Клятва мечей - Дэвид Вебер

– Да ведь так оно и есть! – Базел выпрямился и упер кулаки в бедра, уставившись в ночную тьму. – Чертова штука действительно хочет, чтобы я куда-то ехал.

– Куда? – с ударением спросил Брандарк, и Базел потерянно проворчал:

– Если бы я это знал, то помнил бы и то, что им там от меня надо… И все же…

Он начал быстро ходить взад-вперед, колотя кулаком в ладонь другой руки и уставившись себе под ноги; Брандарк сидел тихо, на расстоянии ощущая интенсивную работу его мысли. Шаг Базела постепенно замедлился, он остановился, покачиваясь на пятках, потом повернулся к Кровавому Мечу и бросил на него пронзительный взгляд.

– Где бы это ни было, – ровным голосом произнес он, – сейчас я туда направляюсь.

– Фробус! – прошептал Брандарк. – Ты уверен?

– Еще как, – мрачно ответил Базел. Брандарк ни когда еще не слышал таких интонаций в голосе друга. Как будто рухнула целая скала и что-то в нем рванулось от нее в испуге. Какое-то время оба молчали.

– Что ты собираешься делать?

– У меня нет наклонности прислушиваться к «велениям судьбы» и всему подобному. – Базел был все еще мрачен, но в нем явно зарождалось какое-то но вое чувство. Он хотя бы частично опознал врага, и свойственное градани упрямство побуждало его бросить вызов. – У меня и так достаточно забот – хватит на дюжину, а ввязаться в дела богов и магов – лучший способ лишиться головы. Не припомню, что бы хоть один бог даже пальцем шевельнул для моего народа, так что и мне нет резона что-то делать ради них.

Брандарк кивнул, соглашаясь, и Базел вернул кивок, блеснув в лунном свете крепкими зубами, оскаленными в хищной улыбке.

– А если это не какой-нибудь божок ползает по моим снам, значит, какой-нибудь вонючий колдун, а я скорее увижу себя в самом темном адском уголке владений Краханы, чем подниму меч в защиту интересов колдуна. – В голосе Базела чувствовалась непреклонная решимость, и Брандарк снова кивнул.

– Но как же ты откажешься делать то, чего от тебя хотят, если ты даже не знаешь, что это? – спросил он.

– М-да, в этом-то и загвоздка… – Базел похлопал себя руками по бедрам и пожал плечами. – Ну, если получается, что сейчас я как раз на дороге туда, то можно просто сделать шаг в сторону с дороги.

– Как?

– Направиться туда, куда не собирался. Если какой-нибудь бог или колдун ставит на меня, я подамся туда, где он не ожидает меня увидеть.

– Что ты хочешь этим сказать?

– А вот что. Все это время я двигался на запад, и только на запад. Рано или поздно я должен буду поставить отца в известность о своем местонахождении, но до тех пор он может говорить Чернажу и всем, кто бы ни спросил, что не знает, где я. Я собирался идти с Килтаном до Манхома и посмотреть на Империю Топора, прежде чем дам о себе знать отцу, но сейчас… я передумал.

– Ты не можешь просто покинуть караван, – возразил Брандарк, и Базел резко потряс головой.

– Старый Килтан такого не заслуживает, но ведь мы никогда не обещали идти с ним до самого Манхома. Я собираюсь остаться с ним до Риверсайда. Оттуда путь идет по Королевству Ангтир. Это союзник Империи Топора, насколько я знаю, территория для купцов безопасная. Там ему вряд ли понадобится мой меч… А я буду достаточно далеко от Навахка, чтобы не опасаться удара кинжалом в спину из-за угла.

– Мы будем достаточно далеко, ты хотел сказать.

Базел внимательно посмотрел на друга.

– Думаю, тебе лучше держаться от этого подальше, – сказал он спокойно. – Одно дело – водить за нос Чернажа, даже и рискуя жизнью, но здесь совсем другое дело, здесь твоя голова – меньшее, что ты можешь потерять. Оставайся с Килтаном, Брандарк.

– Слушай, я, конечно, знаю, что ты не любишь мое пение, но разве стоит тратить столько сил, чтобы от него избавиться?

– Брось свои шутки, не до них сейчас. Когда речь идет о Чернаже и его шушере, да, если на то пошло, о ком бы то ни было, против кого можно применить сталь, я только рад твоей поддержке, но здесь-то совсем другое. Сны, судьба, предназначение… – Базел снова покачал головой. – Не лезь в это дело, Бандарк. Оно тебя не касается.

– К сожалению, не могу. – Брандарк встал и хлопнул друга по плечу. – Насколько я понимаю, я уже тоже в нем замешан.

– Ну? И что же тебе снится? – с иронией поинтересовался Базел, и Кровавый Меч засмеялся.

– Пока ничего. Но если ты отчалишь в другом на правлении, то, что тобой интересуется, будет вынуждено довольствоваться единственным оставшимся градани, и это буду я. В таком случае самое безопасное место для меня – рядом с тобой.

– Самое глупое и запутанное объяснение, которое я когда-либо слышал.

– Грубость тебе не поможет. Я все обдумал. Градани народ упрямый, сам знаешь.

– Ладно, – вздохнул Базел. Он взял Брандарка за плечи и слегка тряхнул. – Дурак ты, Брандарк Брандарксон. Дурак, что ушел за мной из Навахка, и трижды дурак, что суешь нос в это дело.

– Ну, тебя-то умным, насколько я знаю, пока еще никто не называл, – возразил Брандарк. – Меня, правда, тоже.

– Если и называл, то только в шутку. – Базел легонько тряхнул его еще раз и вздохнул: – Ладно, если ты такой дурак, что идешь со мной, то я тоже как дурак рад такой дурацкой компании.

Глава 11

Спинка тяжелого деревянного стула разлетелась на куски. Ее опоры торчали, как сломанные зубы. Еще один удар меча, расщепивший сиденье, и они тоже полетели в разные стороны. Принц Харнак Навахкский, ступая по разбросанным щепкам, бросился к стоявшему за стулом комоду.

Он рубанул мечом, как топором, вытащил из доски застрявшую сталь и принялся наносить удары снова и снова, изрыгая хриплые проклятия при каждом ударе. Наконец, исчерпав все свои силы, он запустил мечом в стену. Меч с грохотом отскочил от стены, потом – рикошетом от пола. Харнак задыхался, по его подбородку стекала струйка слюны.

Принц Харнак Навахкский закрыл глаза, провел рукой по губам и подбородку. Послышался его срывающийся вздох. Подойдя к грани взрыва, раж откатывался назад. Ему трудно было бороться с ражем, потому что он редко заставлял себя это делать, но сейчас ему ничего другого не оставалось.

Наконец ему удалось полностью овладеть собой, и он передернул плечами, оглядывая заваленную обломками комнату. Даже стойки полога над кроватью были изрублены и выщерблены. Сжав челюсти, он ощутил пустоты на месте выбитых зубов. В этот момент ему страстно хотелось, чтобы все эти удары обрушились на тела Фармы или Базела Бахнаксона.

Он снова выругался, на этот раз скорее автоматически, чем со страстью, и прошагал по валявшимся всюду щепкам к окну. Усевшись в оконной нише, он уставился воспаленными глазами на крыши Навахка и, потирая рубец на лбу, заставил себя размышлять.