Не валяй дурака, Америка… - Юрий Артемьев

Хотя он и не приспособлен для взрослой жизни. Нельзя жить идеалами. Разочарование неизбежно. Хотя, если он там употребляет травку или ещё чего-нибудь «вкусное», то ему всё едино, что марксизм, что пацифизм…

Любая идеология — это религия. Одни искренне верят, что бог есть, а другие. Не менее искренно считают, что бога нет. Общество без религии это как корабль без компаса, без руля и без парусов. Его будет болтать по волнам по воле ветра. И хрен его знает, куда может занести. Без веры, без религии человек ходит во тьме с повязкой на глазах. Человеку просто необходимо во что-нибудь верить.

В древности люди верили, что бог сидит на небе и посылает на землю всякие кары. Молнии и грозы, дождь, снег и град. Хотя, если мне память не изменяет, у древних людей было много богов на всякий случай жизни. Бог земли и бог дождя, бог плодородия и богиня любви… Воображение правит миром. Каких только богов не придумали себе люди за тысячелетия.

Большинство людей нуждается в обществе себе подобных. Человеки это вообще — стадные животные. И не важно, как называется твоё стадо: прайд, отара, семья или государство. Важно ощущать себя в стаде. Недаром все революции происходят примерно по одному сценарию. Собирается толпа… Хотя нет. Сперва появляется вожак, лидер… А лидер это торговец надеждой. Он толкает речь перед толпой, а после этого уже толпа крушит и ломает старое, чтобы на этом месте возвести что-то новое. И порою люди, которые в этой толпе куда-то бежали и что-то кричали, потом сидят, рвут на голове последние волосы и думают: «А на хрена я всё это сделал?»

Блин горелый… Вот что у меня за натура такая дурная? Мне сейчас надо решать вопросы с моей колумбийской партизанкой, а я тут размышляю над всякой ерундой. Кому какое дело, кто во что верит? И с чего я вообще завёлся?

* * *

— Да. Называй меня Алексом.

— Хорошо. — улыбнулась Лола.

Похоже, что для неё все мои размышления прошли мимо кассы. Она их просто даже и не заметила. Не более чем секундная пауза в разговоре. Разве стоит на этом заострять внимание?

— Так кто ты теперь, Лолита? Агент колумбийской наркополиции? Член колумбийской наркомафии?

— Нет. Нет. И ещё раз нет.

— Ну, так кто же ты?

— Никто… Меня больше нет.

— А я вот вижу перед собой тебя и знаю, что ты есть.

— Больше нет той, кем я была раньше. Я думала, что делаю хорошее и нужное дело, а меня просто использовали. Использовали, шантажируя моим непутёвым братом. Теперь его нет и я им больше ничего не должна… Если только отомстить.

— Кому?

— Не знаю… Всем…

— Убийц твоего брата мы уже наказали. И даже тех местных бостонских мафиози немного пощипали. Если хочешь, можем снова туда вернуться.

— Зачем? Ты такой кровожадный?

— Нет. Не настолько. Но если тебе это надо…

— Уже не надо.

— Тогда что ты будешь делать дальше?

— Отправлюсь вместе с тобой.

— Куда?

— А мне всё равно. Я знаю, что у тебя есть ещё какие-то дела вроде тех, что мы делали в Гарварде…

— Да. Есть. И тебе всё равно? Ты даже понятия не имеешь, кто все эти люди, которых я собираюсь убить?

— Да. Мне всё равно. Потому что и тебе было всё равно, когда ты убивал моих врагов.

— Ты мне ничего не должна больше, Лола.

— Это не так. Я должна тебе целую жизнь. Это мой долг крови перед тобой.

— Я не требую с тебя никакого долга. Ты — свободный человек. Ты можешь жить своей жизнью. У тебя же есть в Америке тётя Мария. Поедешь к ней, устроишься там… Найдёшь себе хорошего парня, выйдешь за него замуж, нарожаешь детишек…

— Ты дурак, Алекс!

Она отвернулась, снова сделав вид, что обиделась на меня. Но я уже хорошо изучил эту девчонку. Долго обижаться по пустякам она не умеет, а те, кто её обидят всерьёз — долго не живут.

Через пару минут она снова обратилась ко мне

— А теперь, Алекс, твоя очередь откровенничать…

Хотелось ответить в духе старого анекдота:

«Как здоровье, Абрам Моисеевич?……… Не дождётесь!»

— Что ты хочешь знать обо мне, вредная девчонка?

— Я не вредная. Я — полезная. Не уходи от ответа! Теперь твоя очередь рассказывать о себе.

— Что конкретно ты хотела бы узнать? Будь осторожна с вопросами! Ты слышала такую поговорку: «Любопытство сгубило кошку»?

— Слышала. Но в оригинале эта поговорка звучит иначе.

— Правда, что ли?

— Правда…

— И как она звучит?

— Любопытство кошку убило, но удовлетворив любопытство, она снова воскресла. Ты что, не слышал? У кошки девять жизней.