Центр - Дмитрий Щербинин

Хуже всего удавалось выражать почтение Дэклу. В глазах его читались и раздражение, и неприязнь, и желание выкрикнуть что-нибудь резкое, и избавиться от этих законников.

Но вот Валлез Прожен подобрался ко второй части своей речи. Здесь уже обошлось без здравниц — этот важный законник ругался. Да как ругался! Любой участник одной из многочисленных Аркопольских банд позавидовал бы богатству его ругательного лексикона.

А кого же ругал Валлез Прожен? Оказывается, представителям неведомой цивилизации, которые неуловимо мелькали в небе, досталась едва ли десятая часть его злословия. Всё остальное обрушилось на участников экспедиции — учёных.

Он ревел, неистовствовал, брызгал слёной, скрипел зубами, размахивал кулачищами. Он, кажется, готов был их тут же расстрелять. И ведь какое преступление они совершили! Они, уже после того как была замечена чужая цивилизация, летали по окрестным мирам, исследовали их, тогда как могли быть схвачены врагами; и, ладно, их жизни — раз они такие … так их жизни ничего не стоят, но враги могли захватить Ноктские аэроциклы, завладеть световыми двигателями, после чего напасть на сам Нокт.

Валлез Прожен разошёлся. Ему ведь нравилось ругаться, угрожать. Он дошёл уже до того, что пригрозил всех их на Ноктских рудниках сгноить, но тут всё же остановился, так как у него был приказ от вышестоящих чиновников — участников первой экспедиции оставить на месте, и использовать их как специалистов по окружающему пространству.

Далее последовал длинный перечень тех защитных мер, которые участники экспедиции должны были предпринять, но не предприняли. Например, они должны были собрать и установить боевого робота, который, оказывался находился в недрах их грузового аэроцикла. Робкое возражение о том, что у этого робота не осталось несколько важных составляющих, Валлез Прожен принимать не захотел, и тут же обвинил их в том, что они сами украли эти важные составляющие…

Закончил он свою ругательную речь тем, что приказал всем «правонарушителям» оставаться внутри лагеря до "особого распоряжения". «Правонарушителями» он называл всех участников первой экспедиции, а "особое распоряжение", естественно, должно было прозвучать из его уст…

Прошло несколько томительных, бездейственных дней и ночей. В лагере теперь царил постоянный сумрак. Густые тени падали не только от громад окружавших их роботов, но и от крейсера "Молот Нокта", который нависал на незначительной высоте.

В палатке лежали Дэкл и Кззедда. Дэкл лежал на спине, и сосредоточенно смотрел на слегка вздрагивающие своды, Кззедда прижалась к его боку, и шептала ему на ухо:

— Я так больше не могу. Такое впечатление, что за нами постоянно следят.

На что Дэкл ответил тоже шёпотом, но не жалобным, как у Кззедды, а злым и волевым:

— Это не впечатление, а действительность. За нами действительно следят. Ты знаешь, что этот Прожен, будь он неладен, задумал?.. Будут проверять каждого из нас самым тщательным образом, едва ли не на кусочки разбирать.

— Ох, ужас какой! Это зачем же такое?

— А затем, что подозревает, что мы уже имели дело с чужой цивилизацией, и в нас уже вживлены всякие там устройства, которые позволят нами управлять, и через которые ведутся наблюдения.

— Ох, бред какой…

— А ты это Прожену скажи. Он тебе быстро голову скрутит… И я тебе скажу: это ещё цветочки. Он тут теперь царь и бог. Когда ещё на Нокте оценят сложившуюся здесь ситуацию, когда ещё придут указания. А пока что будет указывать он, Прожен… Знаешь ли, что и на его и на остальных законников тоже начала действовать местная умиротворяющая атмосфера.

— Хорошо бы подействовала, и он успокоился.

— Успокоить такого как он может только смерть. А пока он, чувствуя это спокойствие, разъярился ещё больше. Вот представь: он считает, что и спокойствие исходит от чужаков, что это они такими волнами воздействуют, чтобы притупить бдительность, а потом нежданно напасть. Так он теперь принимает какие-то вещества, возможно и наркотические, от которых ходит в постоянно возбуждённо-деятельном состоянии, и думает, как бы ещё защитить наш лагерь и ограничить наши права… Его подчинённые тоже принимают эти вещества, но в меньшем количестве. На всех этого вещества не хватит. Ты ж видел, сколько их прелетела…

— Вообще не видела. Но, кажется, очень много…

— Много! Это не то слово — много. Нас тут горстка, а этих — куча. Тысячи… Не удивляюсь, если десять или даже пятнадцать тысяч. Не только здесь, но и на соседних мирах разместились. Сами летают, роботов своих везде расставляют, а мы тут заключённые. А, между тем вся их суета совершенно лишняя…

— Почему? Может всё же что-нибудь хорошее будет? Хотя бы защитят…

— Защитят?.. Чем?.. Этими роботами, своими автоматами?.. Почему они думают, что этой чужой цивилизации очень нужны их световые двигатели? Быть может, эта другая цивилизация уже ушла далеко вперёд их…

— Ты так говоришь, будто что-то знаешь?..

— Тише ты. Я не уверен, что нас не подслушивают.

— Так, стало быть, всё-таки что-то знаешь?

Аннэя продолжала его расспрашивать, но Дэкл отнекивался, говорил, что всё это — только его предположения. И, наконец, Кззедда заснула.

А вот Дэкл спать не мог. Сердце его часто билось. Он всё думал о центре мирозданья, о тех змеях, которые пытались прогрызть его оболочку. Он, Дэкл, один знал про это, и никому не мог рассказать.

И вот он думал, почему же не было ему новых видений. Теперь, запертый в лагере, он даже не мог подойти к куполам, и от этого было особенно мучительно. Быть может, именно теперь, когда его свобода была так ограничена, от него ждали помощи, хотели передать что-нибудь важное через тот купол…

И чем дольше он так лежал, тем быстрее билось его сердце, тем яснее понимал он, что оставаться в лагере и ждать неизвестно чего невозможно.

И вот ударила, обожгла мысль: "Надо устроить побег…". Он даже усмехнулся, когда понял, что действительно, несмотря на смертельный риск, попытается бежать. Мучительным, угнетающим было бездействие, теперь он снова был полон сил, и обдумывал свои дальнейшие действия.

Вот вздохнула, покрепче прижалась к нему и прошептала во сне его имя Кззедда. Дэкл скосил на неё взгляд, и подумал с лёгкой печалью: "Ну а с тобой мне придётся расстаться. Вряд ли мы ещё встретимся…"

Но Дэкл ошибался.

Глава 9

"Побег"

Ещё много времени понадобилось Дэклу для того, чтобы выбрать такой удачный момент, когда можно было сбежать. Ведь Валлез Прожен и его подчинённые не дремали — следили не только за окружающим пространством, но и за учёными.