Огненные стрелы страсти - Люси Кинг

– Я вам очень признателен, Люк, – сказал Дэвид, пожимая ему руку.

– Пустяки.

Эмили наблюдала за тем, как мужчины присматриваются друг к другу. При этом у нее возникло приятное чувство, которому она почемуто не захотела подбирать название.

– Как Питер? – заволновался Дэвид.

– Спит, – успокоила она зятя.

– С ним были какиенибудь проблемы?

– Никаких. Он просто золото.

– Уже поздно. Отправляйтесь домой. Спасибо вам обоим за все.

Попрощавшись с Дэвидом, они вышли в ночную темноту. В машине Люк сказал Эмили:

– Давай поедем к тебе. До тебя ближе. Я устал.

Она посмотрела на него:

– Спасибо за все, что ты сегодня для меня сделал.

Люк пожал плечами:

– Я знаю, что такое чувствовать себя одиноким и беспомощным. Самое малое, что я мог сделать, – это поскорее вернуть Дэвида домой.

– Кто был рядом с тобой, когда погибла Грейс? – осторожно поинтересовалась она.

– Никого, – ответил Люк, захлопнув дверцу.

У Эмили закружилась голова. Ей захотелось его обнять, разделить с ним его печали, позаботиться о нем.

А еще – засыпать рядом с ним каждый вечер и просыпаться рядом с ним каждое утро.

Ее сердце бешено заколотилось. Анна снова оказалась права. Она, Эмили Мачмонт, по уши влюбилась в Люка Гаррисона.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Приподнявшись на локте, Люк наблюдал за спящей Эмили. Она тихо посапывала. Ее грудь вздымалась и опускалась. Он больше не мог себя обманывать. Игра зашла слишком далеко. По правде говоря, их отношения никогда не были игрой. Он просто не хотел себе в этом признаваться.

То, что Люк испытывал к Эмили, не ограничивалось одним лишь сексуальным желанием. Он не знал, как назвать эти чувства, но боялся того, во что они могут перерасти. Но прошедшая ночь все изменила. Эмили заставила его потерять над собой контроль. Попроси она его остановиться, он бы не смог. Ее руки, губы, глаза говорили ему то, во что он не желал верить.

Его грудь сдавило так сильно, что он едва мог дышать. Запустив пальцы в волосы, Люк нахмурился. Последние два дня он провел вместе с Эмили, словно так и должно было быть. Ее постоянное присутствие казалось ему абсолютно естественным. Так больше не могло продолжаться. Ему не следовало сближаться с Эмили. Иначе кошмар трехлетней давности может повториться и судьба снова отберет у него ту, которой он дорожит. Его существование после смерти жены было невыносимым. Люк не забыл боль, отчаяние и чувство вины из-за того, что не умер вместо Грейс.

Нет, он больше не допустит подобного. С этой мыслью Люк поднялся с кровати и начал одеваться.

Эмили проснулась и, протянув руку, обнаружила, что место рядом с ней холодное и пустое. Ее глаза распахнулись, и она увидела Люка, сидящего в кресле в углу. Почему он там, а не в постели? Почему одет? Это немедленно следует исправить.

– Привет, – сказала она, сонно улыбаясь.

– Привет, – произнес он неожиданно холодным тоном, и остатки сна немедленно улетучились.

Его лицо было непроницаемым, взгляд – пристальным и серьезным. У Эмили появилось нехорошее предчувствие.

– Прошлой ночью ты просила, чтобы я остановился?

Что за странный вопрос?

– Конечно нет, – ответила Эмили. – Почему я должна была тебя об этом просить? Я хочу, чтобы это продолжалось вечно. Возвращайся в постель. – Она снова улыбнулась ему, хотя в сердце закралась тревога.

На его щеке дернулся мускул.

– Нам нужно поговорить.

Улыбка исчезла с лица Эмили. Она почувствовала себя так, словно ее грудь пронзил ледяной кинжал.

– О чем?

– О нас.

Его глаза не выражали ничего. Это был не тот Люк, которого она успела узнать за последние несколько недель. Человек, сидевший перед ней, был холодным и чужим. Похоже, риск, на который она пошла, не оправдался. Она заставила Люка потерять над собой контроль, и теперь он ее за это наказывал.

– Зачем? – произнесла она, натягивая одеяло до подбородка. – Я знаю, что ты собираешься мне сказать, Люк.

– И что же?

Эмили на секунду закрыла глаза.

– Ты считаешь, что нам следует перестать встречаться.

Его напряженное молчание было лучшим подтверждением ее правоты. Оно убило в сердце девушки последнюю надежду.

Открыв глаза, Эмили заставила себя посмотреть на Люка и продолжить:

– Я согласна.

– Правда?

К счастью, она лежала под толстым одеялом, и Люк не заметил ее дрожи.

– Разумеется. Мы с самого начала договорились, что наши отношения будут иметь временный характер, поэтому нам лучше положить им конец прямо сейчас.

– Почему?

«Потому что я, идиотка, думала, что ты изменишься. Потому что мое сердце разбито. Потому что я слишком сильно тебя люблю и мне больно слушать твои оправдания».

– Но ты именно этого хочешь, не так ли?

Люк вздохнул.

– Да. – Он поднялся. – Я должен идти.

Только невероятным усилием воли ей удалось сохранить спокойствие. Сердце разрывалось на части.

– Хорошо.

Подойдя к ней, Люк наклонился и крепко поцеловал ее в губы. Это был прощальный поцелуй, после которого он ушел не оглядываясь. Когда за ним закрылась дверь, Эмили осознала, что больше никогда его не увидит.

К горлу подкатилась тошнота, и она, прижав ладонь ко рту, побежала в ванну, где ее долго рвало. После этого девушка умылась холодной водой, рухнула на кровать и разразилась слезами.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Эмили обняла сестру.

– Ты отлично загорела, – сказала она, вяло улыбаясь.

– А у тебя изможденный вид. С тобой все в порядке?

Да какой там порядок! Она чувствовала себя лодкой, попавшей в десятибалльный шторм.

– Да, просто устала. Как прошел отпуск? – спросила Эмили, наблюдая за близнецами, ползающими по траве.

– Корфу – это рай на земле. Как раз то, что нам было нужно после того, как мы перенервничали из-за Чарли. Но я не стану утомлять тебя рассказами о пустынных песчаных пляжах, жарком солнце и средиземноморской кухне. Лучше расскажи, чем ты занималась эти две недели. Небось торчала с утра до вечера в какомнибудь офисе?

– Нет, работу я пока отложила, зато начала готовиться к выставке.

Чтобы не сойти с ума, она решила заняться чемнибудь более интересным. Любимое дело всегда помогало ей в минуты отчаяния.

– Правда? Это же здорово!

– Я хочу избавиться от части изделий, а то моя мастерская напоминает захламленный чулан. Ты мне поможешь там разобраться?

– Конечно, дорогая, – согласилась Анна, открывая меню. – Чем вызваны столь кардинальные перемены?