За всё приходится платить - Егор Буров

побегаешь. Вернувшись во дворик, провёл беглый осмотр ауры и понял, что хребет действительно перебит. — Вечно какие-то проблемы! И как тебя переносить? Эх, не хотел этого делать, но видимо придётся использовать амулет экстренного спасения. Ну что, поехали, что ли!

Когда гвардейцы приблизились к «двери» в пространственное убежище, они увидели нарисованную на холсте картину: двор, пруд, дерево, два убитых воина и погибшая Рона. А в глубине изображения пожар в доме и из окон вырываются языки пламени.

Отец Альберта — глава рода Горн взглянул на раму и, повернувшись к сыну, изрёк:

— Время замерло. Значит, внутри не осталось живых представителей рода Гринвич. Получается, ты убил дочку Лины.

— Но оттуда на меня напал её любовник, — пожаловался Альберт.

— Он тоже застыл навечно. Мы не сможем проникнуть в убежище. Пусть там остаётся. Сожгите картину. С этого дня род Гринвич прекратил существование. Городом будет править наш дом, — с пафосом произнёс Лионс Горн. — Сын, теперь ты полноценный герцог.

Глава 13

Игорь вновь переместился сначала в море к межмировому порталу, а вслед за этим в пещерку на острове испытаний, где до сих пор на полу просматривались знаки ритуального круга. Уложив пострадавшую на живот, распорол рубаху и начал осмотр. Затем достал пояс, составленный из квадратных пластинок, и расчертил рунами с внутренней стороны. После расположил изделие вдоль позвоночника и туго привязал в трёх местах: на шее, под грудью и на талии. Знаки сбора силы заполнили печати энергией и подстегнули регенерацию. Начался процесс восстановления организма.

Пока девушка спала, Игорь сходил на рыбалку и поймал небольшую акулу. После выловил электрического угря и, спустив шкуру, разложил на просушку будущий пояс — ему не понравились слишком жёсткие ремни, которыми он зафиксировал составной пояс, а почти змеиная кожа отличалась пластичностью и мягкостью.

Периодически он заглядывал в пещерку и проверял физическое состояние пациентки. Судя по ровному дыханию, девушка спала и не испытывала дискомфорта. Мысленно похвалил себя за предусмотрительность, ведь если бы ранее не закинул в пространственное кольцо несколько одеял и покрывал, Тайре пришлось бы лежать на голых камнях.

А ночью она очнулась и застонала.

— Ай, не души меня.

Он склонился к ней и задал вопрос:

— Где болит?

— Не знаю. Не хватает дыхания. Где я? Что со мной?

— Потерпи, я ослаблю ремень на шее.

Чуть распустив крепление на горле, он убедился, что она свободно дышит.

— Да, так легче, — шепнула Тайра и осмотрелась. В свете небольшого костерка каменные своды выглядели пугающими. — Где мы?

— В пещере.

— А как сюда попали?

— Пришлось использовать амулет спасения.

— Хочешь сказать, что мог уйти из убежища в любую минуту?

— Да, но мы на острове в империи Пиастра. Здесь проходят испытаний чародейки из института благородных волшебниц. А местные магистры знают, что мы с Арфой не в ладах с одной влиятельной особой. Не хотелось давать свежий след.

— Это тут Рона познакомилась с Овен-Руном?

— Да. Туповатый похотливый баран с манией величия. В центре острова есть храм с подвалом. Там он собрал себе гарем из выпускниц и одной преподавательницы.

— А Арфа тоже побывала в храме?

— После того, как я свернул ему шею. Именно она нашла тайный ход. Кстати, как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше.

— Хорошо. Объясни, как получилось, что ты, имея в руках боевой жезл и наруч с комплектом щитов позволила какому-то уроду себя покалечить? Долбанула бы по нему копьём или тараном и дело с концом.

— Но у Альберта есть амулеты индивидуальной защиты, — возразила Тайра.

— И что? Выпустила бы серию из разных стихий, и его бы размазало о стену.

— Я растерялась. Всё детство я считала его отцом.

— Растерялась? Кхм, понятно. Ну ладно, допустим, ты никогда раньше не убивала и поэтому действительно постеснялась лить кровь. Но неужели так сложно активировать щит?

— Я не знаю. Как-то из головы вылетело.

— М-да, как всё сложно. Хотя, у меня училась одна сердобольная девица. Тоже не любила добивать врагов, заявляя, что уже победила. Я слегка её погонял и теперь она полноценная хищница. Думаю, и тебе привью нужные навыки.

— Я — женщина! Будущая мать должна дарить, а не отнимать жизнь!

— Согласен, но иногда, чтобы выжить, приходится переступать через правила и мочить различных уродов, покушающихся на девичью честь. В противном случае станешь такой же потаскушкой, как покойная Рона.

— Тётя Рона. Что с ней?

— Тот хлыщ с амулетами толкнул её, и она ударилась затылком о стену. Что сказать? Бывает. Люди часто погибают.

— Ты такой бесчувственный, — насупилась Тайра. — И когда узнал о смерти мамы, ты тоже не расстроился. А ведь вы занимались любовью, и она выносила твоих детей!

— Да, неприятно, что её убили. Вовремя не ликвидировав мужа, Лина совершила ошибку, и в результате погибла сама, подставила Рону и подвергла опасности родных детей. Милосердие и сострадание штука полезная, но в меру. Нельзя помогать тем, кто хоть раз тебе навредил. А её муженёк тот ещё мерзавец. По роже видно — конченая мразь. Надеюсь, ты не станешь повторять проколов мамы и самолично выпотрошишь засранца.

— Как? Я же не могу пошевелиться! Теперь мне остаётся только лежать на кровати и гнить заживо, — всхлипнула Тайра. — У меня есть знакомая. Её столкнули с лестницы, и она тоже повредила спину. Но у неё хотя бы руки двигаются, а я вообще не могу шевелиться.

Игорь усмехнулся и ехидно произнёс:

— Ну что сказать? Бывает. Кстати, у тебя есть сменная одежда?

— В шкафах убежища я видела несколько платьев мамы.

— Значит, нет. Плохо. Верхний кафтан остался там, а рубаху пришлось разрезать. Когда сниму заклинание частичного паралича, ты опорожнишь мочевой пузырь и обмочишь штаны. И будет у нас худенькая голенькая брюнетка, утонувшая в слезах от жалости к себе.

— Тебе смешно?

— Разумеется! Кстати, когда описаешься, не вздумай идти мыться в море — там полно акул, медуз и других тварей.

— Идти? Ты серьёзно? Я пошевелиться не могу, а ты «идти».

— Это пока, а чуть позже побежишь. Помнишь изречение: в здоровом теле здоровый дух? Здесь площадь больше чем во дворе, так что скоро будешь наматывать круги по острову. А заодно потренируешься в убийстве монстров.

— Ты серьёзно? Но я же не чувствую рук и ног!

— Разумеется, ты ничего не ощущаешь! Не отключи я нервные окончания, ты бы елозила и постоянно чесалась, а составной пояс нельзя смещать с позвонков. Ладно, спи.

Он передавил ей сонную артерию, и она окунулась в омут беспамятства.

А утром к пещере подошли гости: магистр Тереза Пламенная в