Победить Наполеона. Отечественная война 1812 года - Инна Аркадьевна Соболева

император запретил Люсьену жить в Риме. Тот отправился в Соединённые Штаты, но по дороге был схвачен англичанами. В Англии, под бдительным надзором полиции, он прожил несколько лет. После падения империи смог вернуться в Рим, помирился с поверженным Наполеоном и всеми силами содействовал его возвращению с острова Эльбы. Во время Ста дней он сблизился с братом, а после Ватерлоо уговаривал того разогнать парламент и установить личную диктатуру.

О том, чем кончились эти уговоры, Люсьен Бонапарт вспоминал в книге «Правда о Ста днях» (о себе автор пишет в третьем лице): «21 июня 1815 года, договорившись со своим братом Люсьеном о том, что тот отправится в Палату представителей в качестве чрезвычайного Комиссара, Наполеон вышел вместе с ним из Елисейского дворца в сад, и какое-то время они шли вместе, поглощённые беседой. Брат настойчиво советовал Наполеону, не теряя времени, разогнать Палату. От толпы, собравшейся на авеню Мариньи, до них доносились крики: “Да здравствует император!” и “Оружия! Оружия!” Крики усилились, когда толпа народа увидела Наполеона. “Вы слышите эти возгласы? – сказал Люсьен. – Одно только слово, и ваши враги отступят. И так по всей Франции. Неужели вы их покинете?” Император остановился, отвечая на приветствия толпы, и затем, повернувшись к брату, спросил: “Кто я по-твоему? Человек, способный наставить заблудившуюся Палату на путь единения, который единственно может нас всех спасти, или же я сродни тем презренным партийным вождям, кои способны разжечь гражданскую войну? Нет! Никогда! Тогда, в брюмере, мы могли обнажить шпагу ради Франции. Ради её же блага сегодня мы должны отбросить её в сторону”».

После второго отречения Наполеона Люсьен пытался отстаивать право на трон маленького Римского короля. Но что он мог без своего великого брата?.. Ему пришлось бежать из Парижа в Италию, там он был арестован и провел шесть недель в заключении в Турине (снова роковые для него шесть недель). На этот раз его освобождению способствовал Меттерних, что странно, учитывая ненависть австрийского дипломата к Наполеону. Возможно, он хотел продемонстрировать (не Люсьену, конечно, а всей Европе) своё великодушие. Возможно и другое: спасти брата попросила сестра Каролина, которую связывали с Меттернихом самые нежные отношения. Но, как бы то ни было, Люсьен смог снова поселиться в Риме. Там он увлёкся планом освобождения Наполеона с острова Святой Елены и захвата Бонапартами власти в Мексике. Смерть Наполеона положила конец этим надеждам. Единственный брат императора, не получивший королевской короны, и вместе с тем единственный, пытавшийся что-то сделать для возвращения Наполеона на французский престол, умер в ссылке шестидесяти пяти лет от роду, пережив старшего брата на девятнадцать лет.

Четвёртая по старшинству в семействе Бонапартов – Элиза. Она была на восемь лет младше Наполеона. Воспитание получила (по ходатайству графа Рене де Марбефа) в королевском пансионе Сен-Сир. Ей было двадцать лет (возраст для невесты в те времена весьма зрелый), когда она вышла замуж за капитана Феличе Бачиокки, происходившего из старинного, но обедневшего корсиканского дворянского рода. Став императором, Наполеон пожаловал Элизе, как и другим членам своей семьи, титул императорского высочества, а её муж стал бригадным генералом и сенатором.

В своём парижском доме Элиза держала салон, где охотно бывали самые знаменитые деятели французской культуры. Их привлекал незаурядный ум и остроумие сестры императора. Талейран говорил, что у неё «была голова Кромвеля на плечах красивой женщины». Будто желая подтвердить правоту этой характеристики, Элиза увлечённо участвовала в семейных интригах, направленных в основном против Жозефины, и Наполеон решил удалить сестру из Парижа, сделав ей поистине царский подарок: княжество Лукка и Пьомбино в Италии.

О том, какое впечатление этот подарок произвёл в Европе, можно судить по первым словам романа «Война и мир»: «Ну, князь, Генуя и Лукка – поместья фамилии Бонапарте», – говорит Анна Павловна Шерер, фрейлина вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны, чем вызывает ажиотаж среди гостей своего петербургского салона. Действительно, аннексия императором Наполеоном Генуи и Лукки вызвала возмущение европейских дворов и стала одним из поводов к русско-австро-французской войне 1805 года. Тем не менее для итальянских областей, подаренных Наполеоном сестре, появление новой повелительницы стало благотворным. Женщина властная, деятельная, к тому же наделённая отменным художественным вкусом, она много сделала для обустройства своих владений. Во время её правления невиданных успехов достигли торговля и сельское хозяйство. Видя успехи сестры, Наполеон передал ей города Масса и Каррара, и княгиня активно занялась разработкой каррарских мраморных рудников.

Из всех родственников, возведённых на европейские престолы, Элиза оказалась самой активной и способной. И Наполеон делает её губернатором Тосканы с титулом Великой герцогини Тосканской. Переехав во Флоренцию, Элиза продолжает покровительствовать искусствам. Одним из её фаворитов, а как предполагают мемуаристы, и любовником в это время становится великий Никколо Паганини.

Ещё до «Битвы народов» Элиза предвидела поражение Франции. Она хотела одного: во что бы то ни стало сохранить свои владения. Путь для этого был один: отречься от брата, благодаря которому эти владения получила. Забыв о чести, благодарности, да и о родственном долге, она пошла на сговор с неаполитанским королём Иоахимом Мюратом, точнее, с его женой, а своей родной сестрой Каролиной, и принялась интриговать против Наполеона. Но сохранить владения ей не удалось.

Остаток жизни Элиза Бачиокки под именем графини ди Компиньяно прожила в своём поместье Вилла Вицентина под Триестом. Там и скончалась. Она была единственной из семейства, кто умер раньше Наполеона.

Пятым ребёнком в семье Карло и Летиции Буонапарте был Луи. Карьеру он сделал исключительно с помощью старшего брата. Проявить себя на военном поприще не мог: после перенесенного в молодости венерического заболевания страдал тяжёлой формой артрита и с трудом владел руками и ногами. Тем не менее после провозглашения империи Наполеон сделал его коннетаблем Франции, а в 1806 году провозгласил брата королём Голландии, марионеточного государства, созданного на территории покорённых Нидерландов.

Луи отлично сознавал, что полностью зависит от старшего брата, но, оказавшись в Гааге, повелел называть себя на голландский манер Лодевейком, стал брать уроки голландского языка и вообще принял близко к сердцу беды и нужды голландского народа. Ему, в отличие от занимавшего испанский трон Жозефа, быстро удалось завоевать симпатии своих подданных. Он отменил смертные приговоры, вывел из страны часть французских оккупационных войск и, главное, не настаивал на соблюдении континентальной блокады Англии, видя, что она грозит Голландии упадком и нищетой, более того, делал вид, что не замечает всё более процветавшей контрабанды. Вот этой неожиданной самостоятельности Наполеон брату простить не мог: континентальная блокада была едва ли не главной целью и одновременно средством его