Путь паломника - Василий Тараруев

"У вас все легенды интересные" — подумал Дон Кихот — "Даже какая-нибудь идиотская сказка про пьяного сталкера".

Сам вход в лабораторию находился в самой середине огороженного колючей проволокой пятачка в лесу.

Внешне вход в бункер выглядел как большой заросший травой холм — на вид обычный замаскированный узел военной связи. Типичный способ маскировки военных объектов. Только на склоне с вырезом хода вместо обычной узкой железной двери был широкий проход, в который мог бы въехать танк. Дон Кихот опасался, что бронированные ворота окажутся закрытыми, но к счастью, тяжёлые створки стояли распахнутые настежь. Края бронированных плит были погнуты — видимо ворота открыли при помощи мощного взрыва. За раскрытыми створками виднелся пологий пандус, уходивший в непроглядную темноту. Можно было различить, что коридор завален какими-то обломками, контейнерами и ящиками.

Подойдя ближе, стало слышно, что за баррикадой обломков кто-то копошится. Какое-то существо скреблось, роняло задетые предметы, тяжело сопя.

— Там что-то есть — тихо сказал Сотнич.

— Вижу — отозвался сталкер, направив оружие в чёрный зев тоннеля — Будьте готовы!

— Что там такое? — договорить Гарев не успел, потому что некто, копошившийся в темноте, в этот момент прыгнул. Точнее, он бросился к ним, странно согнувшись в поясе, и в последний момент с разбегу сделал длинный прыжок, сбив с ног Вершинина.

Но автоматы были наготове, синхронно заговорив, и журналиста свалило наземь уже мёртвое тело.

— Ух! — выдохнул Вершинин, отталкивая изрешеченный пулями труп. На груди ткань комбинезона рассекали четыре рваные полосы, но лёгкий бронежилет сдюжил — Твою мать! Я даже не успел его заметить.

— Да это же человек! — удивлённо воскликнул Никольский.

Действительно, распростёртое на бетоне тело принадлежало явно человеку, а не какому-нибудь гуманоидному мутанту. Но какому человеку! Тело было затянуто в лохмотья, в которых угадывался военный комбинезон старого образца. Сквозь изодранные остатки обмундирования виднелись страшные гноящиеся раны, местами кожа была содрана крупными лоскутами. Загрубевшие руки больше напоминали лапы кровососа, ноги до сих пор были обуты в рваные армейские ботинки. Верхнюю часть головы скрывал противогаз устаревшей модели с обрывком старомодного трубчатого шланга. Кожа на челюстях была стёрта до мяса, обнажая ряды зубов на кровоточащих дёснах.

— Это и есть ваш заблудившийся спецназовец? — поинтересовался Сотнич, пошевелив труп подошвой ботинка.

— Это снорк — ответил сталкер.

— Тоже мутант? — спросил Гарев.

— Нет, человек, как и мы, хотя применительно к нему это определение несколько спорно — сухо произнёс Дон Кихот — В первые дни, когда образовалась Зона, многие военные не сумели эвакуироваться. Потом ещё правительство предприняло масштабное вторжение в Зону, кончившееся ничем, после которого здесь тоже осталось много солдат. Судьба этих бедолаг была различна: кто-то сгинул, кто-то сумел выбраться, кто-то осел в Зоне, подавшись в сталкеры. А немало оказалось и тех, кто после всего пережитого просто сошёл с ума и деградировал до животного состояния. Они живут как звери, даже передвигаются на четвереньках. Питаются падалью и сырым мясом, стремятся убить любого встречного, чтоб употребить в пищу. Разум у них утрачен начисто, даже покруче, чем у зомбированных с Янтаря.

— А почему их называют снорками — спросил Гарев.

— От немецкого "шнорхель" — трубка — объяснил Дон Кихот — Из-за трубки от противогаза. Во времена, когда случилась вторая катастрофа, дислоцированных здесь военных оснащали старыми противогазами с длинным хоботом, вот снорки чаще все их и носят.

— Вспомнил, откуда слово пошло — сказать Вершинин — Как-то раз на блокпост войск ООН напал какой-то безумец в противогазе, весь израненный, передвигался на четвереньках. Прежде чем сумасшедшего застрелили, он придушил одного из постовых. Там был немецкий журналист Ульрих Комм, он впервые и употребил это слово, приняв трубку противогаза за нос существа.

— Страшно представить, что может довести человека до такого состояния — пробормотал Гарев, глядя на рваные раны на спине существа. Мелькнула мысль снять со снорка противогаз, чтоб посмотреть лицо человека, которым тот когда-то был, но увидев стёртую начисто кожу вокруг челюстей, писатель передумал. Рядом щёлкнул фотоаппарат Вершинина.

— Ладно, хватит на него любоваться — произнёс сталкер — Снорки любят брошенные сооружения, так что мы наверное ещё встретим. Вы сюда зачем шли, бункер посмотреть? Ну так поспешим.

А чёрный зев ворот бункера казался пастью неведомого чудовища.

За несколько часов до выхода

— Значит мы вроде определись насчёт участия в походе нашего друга — сказал Сотнич — Теперь поговорим о более насущном. Что представляет собой подземелье, куда мы собрались?

— В "Записках" Никонова о них почти ничего не сказано — добавил Вершинин — Так, упомянуто в коротком абзаце.

Разговор происходил спустя час после беседы в зале бара. Теперь в одном из его подсобных помещений маленький отряд проверял снаряжение, готовясь к новому рейду.

От страшной раны на груди остался лишь короткий шрам в дополнение к уже имеющимся от пуль и клыков слепой собаки.

— Как вы знаете, после первой аварии территория вокруг АЭС стала малолюдной — начал Дон Кихот, не отрываясь от сосредоточенной чистки ствола "калаша". Перед этим он полностью разобрал автомат, тщательно смазав все детали ружейным маслом — Это обстоятельство оценили военные, точнее секретные исследовательские учреждения, занимающиеся передовыми разработками вооруженний. Вокруг АЭС понастроили подземных бункеров-лабораторий, где проводили опыты с психотропным оружием и биологическими разработками.

Дон Кихот вытащил шомпол из дула автомата и принялся внимательно рассматривать ветошь. Её нужно менять до тех пор, пока она не выйдет из ствола абсолютно чистой. Иначе это будет означать, что в стволе остались участки порохового нагара, которые вскоре превратятся в очаги коррозии. Были сталкеры, которые считали такую заботу об оружии излишней, предпочитая просто покупать новое, но Дон Кихот привык обращаться с вещами бережно, тем более с такими важными, от которых зависит жизнь.

— Значит о биологических исследованиях — продолжал Дон Кихот — Проводили в этих лабораториях разные эксперименты по генной инженерии, всё хотели создать суперсолдат да суперстражей. Были программы "Универсальный солдат" и "Универсальное животное-защитник". А материалом служили преступники, согласившиеся участвовать в экспериментах. Проводились опыты по созданию существ-телекинетиков, результатом стали бюреры и полтергейсты, пытались создать телепатов-гипнотизёров — получили контроллёра. Невидимки-кровососы, слепые псы по слухам тоже дело рук генетиков. Или такая прелесть, как химера — хотели создать неубиваемую тварь для патрулирования пространств вокруг стратегически важных объектов.

Дон Кихот вновь осмотрел ветошь. На этот раз её вид его устроил, и сталкер отложил автомат.

— Потом грянула вторая катастрофа, и бункера с обширными системами подземных коммуникаций неожиданно превратились в лабиринты смерти- продолжил рассказ Дон Кихот — Те, кто не погиб сразу, были растерзаны вырвавшимися из клеток мутантами. Наружу мало кто успел вылезти, да и те большей частью попались на поверхности под радиацию нового выброса да в аномалии всякие. Военные и Украины, и России с Белоруссией, конечно сразу всё на уши поставили, собрали группировку войск и двинули её в Зону, чтоб вернуть лаборатории под контроль. Часть войск двинули в Тёмную долину, часть — сразу к секретному комплексу на ЧАЭС, да только без толку. Люди и техника сгинули в аномалиях, контроль над войсками оказался потерян — радиосвязь в Зоне не слишком надёжная штука. Те, кого к Саркофагу бросили, до единого и сгинули, те же кто в Тёмной долине, оказались разбитыми на разрозненные мелкие группы, которые пытались выжить и пробиться обратно. В общем, операция накрылась медным тазом. А всякая дрянь, что выращивали в подземных вивариях — все эти контроллёры, бюреры, кровососы, химеры — разбежались по территории чернобыльской Зоны отчуждения, создав здесь вместе с "естественными" мутантами своеобразный биоценоз.

— Новый биоценоз, составленный мутантами с паранормальными способностями — задумчиво произнёс Никольский — Который неизвестно как может в будущем повлиять на биосферу планеты. И появился в результате техногенной деятельности человека. Друзья, вам не кажется, что Чернобыльская катастрофа, и первая, и вторая — банальный пример того, чем может кончиться неконтролируемое воздействие человека на природу. Человечество совершает ошибку, пытаясь переделать окружающую среду согласно своим несовершенным представлениям. Нужно напротив, стремиться сосуществовать с ней в гармонии. Негативное воздействие на природу рано или поздно аукнется, и может привести к самой гибели человечества как биологического вида. Оно уже сейчас отражается. Можно сказать, что чернобыльская Зона отчуждения — своеобразная месть природы человеку.