Огненные стрелы страсти - Люси Кинг

Эмили кивнула. Вчера они проснулись поздно и отправились в Гайдпарк кататься на лодке. Оставшуюся часть дня ездили по магазинам, после чего вернулись в пентхаус и до изнеможения занимались любовью.

– Ты в него влюбилась?

Эмили отвернулась, чтобы найти на полке чай.

– Не будь смешной. Конечно нет. Нельзя влюбиться за несколько дней. Это просто сексуальное влечение.

– Я влюбилась в Дэвида за полчаса.

– Это другое дело. Сердце Дэвида не было сковано льдом, и он отвечал тебе взаимностью.

– Да, но… – В кухню вошел Люк, и Анна замолчала.

– Скорая уже приехала, – сообщил он Анне. – Ваш муж будет здесь через пару часов. В аэропорту его встретит мой шофер и отвезет в больницу. Если я чемто еще могу помочь, только скажите.

– Спасибо вам, Люк, за все. – Поцеловав его в щеку, Анна взяла Чарли и направилась к выходу. – Позаботьтесь о моей младшей сестре.

Эмили закатила глаза. Неужели Анне больше не о чем думать? Выйдя на улицу вслед за сестрой, она обняла ее и племянника:

– Удачи вам.

– Спасибо, что приехала.

– Ты же знаешь, я сделала бы для тебя что угодно. Вот только не следовало просить Люка позаботиться обо мне. Между нами нет ничего серьезного.

– Возможно… Но ты уверена, что вас связывает только секс? – тихо произнесла Анна.

Нахмурившись, Эмили смотрела вслед удаляющейся машине. Затем, когда та исчезла за углом, она повернулась и пошла к дому. Люк стоял на крыльце.

– Это не входило в твои планы на выходные, и ты не обязан оставаться, – сказала она ему.

– Не обязан, – согласился он.

– Хорошо. – Эмили с трудом скрыла свое разочарование. – Спасибо за все. Возвращайся домой.

– Эмили, я никуда не поеду. Мы останемся здесь до тех пор, пока не вернется муж твоей сестры. Мы подождем его вместе.

Обняв девушку за плечи, он повел ее в дом. Внезапно сердце Эмили учащенно забилось. Что, если бы это был их с Люком дом, а наверху спал их ребенок?

О боже, какая же она идиотка!

Поднимаясь в детскую, она приказала себе выбросить из головы эти глупости. Наверное, всему виной усталость. Войдя в комнату близнецов, она склонилась над кроваткой, в которой спал Питер. Ее захлестнуло какоето странное чувство, и она поспешно отстранилась, чтобы не прикоснуться к нему, не вдохнуть сладковатый аромат малыша. Что, черт побери, с ней творится?

Нужно немедленно уходить отсюда.

Эмили схватила «радионяню», но прибор выскользнул из ее дрожащих рук и со стуком упал на пол. Она замерла. Мгновение спустя тишину прорезал плач Питера. Девушка поморщилась. Возможно, если она будет стоять тихо, он успокоится и снова заснет.

Ее надеждам не суждено было сбыться. С каждой секундой плач становился все громче. Эмили уставилась на красное сморщившееся личико малыша, на его дергающиеся ручки и ножки и зажала уши.

– Что случилось?

Услышав голос Люка, она вздрогнула от неожиданности.

– Эти ужасные вопли. Я не знаю, что делать.

– Стоя с зажатыми ушами, ты точно их не остановишь. Разве женское чутье не подсказывает тебе, как поступить?

– У меня не развит материнский инстинкт. Возьми его ты, Люк.

– Ты никогда не держала на руках своих племянников?

– Нет.

Склонившись над кроваткой, Люк достал из нее малыша.

– Ты не присматриваешь за ними?

– Анна не доверила бы мне это.

Хотя Питер все еще сучил ножками, плач постепенно начал стихать.

– Но она позвонила среди ночи тебе.

Это было так, и все же…

– Хватит плакать, – обратился Люк к Питеру.

Малыш тут же замолчал и уставился на него.

– У тебя отлично получается, – заявила Эмили, наблюдая за тем, как Люк укладывает ее племянника обратно в кроватку.

Какоето время они оба молча стояли и смотрели на мальчика. Затем их взгляды встретились, и перед глазами Эмили снова возник образ счастливой семьи. У нее задрожали колени, и она наклонилась за «радионяней».

– Ты не хочешь иметь детей? – спросил Люк, когда они спускались вниз.

– Не все женщины этого хотят.

– Почему?

Эмили пожала плечами:

– Дети – это слишком большая ответственность. Ты можешь себе представить, в каком ужасе сейчас Анна?

– Думаю, да.

Он переменился в лице, и Эмили отругала себя за то, что снова напомнила ему о его бедах.

– А ты хочешь иметь детей, Люк?

Его глаза сузились.

– Нет.

– Почему?

– Я не собираюсь снова жениться, хотя безответственным меня назвать нельзя.

– В мире и так слишком много детей.

– Действительно.

– Именно это я и пыталась сказать Тому, но он не желал меня слушать.

– Это стало истинной причиной вашего расставания?

Она кивнула:

– Том этого не понимал. Сначала он тоже не хотел детей, но затем передумал и решил, что сможет переубедить и меня.

– Очевидно, он совсем тебя не знал.

Эмили отправилась на кухню звонить сестре.

Когда она вернулась, Люк сидел на диване в гостиной, вытянув ноги и закрыв глаза. Он был великолепен. Ему удалось успокоить их с Анной и плачущего Питера. Его сила и уверенность вызывали у нее восхищение. Присоединиться к нему было очень заманчиво, но Эмили направилась к одному из кресел у камина.

– Сядь со мной, – предложил он.

– Я думала, ты спишь.

– Я почти уснул. Как твой племянник?

– У него пищевая аллергия. С ним все будет в порядке.

– Хорошо. – Его глаза открылись. – Иди сюда.

Эмили опустилась на диван рядом с ним и, прижавшись к нему, почувствовала, как уходит напряжение.

Когда Эмили проснулась, через стеклянную дверь в комнату проникал свет луны. На мгновение она потеряла ориентацию во времени и пространстве, но постепенно начала возвращаться к реальности. Услышала стук сердца Люка под своей щекой, звук открывающейся входной двери. Обнаружив, что они оба лежат на диване и их тела переплетаются, девушка высвободилась. Несмотря на то что ее движения были осторожными, Люк проснулся. Их взгляды встретились, и ее сердце затрепетало.

Через несколько секунд, показавшихся Эмили вечностью, она села и поправила одежду. Люк потянулся и провел рукой по волосам.

Эмили уже встала с дивана, когда в комнату вошел Дэвид. Он выглядел изможденным.

– Как Чарли? – спросила она.

– В полном порядке. – Он смерил взглядом Люка. – Однако врачи решили на всякий случай немного подержать его под наблюдением.

– Я очень рада. – Эмили улыбнулась. – Знакомься, Дэвид, это Люк Гаррисон. Люк, это Дэвид Палмер.

– Я вам очень признателен, Люк, – сказал Дэвид, пожимая ему руку.