Небосвод мечей - Дэйв Дункан

Еще меньше, чем кожаные шорты, сапоги и стальные шлемы? Быть может, он имел в виду украшения? Теперь Малинда ясно видела, что каждого стражника украшало удивительное переплетение золота и серебра, жемчуга и драгоценных камней — широкие браслеты, серьги, ожерелья, отделка на сапогах, поясах и перевязях. Эти грубые моряки принесли на себе больше сокровищ, чем все гости в парке.

Они вышли на причал, и фейн выпустил ее руку. Подняв подбородок, принцесса прошла между двух рядов воинов. С одной стороны ее ждали обнаженные мечи, с другой — топоры. Молодые, зрелые, пожилые мужчины: зеленые глаза смотрели сквозь принцессу, не встречаясь с ее взглядом. Йомены королевского дома не могли похвастаться лучшей дисциплиной и выправкой. Тусклый свет сиял на драгоценных камнях, стали и мокрой коже. Она никогда не думала, что мужчины могут быть настолько волосатыми. Волосы бельцев переливались всеми оттенками рыжего — огненные, каштановые, бурые; заплетенные косы или лежащие свободно пряди, бороды и усы, растительность на груди, руках и иногда даже на плечах. И все же перед ней стояли люди, обычные люди — седые и совсем мальчишки. Никаких клыков, никаких рогов. Даже никаких сухих рук, горбов и блох.

Она прошла через почетный караул к корме корабля, на котором остался всего один человек. Одет он был совершенно заурядно — что и было странно — в камзол и рейтузы, без единого блестящего камня или золотой нитки. Незнакомец подал ей руку, помогая взойти на борт. Малинда чувствовала, как под ногами качается палуба. Она покидала родину, чтобы никогда не вернуться.

Принцесса подняла голову и окинула взглядом дракар, забитый и заваленный веслами, сундуками, веревками и узлами с тряпками. От досок поднимался запах меда и дегтя. Руби и Доув только теперь спускались по лестнице в сопровождении одного Клинка. Сверху склон заполонили придворные: вытягивали шеи и блеяли как козы, впервые в жизни увидев дракар с настоящими живыми пиратами.

Фейн Леофрик поднялся на борт, резко отдал приказ, и Малинда от неожиданности вздрогнула.

Волна бельцев перекинулась через ряд щитов, и ноги их коснулись палубы почти одновременно. «Месть» или «Убийца» встрепенулся и закачался. Через мгновение вторая волна бельцев перемахнула через борт. Малинда потеряла равновесие, но ее подхватил мужчина, который помог взойти на корабль, и что-то сказал.

— Удачи вам. — Она стряхнула его руку. — Фейн Леофрик, нет нужды ждать этих двух женщин. Отплывайте без них. И быстрее, пожалуйста.

Фейн снова отдал приказ. Взметнулись веревки, выдвинулись весла, корабль отошел от пристани.

Что такое?..

Малинда резко обернулась.

— Что вы сейчас сказали?

Мужчина улыбнулся.

— Я сказал, миледи, что меня зовут Радгар Эйлединг.

Глава 11

Я знаком с Радгаром с детства, но он не устает поражать меня.

Значительной части своих успехов он обязан своей непредсказуемости.

Портрет имел с оригиналом весьма отдаленное сходство. Малинда еще никогда не видела таких ярких глаз — словно зеленая эмаль, а в аккуратной медной бороде не блестело ни одного серебряного волоса. Он постригся… и конечно, не выглядел на тридцать… и совсем не походил на чудовище.

— Ваше величество!

Она сделала попытку присесть в реверансе.

— Нет! — Радгар взмахнул руками и перехватил ее за локти. — Вы не должны опускаться передо мной на колени!

Их взгляды встретились. Малинда отвернулась. Если он ждал изысканный садовый цветочек, то теперь должен понять, что приобрел здоровенную девку. Но король поднял ее легко, как будто это не Малинда была, а маленький Амби. У него мышцы, как у дровосека.

О духи! Если бы Клинки и Йомены знали, что Чудовище Радгар здесь, всего в паре десятков метров, она стала бы вдовой, так и не лишившись девственности.

Малинда прикинула, насколько далеко дракар отошел от пристани. Не так уж и далеко. Теперь он медленно дрейфовал по рябой от дождя воде. Весла крыльями замерли по обоим бортам судна.

— Прошу прощения, если напугал вас, — продолжил Радгар. — Разве ваш отец не сказал, что я здесь?

Она покачала головой. Он, наверное, не знал…

Король — ее муж — нахмурился.

— И даже не говорил вам, что мы с ним давно знакомы?

— Ну… Нет, ваше величество.

Руби, Доув и сопровождавший их Клинок остановились в нерешительности, пытаясь понять, стоит ли идти дальше. На самом гребне берегового вала стоял ее отец и смотрел поверх голов гвардейцев на реку, и ярость на его лице можно было разглядеть даже отсюда. Узнал ли он Радгара?

— Он заверил меня, что вы весьма благородны и обходительны.

— Как мило с его стороны! — сердито сказал Радгар. — При нашей встрече двенадцать лет назад он был обо мне иного мнения. Похоже, он солгал вам о нашем знакомстве. Вы согласитесь со мной, что он пытался вас обмануть?

Зачем обсуждать отца? Почему бы ему просто не поцеловать ее щеку? Или руку?

Пират приподнял бровь.

— Честный ответ, миледи! Скрывал ли ваш отец намеренно тот факт, что мы с ним лично знакомы?

Ничего не понимая, она неуверенно пробормотала:

— Возможно, он забыл короткую…

— Уверен, он ничего не забывал. Какие еще свои штучки пробовал он на вас? Какими угрозами заставил согласиться на этот брак?

Девушка недоумевала.

— Ваше величество, я написала вам! Я поклялась перед…

— Да, конечно, ибо я не подписал бы договора до тех пор, пока не получил бы заверений в том, что вас не принуждали к союзу, казавшемуся вам отвратительным. И все равно я должен сам услышать, из ваших уст.

— Ваша честь…

Пестрое сборище на берегу стихло, глядя на ладью.

— Почему вы не хотели подождать ваших дам?

— Милорд, почему мы не плывем?

— Потом! — зло отрезал он. — Вы знали, что они не хотят ехать? Их силой заставили сопровождать вас? А как насчет вас самой? Рады ли вы перспективе провести остаток дней в Бельмарке, рожая мне детей?

— Я горда выйти за столь славного короля!

— Ох, вздор какой! Вы можете испытывать страх или отвращение, или дрожать от возбуждения. Но при чем здесь гордость? Я работорговец и убийца тысяч людей. Мою мать силой склонили к замужеству, и я не возьму вас в жены, если только не буду убежден, что вы действительно этому рады. Мне кажется, вас принудили. Ну, говорите же!

Да он издевается над ней, точно так, как отец!

— Это несправедливо, милорд! Я уже сказала вам, а вы отказались меня слушать. Вы называете меня лгуньей?