Мир-на-Оси - Алексей Калугин

– Я все прекрасно понимаю, профессор Хруль, – прервал уполога Гиньоль. – Поэтому свои материалы вы предоставите мне. И не позднее двух часов пополудни. А я уже займусь подготовкой материала для публикации. К полуночи я должен доставить материал в редакции.

– Но позвольте, господин Гиньоль!..

– Не позволю, профессор Хруль! Вы хотите сказать, что у вас слишком мало времени? Чепуха! У вас три с лишним часа. При желании за это время можно горы сдвинуть. У вас есть такое желание?

– Вне всяких сомнений! – заверил Гиньоля Вин-Винтовский.

– Вы ведь понимаете, господин Гиньоль, – снова завел свою песню Хруль. – Я всего лишь хотел удостовериться в том…

– Господа, за дело! – Гиньоль взял со стола початую бутылку портвейна и ударом ладони загнал в ее горлышко пробку. – Вино можете взять с собой.

Упологи не стали отказываться от бутылки.

– Что скажешь, Мадлона? – спросил Гиньоль у помощницы, когда дверь за гостями закрылась.

Мадлона крепче прижала папку к груди.

– Они даже не догадываются, что ждет их завтра, – сказала она и негромко шмыгнула носом.

Так, для порядка.

– Надеюсь, они любят сюрпризы.

По губам Гиньоля скользнула тень зловещей усмешки.

Глава 15

Клара ночь напролет бродила по городу. Без всякой цели. Следуя за людским потоком. Который после полуночи превратился в тоненький ручеек. Но к утру вновь забурлил полноводной рекой.

Клара неосознанно выбирала те улицы, что пошире, на которых больше народа. Она шла, с любопытством глядя по сторонам и, как шоколад, смакуя новые впечатления. Ей было интересно все, но в особенности люди. Люди были очень разные, совершенно непохожие друг на друга. Наблюдать за ними было необыкновенно любопытно.

Так она оказалась неподалеку от центра Первого круга.

Тут она стала обращать внимание на яркие витрины магазинов, разукрашенные зазывной рекламой. Она останавливалась и подолгу стояла возле сверкающих огнями и переливающихся осколками зеркал широкими стеклянными окнами, в которых были выставлены ювелирные изделия, женская одежда или посуда. Ее странным образом тянуло зайти в один из таких магазинов. Но она долго не решалась это сделать. Почему – и сама не понимала. Как будто тихий внутренний голос нашептывал ей, что нужно держаться от всего этого в стороне. Не выпячиваться. Не выставлять себя напоказ.

Почему?

На этот вопрос внутренний голос отвечать не желал. А может, не знал ответа.

Наконец Клара остановилась возле модного бутика, в витринах которого были выставлены наряды, настолько элегантные и в то же время необычные, что, когда внутренний голос вновь посоветовал ей ступать себе мимо, Клара велела ему заткнуться и решительно толкнула стеклянную дверь.

Тут же навстречу ей кинулась невысокая блондинка, одетая во все голубое. Блондинка улыбалась так счастливо, будто Клара была ее давней подругой, с которой они не виделись три дня, а значит, у обеих накопился ворох новостей, требующих незамедлительного обсуждения.

– Здравствуйте, меня зовут Светлана, – представилась блондинка. – Чем я могу вам помочь?

В некоторой растерянности Клара замерла на месте. Что она могла ответить блондинке? Она ведь и сама не знала, зачем зашла в магазин.

– Вы хотите мне помочь? – спросила Клара.

– Конечно!

Блондинка, казалось, излучала дружелюбие. Пускай и не совсем искреннее. Но Клара почувствовала к ней доверие.

Клара быстро глянула по сторонам. По огромному магазинному залу неторопливо, разглядывая развешанные повсюду модели, расхаживали еще четыре женщины в сопровождении похожих на Светлану спутниц. Они были далеко и не могли слышать, о чем Клара собиралась переговорить со Светланой.

– Вы действительно хотите мне помочь?

Клара смотрела Светлане прямо в глаза и была уверена, что сразу догадается, если только та попытается солгать.

– Конечно. Для того я здесь и нахожусь.

Светлана, несомненно, говорила правду.

Клара переступила с ноги на ногу, повела плечами.

– Я хорошо выгляжу? Как, по-вашему?

– Вы выглядите замечательно!

А вот этого ей бы не следовало говорить!

Клара приблизила свое лицо к лицу лживой блондинки.

– Слушай меня внимательно, маленькая лгунья. Если ты еще раз попытаешься меня обмануть… Догадайся сама, что я с тобой сделаю.

Уже сказав это, Клара подумала, что, пожалуй, погорячилась. Можно было и как-то поделикатнее указать девушке на ее просчет. Но, к ее удивлению, Светлана улыбалась все так же счастливо, как и прежде. Она не первый день работала в бутике «Готье Ги Барян» и ей было не привыкать к эксцентричным, а порой и выходящим за рамки всех понятий о приличии выходкам богатых посетительниц.

– Я всегда к вашим услугам. И, если вы хотите знать правду…

– Да, именно это я и хочу!

– Ваш наряд старомоден, вульгарен и безвкусен настолько, что подходит разве что для карнавала.

Все это Светлана произнесла на одном дыхании, с невозмутимым выражением лица. Как будто читала заголовок утренней газеты, разместившей на первой полосе статью о скучном, ничего не значащем событии.

– Умничка! – улыбнулась Клара. – А теперь помоги мне от всего этого избавиться.

Вы когда-нибудь видели, как женщина в магазине выбирает предмет туалета? Самый наипростейший. Ну, скажем, шелковый платок. Вы думаете, она возьмет первый же понравившейся ей расцветки? Выходит, вы ни разу не ходили с женщиной в магазин.

Она непременно переберет целую гору совершенно одинаковых для стороннего взгляда платков. Она будет мять их, щупать, рассматривать на просвет, перекидывать с правой руки на левую, нюхать, может быть, даже попробует на вкус. И непременно станет задавать продавщице массу вопросов. А не поплывет ли рисунок от воды? А не полезут ли нитки? А как будут выглядеть краски при ультрафиолетовом излучении? А в полной темноте? А моль его не поест? А сколопендры?..

Все дело в том, что настоящая женщина не может просто что-то купить. Для нее это все равно что для настоящего мужчины просто выпить пива. Без друзей, без воблы, без анекдотов про то, как женщины ходят в магазин. И то и другое – это не заурядное событие, а обряд, сопряженный со строго определенной последовательностью церемониальных действий. Без которых он теряет всякий смысл.

Клара вела себя как настоящая женщина. А Светлана ей в этом, как могла, помогала. Они настолько увлеченно, с истинной страстью юных влюбленных, неподдельным маниакальным азартом старого, закоренелого игромана и восторженностью неофита, только-только познавшего свет истины, предавались процессу создания нового имиджа Клары, что вскоре превратились в центр кристаллизации, к которому невольно потянулись все прочие дамы – покупательницы, консультанты и продавцы, находившиеся в торговом зале. Всем им непременно хотелось принять участие в этом увлекательнейшем процессе. И каждая при этом, конечно же, имела на сей счет свое собственное, строго эксклюзивное мнение. А посему результата, который устраивал бы всех, достичь было практически невозможно. Ну разве что только в первом приближении.

Вечерние платья, легкие сарафаны, деловые костюмы, брюки, джинсы, юбки, майки, топики, пуловеры, кружевные накидки, шали, мантильи, болеро – к вящей радости собравшихся дам, Клара померила все, ну, или почти все, что имелось в бутике. Но ни один из нарядов не вызвал всеобщего одобрения. Одним нравилось то, но не нравилось это. Другим же, наоборот, это было по душе, а вот то – ну просто никуда не годилось. И что с этим или тем делать, было совершенно непонятно.

Самым ужасным было то, что Клара и сама не могла решить, какой из предложенных вариантов ей более подходит. Она уже начинала ощущать странное чувство, никогда не испытываемое ею прежде. Нечто похожее на пропорциональную смесь раздражения, недовольства и отчаяния. Что это такое, легко поймет любая женщина. А вот мужчинам – лучше и не пытаться. Эта опасная смесь начинала понемногу бурлить и пениться, превращаясь в нечто совершенно иное, уже не имеющее названия, но способное взорвать мир. Клара даже не подозревала, насколько это опасно. А остальным, похоже, до этого просто не было дела. Если женщина не может подобрать себе костюм, то мир может катиться в тартарары! Кому какое дело!

Трудно сказать, чем бы все это могло закончиться. Кто знает, быть может, в модном бутике «Готье Ги Барян», что на улице Грез, действительно случился бы взрыв чудовищной силы. Но в тот самый момент, когда чека была уже почти выдернута из запала, Клара услышала у себя за спиной негромкий, очень спокойный и уверенный голос:

– Нет, милочка, это никуда не годится. Снимите это немедленно.

Странный это был голос. Плавный. Даже немного напевный, он не приказывал, не объяснял и даже не советовал, что делать, а будто разговаривал сам с собой. И, что самое удивительное, – голос был мужской.

Клара обернулась.