Его наглый друг (СИ) - Оливия Лоран

Если бы я не была так взбудоражена, наверняка ощутила бы некую боль или определенный дискомфорт от такой жесткой хватки. Но вместо этого… хочу, чтобы он не останавливался, и прислоняюсь к нему ближе. Сама.

Он, словно обезумевший зверь, терзает мои губы с отчаянной одержимостью. Захватывает язык, лижет его, глубоко засасывает и выпускает только для того, чтобы снова переключиться на губы. Покусывает их с той же горячностью, распуская по телу неистовое удовольствие.

Не успеваю за его быстрыми движениями и отвечаю гораздо сдержаннее. Или же это нахлынувшие эмоции не позволяют реагировать быстрее и сражают своей силой.

Чувствую, как на оголенные части плеч и спины падают холодные капли. Сначала редко, затем все чаще и чаще, пока не перерастают в сплошной ливень, что пронизывает все тело.

Пытаюсь немного отстраниться, но по итогу оказываюсь снова прижатой к его груди. От жалящих поцелуев по мокрой шее кружится голова. Я словно задыхаюсь. Натужно тяну воздух, в надежде наполнить легкие кислородом, пока страстное посасывание на шее не лишает и этой возможности.

Откидываю голову назад, чтобы немного снизить накал и отдышаться, но и это никак не помогает. Я лишь предоставляю ему еще больший доступ к своей чувствительной коже.

— Макс, дождь… — снова пытаюсь его остановить.

Но вместо того, чтобы оттолкнуть, невольно выгибаюсь и поддаюсь ему ближе. Жмурюсь под струями хлестающего дождя и опускаю голову, сталкиваясь с его затянутым черным дымом взглядом.

— Алина…

Глаза в глаза. Затяжное молчание.

Вздрагиваю. Раз, другой… Я вся трясусь и содрогаюсь, но не от холода, вызванного остужающим ливнем.

Меня накрывает с головой от его хриплого шепота. Охватывает такой волнующий трепет от осознания, что он впервые называет меня по имени…

Эти звуки, произнесенные его приглушенным голосом, оседают в моем сознании теплом.

— Не проси, я тебя теперь не выпущу, — горячо толкает, заставляя задохнуться.

Он сковывает мою волю плотоядным взглядом и легко стягивает с меня промокшую насквозь майку.

— Макс! — успеваю вскрикнуть, прежде чем чувствую прохладные капли на груди.

Холод быстро сменяется жаром от его нетерпеливых поцелуев. В шоке распахиваю глаза, не понимая, в какой момент я оказалась и без лифчика. Но настоящим потрясением оказывается другое…

Требовательные губы на моих сосках ощущаются раскаленным огнем. Они захватывают нежную плоть, опаляют нервные окончания, распускают жгучие молнии по всему телу.

Руки Макса скользят по всему моему телу. Гладят, щипают, стискивают в особо чувствительных точках. Единственное место, куда он не добрался, и без его прикосновений пульсирует и сжимается.

И Макс, словно прочитав мои мысли, оглушает сиплым вибрирующим голосом:

— Хочу тебя трогать везде, — гладит мой живот и спускается ниже. — Тебе понравится, обещаю.

Боже…

Пульсация в промежности становится попросту бешеной. Отрывисто переводя дыхание, зажмуриваюсь. А когда поднимаю веки, сталкиваюсь с его взглядом.

Лютая тряска в груди.

Вижу в его глазах острое желание, что отзывается и во мне. Пугаюсь этих чувств и ужасно стыжусь.

Судорожно останавливаю его руку, когда пробирается под резинку шорт.

— Не надо так… — сиплю тонко, едва слышно.

Макс убирает руку, но из объятий не выпускает. Снова набрасывается на мои губы. Впивается без какой-либо осторожности. Проникает языком глубже и толкается пахом в живот.

К своему стыду, отвечаю ему с таким же усердием, царапая затылок и плечи и наслаждаясь поцелуями. Прижимаюсь вплотную и притягиваю ближе, пока не чувствую, как дергается вдавленный в меня половой член Макса.

Вздрагиваю, упираясь ладонями в его грудь, и трясущимися губами выдыхаю между жадными глотками воздуха:

— Нет, Макс, нет…

— Алин, — тянет в объятия и принимает на себя мою дрожь. — Пойдем.

Не знаю, куда он меня ведет. Видимость размывается за не стихающим дождем. Но на этот раз я не сопротивляюсь и следую за ним. Ноги утопают в мокром песке, отчего их сложнее переставлять и поспевать за его быстрым шагом.

Пока добираемся до машины, успеваю на самом деле замерзнуть. Пытаюсь согреться, растирая руками плечи, и замираю в нерешительности перед распахнутой дверью.

Макс кивает в сторону пассажирского сидения, а я продолжаю стоять на месте.

— Я же вся мокрая… и грязная, — смотрю на свои ноги в песке.

— Ну, прости, помыться сможем только дома, — говорит с некой усмешкой.

Нервно кусаю губы, все еще сомневаясь и раздумывая над его словами.

Дома… это где? Каждый у себя? Или…

Тяжелый выдох Макса выдергивает из размышлений и притягивает вниманием. Его же направленно на мои губы, что я так тревожно покусываю. А тяжелый и пристальный взгляд вынуждает быстро запрыгнуть в машину.

— Куда мы едем? — все же решаюсь спросить спустя несколько минут.

Согревшись под его ветровкой, что он достал с заднего сидения и накинул на меня, создаю видимость, будто еще мерзну. Вдыхаю сладкий мужской запах с примесью табака и стараюсь не закрывать глаза.

— Ты же итак знаешь, — ловит мою теплую ладонь и утаскивает к себе на бедро. — Согрелась? — переплетает наши пальцы и смотрит разоблачающим взглядом.

30

— Расслабься, — хриплю на ухо. — Я могу тебе помочь, приятно сделаю.

Макс

Весь путь до дома перезагружаю все внутренние системы и регулирую на прежние и привычные настройки. Пытаясь сосредоточиться, твержу на повторе лишь одно золотое правило — трах на раз.

Зависаю. Снова и снова ловлю сбой.

Поддавшись эмоциям, добавляю примечание, с которым уж точно готов смириться — на два. И это при учете, что сможет удовлетворить по всем параметрам. Максимум три, если еще и удастся меня удивить.

Ощущаю внезапный прилив энергии, когда паркуюсь во дворе дома. Глушу мотор и обхожу машину, чтобы открыть ей дверь. Пока она копошиться на кресле и кутается в моей кофте в попытке скрыть наготу, терпеливо жду. Когда же роется в своей сумке, начинаю раздражаться.

— Все, что нам пригодится, есть в доме. Выходи уже.

— Я только переоденусь в свое платье… и уеду, — уверяет сбивчиво и, наконец, выходит из тачки, прижимая к груди сумку с вещами.

На данное заявление никак не реагирую. Сомневаюсь, что и сама еще в это верит. Однако ее видимая уверенность в своих словах не может не забавлять.

План действий формируется по факту. Заходим в дом и сразу же поднимаемся на второй этаж. Ее молчание расцениваю, как положительный настрой, но на входе в мою спальню, она вдруг замирает и оглядывается.

— Возьму свои вещи, — объясняю ей и захожу в гардеробную.

Алина в той же немой тишине осматривает мою комнату и ждет, пока достаю чистую одежду. Послушно семенит следом в