Узурпатор ниоткуда - Дмитрий Дубинин

Майк дернулся всем телом. Но связан он был на совесть — куда серьезнее, чем я.

— Я же не виноват, черт возьми, в том, что Кейдж сумел раздобыть такой дрянной самолет! — зло сказал он.

— Верю. Но я уже два раза задавал вопрос, на который так и не получил внятного ответа, а теперь спрошу в третий раз — зачем тебе понадобилось стрелять в Маскаева?

— Черт… Откуда я знал, что это именно Маскаев?

— Это не ответ. Если бы мы увидели любого вооруженного деятеля в лесу, нам надо было просто прижать его к земле, обезоружить, а потом допросить. Ты же начал палить прицельно, а значит, хотел убить Маскаева… Уж поверь старому вояке, я знаю, как стреляют, когда хотят убить. Ведь ты же не мог знать ни о когтях леопарда, ни о прочих делах… Ты увидел человека в желтой куртке и начал палить в него, как сумасшедший!

— Послушай. Я не мог знать, кто этот человек, — быстро заговорил Майк. — Самолет разбился вдребезги. Командир бросил Маскаева в двухстах километрах отсюда, на том самом аэродроме. Я спасся просто чудом — ты же сам вытаскивал меня из болота!

— Ну, да… Там еще крокодилы как раз подошли — их очень заинтересовало, кто это там с неба прилетел их кормить… Но зачем ты стал стрелять на поражение, Майк?

— Не знаю… Может, нервы не выдержали… Черт возьми, Жоам, но я же никакой не солдат! Я простой американский техник, и я порой думаю — будь проклят тот день, когда я разоткровенничался перед этим безумным Кейджем!

Жоам замолчал — видно, обдумывал, стоит ли верить словам Майка. Я полагал, что не стоит. Не тот он человек, чтобы нервничать таким образом. Не самый приятный тип, да, я согласен. Меня он с трудом терпит, это тоже так. Но взять и пристрелить как собаку? В это мне тоже слабо верилось.

— Не убедил ты меня, твое величество, — произнес Алварес. — Теперь разберем вранье номер два: по твоим словам, экипаж убедился в том, что Маскаев мертв, и потому поднялся в воздух. На деле же получается, что Маскаев жив, хотя и не совсем здоров, при этом он очень сердит на вас за то, что вы его бросили на аэродроме. Как это понимать?

— Дэйв скомандовал взлет, — глухо произнес Майк. — Кейдж не стал возражать. И без того было ясно, что на аэродроме похозяйничали посторонние — а наша задача заключалась в том, чтобы забрать вас здесь, в Тонга-Со.

— Задачу вы выполнили блестяще, — съязвил Жоам. — Ладно, про самолет я понял — во всем виноват Кейдж… И мне могло повезти меньше, если бы мотор загорелся несколькими часами позже, то есть, когда вы уже взяли бы меня и моих людей на борт… Верно?

— Ну… В общем, да. Что касается Маскаева, то сразу после взрыва его отбросило на несколько метров, и он лежал без движения. Как бы вы поступили на месте командира?

Алварес проигнорировал этот вопрос и зажег потухшую сигару. Я загасил свою и спрятал в карман — уж очень крепкая.

— Продолжим, — сказал главарь. — Хотя, картина мне уже почти ясна. В Тбилиси вы получили ящики с советским оружием. Маскаев, кстати, сделал свое дело — ни в какой Кейптаун его бы не отправили. И после доставки груза оружия на самолет Андрей фактически уже не нужен — хоть сейчас можно пристрелить. Но Кейдж посчитал, что это глупо, да и опасно. Лучше отправить его в Лагос, где легко пропасть без вести. По крайней мере, это логично. Хотя и не вполне понятно, зачем вам вообще понадобился экспедитор. Только чтобы в Тбилиси было на кого стрелки перевести в случае возможных осложнений? Тоже не слишком-то правдоподобно. Но будем считать, что это так.

Дальше все идет по плану. Кейдж сообщил, что груз в пути, я отправляю трех своих парней на аэродром, где оружие выгружается и ждет дальнейшей отправки. Ваш самолет затем вылетает в Луанду, где неожиданно появляется Маскаев, и вам приходится смириться с тем, что он остался в живых. Затем вы подбираете наемников у озера Унвомбе в Заире и высаживаете их недалеко от устья Конго, на южном берегу, где есть аэродром. Я правильно говорю, уважаемые члены королевской фамилии?

Мы кивнули.

— Они там сейчас ждут сигнала, — вздохнул Майк. — И я не уверен, что дождутся. Все сроки были в голове у Кейджа.

— А бивни?

— Выгружены там же. По замыслу Кейджа, слоновая кость — это стратегический запас новой власти Контвигии, который можно будет обменять у французов на золото… И с ними только Кейдж поддерживал связь — никаких контактов у меня нет. Знаю только фамилию — Монтескье. Единственное, что сказал Роб, это то, что французы сами прибудут в Руздану, как только им станет ясно, что время пришло.

— А как мы все будем перебираться? На мифическом вертолете, который будет мотаться над устьем туда-сюда, как челнок, пока его не собьют ангольцы или заирцы?

— Нет. С моря подойдут два корабля — боевой и транспортный. А на них — еще сотня головорезов. Транспорт перевезет через устье в Контвигию наемников и элитное штурмовое подразделение — то есть, твоих людей, сеньор Алварес… Ну, а боевой будет оказывать поддержку с моря при штурме Рузданы.

— Не понял. О каких кораблях речь?

— Не знаю точно. Кейдж с кем-то договаривался в Нигерии. За определенную плату ему обещали дать людей и два судна.

— Я начинаю верить в то, что если бы Кейдж остался жив, у нас бы все получилось, — задумчиво сказал Жоам. — Чтобы взять Руздану, двух с половиной сотен солдат должно хватить.

— У нас и так должно все получиться! — горячо заговорил Майк. — Я не для того приехал сюда, чтобы сдохнуть в джунглях либо вернуться в Америку без штанов. Да и ты, насколько я понимаю, уже не вернешься к унитовцам…

— Я сотрудничал с МПЛА, — возразил Алварес. — Не зря же меня кое-чему учили в Советском Союзе… Продолжаем нашу беседу. Пока вы забрасывали наемников на аэродром у моря, аэродром в джунглях был захвачен нашими противниками. Так?

— Видимо, да.

— Они с пристрастием допросили моих людей, охранявших оружие, а затем убили их… Мер-рзавцы… Когда ваш самолет сел там, чтобы забрать оружие и моих людей, вас атаковали эти гады. Правильно?

— Да.

— Маскаев вызвался прикрыть взлет самолета. По случайности чья-то пуля угодила в склад взрывчатки. От взрыва Маскаев получил легкую контузию и потерял сознание. Ваш командир принял решение взлетать. Все верно?

— Да. Теперь я думаю, он действительно решил лететь к вам за помощью — ведь кто же знал точно, сколько наших противников может оказаться у аэродрома?

— Еще момент. Почему нельзя было выгрузить оружие здесь, в Тонга-Со? А еще лучше — возле устья, там же, где ждут наемники? Зачем вам понадобился запасной аэродром, построенный еще во времена Салазара?

— Ага, конечно, и под охрану этого заирского сброда! — Теперь начал язвить и Майк. — Кейдж правильно делал, что не доверял наемникам. Впрочем, он не доверял и вам. И говорил, что никогда не оставит в одном месте без присмотра примерно равное количество людей и оружия.

— Кем могли оказаться люди, пытавшиеся захватить самолет?

— Не представляю. Но, судя по всему, это вряд ли были простые партизаны, шатавшиеся по окрестным лесам. Маскаев, кстати, уверен, что их высадили с другого самолета или вертолета.

— Скорее, десантировали где-то поблизости, чтобы застать врасплох моих людей… Черт! Перемудрил Кейдж, ох и перемудрил… Кто из экипажа мог сливать информацию на сторону?

— Самаев, — не раздумывая произнес Майк.

— Ерунда, — вмешался я. — Ты просто злишься на него за то, что он доложил о ваших делишках командиру… Во время одного из перелетов, как раз, когда мы везли наемников, рядом с нами пролетел вертолет неизвестной мне марки и принадлежности. Может быть, за нами уже давно следили?

— Был вертолет?

— Был… Короче, Жоам… Развяжи-ка меня. Надоело уже как дураку связанным сидеть.

— Еще вопрос. Парашюты были у членов экипажа?

— Нет. Не было ни у кого.

— Предпоследний вопрос, — сказал Алварес, приложившись к фляжке. — Что же все-таки произошло на борту после взлета?

— В общем-то ничего особенного… Взлетели. Стали сразу же готовиться к посадке в Тонга-Со, то есть, сюда. Кейдж был вынужден решить забрать вас, слетать вместе с вами за оружием, и потом уже вылетать к устью Конго, где ждут наемники. В этот момент левый двигатель полыхнул и взорвался.

— Кстати, в самой Руздане должен быть аэропорт, верно? На остальной территории Контвигии, насколько знаю, нет ни одного.

— В городе есть. Вернее, был. Я же говорил, когда я в прошлом году побывал в Руздане, там по приказу мэра разрушили полосу. Якобы для того, чтобы в черте города не могли садиться боевые самолеты, посланные режимом Луанды.

— Кто был тогда мэром? Педру Батишта?

— Вроде, да. Видимо, он и остался.

— Он дурак?

— Не знаю…

— Будем исходить из того, что нет… Ладно. Последний вопрос. Какой интерес был у Кейджа в этой истории? Он вложил в авантюру все свои деньги и даже больше того. На что он рассчитывал, что он должен был получить, когда ты сел бы на трон и объявил на весь мир о том, что власть в Контвигии наконец оказалась в руках единственно возможного человека?