Разделённые вихрем судьбы - Глеб Янышев

— Эта связь существует между каждым всадником и грифоном. Она своеобразная, и понять ее вы скорее всего не сможете. Это возможно лишь только почувствовать.

Лаура поняла, что именно этими словами эльф и рассчитывал прекратить их беседу. Отметив, что ее собеседник не слишком-то словоохотлив, девушка решила несколько сменить тему разговора:

— Мое имя — Лаура. Если вдруг Вам что-то понадобится, Вы всегда сможете обратиться за помощью ко мне.

Эльф смерил ее взглядом, а затем улыбнулся и ответил:

— Я уверен, что помощь мне вряд ли понадобится. К тому же, надолго здесь я оставаться не планирую.

— Да я тоже не планировала здесь задерживаться. Но погода диктует свои правила, не так ли? Но… не важно. Если даже Вам не потребуется моя помощь, то я смогу составить Вам хотя бы компанию для беседы.

— Вы так много любите говорить… — вздохнул эльф.

— Ну а вы там, в своих ледниках, совсем уже от речи отвыкли чтоли?

— Я не вижу смысла в разговоре, когда совсем не о чем говорить, — пояснил эльф.

Лаура усмехнулась и подмигнула ему:

— И тем не менее, мы неплохо поговорили, — сказала она, вставая из-за стола. — Спасибо Вам!

От Лауры не укрылось, что эльф был очень удивлен такой ее реакцией и на какое-то время даже растерялся. Но затем вновь принял свой невозмутимо-спокойный облик и кивнув ей головой, сказал напоследок:

— Мое имя — Анзр'Эрн.

Лаура вновь подсела к сестрам, а житель ледников, дождавшись напитка, пожелал подняться в свою комнату.

— Ну и как, завела нового друга? — хмуро поинтересовалась Рианон.

Лаура лукаво взглянула на нее, а затем пододвинулась поближе. Наклонившись, она над самым ухом Рианон произнесла:

— Насупишься еще больше — треснешь.

— Да ну тебя! — ткнула в бок ее Рианон.

Лаура залилась смехом, а затем в нескольких словах рассказала о том, как познакомилась с новым постояльцем.

— Все, последнее, что могло меня заинтересовать, исчезло, — скучающе заметила Лаура, посмотрев на тот столик, где некоторое время назад сидел эльф.

— Не исчезло, а пошло наверх, — поправила Марни.

— Какая разница? Все равно делать больше нечего, — сказала Лаура, теребя в руке чашку с остатками бульона.

— В такую погоду ничего и не поделаешь… — с кислым видом выглянула в окно Рианон.

— Все, я спать пошла, — сказала Марни, махнув рукой сестрам.

— Оставляешь меня с этой вечно недовольной всеми особой, — фыркнула ей вслед Лаура и отвернулась от Рианон.

Некоторое время они молча сидели, нарочно глядя в разные стороны и стараясь не обращать внимания друг на друга. В итоге обеим это изрядно надоело. Чего-либо лучше, чем последовать примеру Марни, они так и не придумали.

— Я тоже пошла… — одновременно начали они.

— Ну а я тогда останусь здесь, — ухмыльнулась Рианон.

— Счастливо оставаться, — сказала Лаура, выпорхнув из-за стола.

Проводив взглядом сестру до лестницы, Рианон вновь уставилась в окно. Погода не собиралась улучшаться: за стеклом так же стеной застилал все ливень. На поляне перед таверной, которая сейчас походила на болото, не было никого. Да и понятно, в такую погоду не найдется безумцев, желающих освежиться. Все нормальные люди будут сидеть под крышей и греться у теплого очага.

— Кхмда… что-то я о нормальных говорила, — усмехнулась Рианон, когда увидела, как на поляне перед таверной возникло две повозки, запряженные лошадьми. Животные то и дело мотали промокшими гривами, пытаясь отмахнуться от назойливых капель воды. Возле них вертелось четверо людей, промокших до нитки и по колено утопавших в грязи. Один из них что-то кричал и пытался подгонять остальных. В нем Рианон узнала Фаразона. Он был такой же мокрый и представлял довольно жалкое зрелище.

Девушка вспомнила, как утром Марни рассказывала про его магию и про дождь, который не касался колдуна. По всей видимости за время, которое Фаразон провозился с путниками, магия его иссякла.

Дверь таверны открылась и внутрь ввалилось четверо мокрых и грязных путников. Двое из них тащили какие-то ящики, из которых медленно вытекала вода прямо на чистый пол таверны.

— Снимите уже их и расставьте по-отдельности, — скомандовал один из путников. Двое других приподняли верхний ящик — из-под него полилась вода прямо на мантию колдуна.

— Спасибо. А то мне так не хватало влаги сегодня, — язвительно заметил Фаразон и с руганью вновь выскочил на улицу.

Ко вновь прибывшим тут же подскочил Фантом и несколько служанок, которые уже принесли теплые плащи для промокших людей. Всех новых постояльцев сразу усадили за столы как можно ближе к очагу. Грязь, которую те принесли с собой со двора, в один миг убрали.

Рианон скучающе наблюдала за ними, опустив голову на руки. Ей вспомнилась таверна в лагере наемников в северных землях. Совершенно другое заведение: более шумное, более грязное и намного опаснее, чем здесь. Там все недовольство и вся злоба выказывалась открыто и сразу же. Без нескольких потасовок в день та забегаловка не обходилась. Здесь же совсем иначе: тихо, спокойно и опрятно. От такой обстановки Рианон все время казалось, что она не может чувствовать себя в безопасности. Настолько сильно привыкла она к более шумному обществу наемников, что здесь все казалось даже слегка неправильным.

Но если смотреть на это с другой стороны, то в такой таверне можно было действительно спокойно оставаться и на день, и на месяц. Не возникало ощущение постоянного движения людей через это заведение. Кто-то приходил, кто-то уходил, но все равно «Пристанище Хранителей» оставалось уютным и приветливым местом, так похожим на дом. Вот только что-то подсказывало, что у этого дома много тайн и далеко не все в действительности так, как это выглядит на первый взгляд. И именно это ощущение заставляло Рианон чувствовать себя здесь не в своей тарелке.

Вновь в таверне появился Фаразон. Теперь уже в руках у него был посох, а грязь с одежды и сапог исчезла. Колдун скинул свой мокрый плащ — под ним оказалась совершенно сухая иссиня-черная мантия с двумя бархатными полосками на груди, отороченными узорной каймой. Фаразон откинул со лба мокрые волосы, ставшие черными от влаги, и направился к Рианон, заметив, что девушка разглядывает его.

Наемница только вздохнула и рассердилась на саму себя за то, что не смогла вовремя отвести взгляд. Теперь придется либо уходить, либо терпеть общество этого человека.

Последняя надежда на то, что колдун, возможно, пройдет ее столик, не оправдалась, когда Фаразон устроился напротив.

— Я уверен, ваши спутницы возражать не будут, — улыбнулся уголком рта маг. Только что подошедшей служанке, которая лишь открыла рот, чтобы обратиться, колдун сказал: