Вынужденная связь - Джей Бри

хочу быть. Что, для протокола, находится между ее идеально кремовыми бедрами, с ее лодыжками, зафиксированными где-то около моих ушей.

Когда я добираюсь до ее бедер, покусывая косточки и облизывая маленькие углубления, которые оставляю, чтобы унять боль, она замирает на секунду, ее ноги напрягаются. Я останавливаюсь, поднимая взгляд, чтобы посмотреть, что ее напугало, чтобы я мог убить это, потому что не хочу, чтобы меня прерывали прямо сейчас. Не тогда, когда я так чертовски близок к тому, чтобы наконец попробовать эту киску, о которой мечтал.

Она грустно улыбается и пожимает плечами. — Я просто говорю своим узам идти к черту. Они хотят поиграть с тобой, но сначала я хочу это.

О, блядь, да.

Мне это чертовски нравится.

— Скажи им «может быть в следующий раз». Например, минут через десять после того, как закончится этот раз.

Ее смех — музыка для моих ушей, она задыхается и возбуждается, и я жду, пока она расслабится и откинется на подушки, прежде чем снова наклониться, чтобы, наконец, получить то, что я хочу, съесть ее так, как я обещал ей несколько месяцев назад, когда впервые показал ей свое обращение. Черт, и это все, чего я всегда хотел.

Не знаю, потому ли, что она моя Связная, но я могу читать ее как книгу, проверяя каждое маленькое движение и завихрение моего языка на ее клиторе, пока она не начинает извиваться и стонать так громко, что я рад, что мы здесь одни.

Я не хочу, чтобы кто-то еще слышал этот момент между нами — он принадлежит мне.

Мои собственные стоны удовольствия отдаются вибрацией в самом центре ее тела, и она начинает тяжело дышать, ее грубые руки сжимают мои волосы и тянут меня к себе, словно пытаясь подтянуть мое лицо еще ближе.

Когда ее тело начинает содрогаться, я чувствую, как ее узы выходят на поверхность и вытягивают мои наружу. Наша Связь еще не завершена, но процесс уже начался. Я чувствую, как она оживает в каждой моей клетке. Мне приходится прикусить внутреннюю сторону щеки до вкуса крови, чтобы не разрушить все прямо сейчас. Ощущения почти слишком сильные, как будто я должен был подождать, чтобы заставить ее кончить, пока не окажусь внутри нее, но звуки, которые она издает, и то, как она двигает бедрами напротив моего лица, чертовски затягивают.

Я хочу умереть вот так.

— Гейб, пожалуйста, мне нужно больше. Я не могу… моим узам нужно больше, — тяжело дыша говорит она, и я отрываюсь от мокрого месива, которое сотворил с ее киской, чтобы снова посмотреть на нее. Ее волосы разметались по подушкам, как шелковистый серебристый веер, а на щеках красивый румянец. Ее губы красные от того, что она их кусала, пухлые и измученные в лучшем смысле этого слова. Я хочу запомнить этот момент на всю свою чертову жизнь.

Я стараюсь говорить уверенным тоном, но сухая хрипотца, вероятно, выдает мое собственное отчаяние, когда я отвечаю: — Я могу дать тебе то, что ты хочешь, Связная.

И вот так я обнаруживаю, что воплощаю в жизнь свою вторую по величине фантазию с моей Связной, когда она устраивается на моих бедрах и скачет на моем члене, как профессионал. Блядь, она ощущается как сон, принимая каждый сантиметр меня, а ее ногти впиваются мне в грудь, когда она задает хороший ритм.

Возможно, я нахваливал себя, но когда задница Оли подпрыгивает на моих бедрах, когда она скользит своей идеальной киской вверх и вниз по моему члену, требуется большая концентрация, чтобы просто не взорваться. Она чертовски совершенна, превосходна, и мои узы светятся у меня под кожей от того, что я наконец-то овладел ею.

Это стоило каждой секунды ожидания.

Как раз в тот момент, когда я уверен, что кончу, слишком скоро, потому что я не хочу, чтобы это заканчивалось, я беру в ладони каждое из ее бедер, приподнимаю ее со своего члена и тяну вверх по своему телу, пока она не оказывается верхом на моем лице.

Оли издает какой-то задыхающийся звук, скорбный и шокированный, и когда я говорю, мои слова попадают прямо в ее сердцевину. — Еще раз. Кончи на мои губы еще раз, Связная.

Она замирает там на секунду, пока я не опускаю ее обратно, как следует прижимая ее сладкую киску к своему рту, а затем я ем до тех пор, пока она не выкрикивает мое имя, ее бедра дрожат и сжимаются в оргазме.

Я выпиваю каждую каплю ее освобождения и стону от вкуса ее соков.

Она ждет столько, сколько нужно, чтобы ее бедра перестали дрожать, а потом сползает по моему телу, поворачивается, чтобы поцеловать меня и слизать свою влагу с моего языка.

Я больше не могу так лежать, как бы мне ни нравилось, что она все контролирует.

Я переворачиваю нас обоих и снова вхожу в нее, мой член все еще тверд и готов к взрыву. Оли издает самый невероятный звук, что-то вроде задыхающегося визга, а затем с ее губ срывается череда проклятий и похвал.

— Да, блядь, пожалуйста… Боже, еще, мне нужно больше, Гейб, черт возьми!

Связь ощущается так, словно ты наконец-то возвращаешься домой.

Нет другого способа описать прилив эйфории, который охватывает меня, когда мой собственный оргазм бьет меня по затылку и делает меня чертовски бесполезным. Как будто я тысячу лет бродил по равнинам земли в одиночку, но теперь наконец-то нашел свое место.

Глаза Оли подо мной становятся черными, но лишь на секунду, прежде чем эти прекрасные голубые океаны снова замигают, глядя на меня. Это был всего лишь маленький момент, ее узы проверяют связь, которую мы только что установили.

Когда я наконец скатываюсь с нее, осознавая свой вес, я тащу ее за собой, чтобы мы на самом деле не разделялись. Я хочу, чтобы ее кожа прижималась к моей, по крайней мере, в течение следующей недели, как минимум.

Моя грудь все еще вздымается, но я должен что-то сказать, чтобы заполнить тишину, когда больше нет звуков шлепков нашей кожи, когда я входил в нее. — Это определенно было то, о чем я мечтал.

Она фыркает и зарывается головой в мое плечо, пряча лицо, как будто стесняется этого теперь, когда не находится на вершине моего члена.

— Связь, секс в целом, все.

Оли замирает на секунду, а затем откидывает голову назад. — Что значит «секс в целом»? Для тебя прошло не так уж много времени.

Я улыбаюсь ей, чертовски самодовольный, услышав это. —