой противовоздушной обороны Ирана. До того момента все шло хорошо, главным образом потому, что в их работе никак не использовались сотрудники британского посольства в Тегеране. Контрразведка плотно опекала всех дипломатов, и его агенты были живы, поскольку об их существовании знал только он и очень немногие на Воксхолл-кросс. А встречи организовывались, как правило, за пределами страны: в Анкаре, Стамбуле, Дубае и, конечно, в Баку.

После этой потери Лондон запретил все контакты до того момента, пока не станет ясно, каким образом засветился агент. Но англичане так ничего и не узнали. Прошло несколько месяцев, и Брайана назначили шефом регионального отделения резидентуры, подчинив точки в Дохе, Дубае и Маскате. Сокращение кадров привело к тому, что МИ6 поручила одному старшему офицеру отвечать за четыре поста. И теперь, по прошествии трех лет, Брайан даже не знал, живы ли агенты его сети, не переменили ли старые адреса и состоят ли на прежних должностях, благодаря которым стали ценными источниками информации. И самое главное, он не представлял, откликнутся ли они и пойдут ли с ним на контакт. Он вспоминал камеры слежения в аэропорту и безотчетно морщил свой подправленный нос.

– Ну, вот и «Хома», – прервал его размышления Бауэрс. – Принадлежит авиакомпании. Не совсем то, что мы называем пятизвездочным отелем. Но пять звезд все-таки лучшее, что есть в Иране. По нашим меркам тянет на пару звездочек.

Номер оказался скромным и относительно чистым. Окно выходило на площадь Ванак и почти не задерживало шум неусыпного тегеранского уличного движения. Брайан быстро осмотрел помещение, стараясь обнаружить приборы видео- и аудионаблюдения, хотя понимал, что, если его засекли в аэропорту, оборудование окажется настолько современным, что его не удастся найти. Но если все-таки приняли за торговца орехами, могли наугад поставить что-нибудь простенькое. Он ничего не нашел, и это говорило о том, что он либо чист, либо находится под особенно пристальным контролем.

Вечером он поужинал с Бауэрсом неподалеку от площади Ванак. Это заведение порекомендовал ему швейцар в гостинице – туда ходили и местные, и иностранные бизнесмены. Когда они вернулись в «Хому», Брайан подошел к портье.

– Не могли бы вы разбудить меня завтра в восемь часов утра? – попросил он по-английски и повернулся к Бауэрсу. – Раз наша первая встреча только в одиннадцать, встретимся в девять внизу перед завтраком. – Бауэрс организовал ему поход к экспортеру фисташек в районе базара.

В кровати, перед тем как заснуть, Брайан Дуглас установил будильник на наручных часах на пять тридцать.

Рассел Макинтайр нетерпеливо посмотрел на наручные часы.

– Мне показалось, вы сказали, что он придет в одиннадцать. А теперь уже половина двенадцатого.

Кейт Дельмарко потягивала джин с тоником.

– Я сказала, что в одиннадцать у него кончается смена. И то, если никто не соберется умирать. Успокойтесь. Люди здесь работают в совершенно ином ритме. Это не Вашингтон.

Откуда ни возьмись появился молодой человек в джинсах и майке с надписью «Калифорнийский университет» и картой штата.

– Мисс Дельмарко, – начал он, – меня зовут Фадл. Доктор Рашид приглашает вашего гостя к себе. Я провожу вас, сэр.

– Мы бы хотели вдвоем… – начал Расти.

– Только вы, сэр, – прервал его Фадл. – Доктор Рашид дал вполне определенные указания. Женщина не пойдет.

– Ну, хорошо. Кейт, давайте встретимся с вами позже в «Ритце». Позвоню вам в номер, как только освобожусь. Можем посидеть в баре на крыше. – Макинтайр хотел заручиться свидетелем, который бы убедился, что с ним все в порядке. Он надеялся, что журналистка понимает его намерения.

– А если я так и не дождусь звонка? – Кейт улыбнулась, заметив, как он поежился. Ее искренне удивило, что Макинтайр согласился идти с незнакомым молодым человеком.

– Позвоните в то место, где я остановился, и попросите, чтобы оставили включенным свет.

Рассел последовал за Фадлом и сел в мини-вэн, который подъехал к тротуару, как только они вышли из дверей. В машине оказалось еще двое парней.

– Это Хасим, – представил Макинтайру товарища Фадл. – Он вас обыщет. Никакого оружия, фотоаппаратов и записывающих устройств. Вы меня понимаете?

Хасим взял в руки «Блэкберри» и вынул батарейки.

– Вернем его вам, мистер Макинтайр, когда привезем в резиденцию посла.

Ну вот и сгорела версия, что он редактор Дельмарко из «Нью-Йорк джорнал», подумал Расти.

Его попытки разговорить попутчиков ровным счетом ни к чему не привели, но он хотя бы понял, что двое из них свободно владеют английским языком. Обошлось без повязок на глазах – и то хорошо. Однако Макинтайр сомневался, что сумеет запомнить маршрут в лабиринте переулков без светофоров и дорожных указателей. Наконец машина остановилась на застроенной убогими многоквартирными домами боковой улочке. Фадл сдвинул дверь мини-вэна.

– Он вас ждет.

– Где? – Макинтайр уставился в узкий, едва освещенный проход прямо напротив проема дверцы.

– В кафе «У Мустафы». – Фадл показал на противоположную сторону улицы, где светился фасад заведения и тускло мерцал значок «Пепси». Ниже арабскими буквами было выведено название кафе.

Макинтайр перешел Т-образный перекресток. Одна из улиц была немощеной и грязной. На других покрытие осталось только местами. Вдоль домов стояли старые, видавшие виды машины, редкие фонари едва освещали улицу. Район оказался явно не из дорогих. Макинтайр толкнул дверь и услышал, как звякнул колокольчик, давая хозяину знать, что пришел посетитель. Здесь был и продовольственный магазин, и кафе – заведение не из тех, что остается открытым за полночь.

– Мистер Макинтайр, прошу вас сюда, – пригласил его человек, сидевший за самым дальним из четырех стоявших вдоль стены столиков. Он поднялся навстречу американцу и протянул руку. – Спасибо, что согласились приехать в мой район. Надеюсь, вы не в обиде. Я доктор Ахмед бен Рашид. Слышал, что вы хотели со мной встретиться.

Они обменялись рукопожатием и сели за маленький столик. Рашид пил пепси; вторая открытая бутылка дожидалась гостя. Рассел заметил, что, кроме них, в кафе больше не было ни одного человека.

– Доктор Рашид, – начал он, – в Америке много разведывательных учреждений. Я из одного из них. – Он положил перед собеседником визитную карточку, а сам подумал, что их встреча мало напоминает типичную вербовку агента. – Наша задача не сбор оперативной информации, а анализ сведений, которые собирают другие. Но бывают ситуации, когда мы не в состоянии получить то, что нам требуется, и тогда выезжаем на место сами. Я приехал, чтобы получить информацию от вас.