Знаменосец «Черного ордена». Биография рейхсфюрера СС Гиммлера. 1939-1945 - Роджер Мэнвелл

Восторженный прием, оказанный Гитлеру в Австрии (он прибыл туда в субботу, а уже в воскресенье – со слезами на глазах – принял пост президента этой страны, превращенной в «провинцию Германского рейха» наспех состряпанным законодательным актом), не помешал Гиммлеру предупредить фюрера о том, чтобы он не появлялся в Вене, пока не будут приняты все меры предосторожности. Сам Гиммлер, вернувшись в Вену из Линца, обосновался в отеле «Империал», Гейдрих приспособил под штаб-квартиры СС и СД гостиницу «Метрополь», и вся нечестивая компания немедленно принялась за работу: Гиммлер и Гейдрих продолжали печься о Германии, а Кальтенбруннер и его коллега Одило Глобочник взяли на себя ответственность за Австрию.

Кальтенбруннер, которого в 1943 году Гиммлер назначил преемником Гейдриха и который после войны предстал перед трибуналом в Нюрнберге, был юристом по образованию, однако политические интриги привлекали его куда больше. Крупный, физически сильный и грубый, этот человек, отличительной чертой которого были маленькие пронзительные глазки на бесстрастном, словно из дерева вырезанном лице, на самом деле легко возбуждался. Придя в волнение, он обычно принимался колотить по столу своими огромными твердыми кулаками – коричневыми от никотина и напоминавшими Шелленбергу верхние конечности гориллы. В СС Кальтенбруннер вступил в 1932 году и уже при правительстве Дольфуса угодил за свою деятельность в тюрьму. Помощник Кальтенбруннера Одило Глобочник приехал в Австрию из Триеста, имея на своем счету ограбление с применением насилия, поэтому не было ничего удивительного, что даже после того, как Гитлер назначил его гауляйтером Вены, он продолжал смешивать уголовщину с политикой.

Кампания террора, развязанная по поручению Гейдриха и Гиммлера этими двумя людьми и австрийскими СС, была намного страшнее того, что происходило в Германии. Уже после войны Зейсс-Инкварт признал, что всего за несколько недель в Вене было произведено 79 тысяч арестов. Евреев выселяли, унижали, заставляли подметать улицы. Многие видные австрийские противники нацизма, как евреи, так и лица других национальностей, были задержаны и без суда отправлены в Дахау и другие концентрационные лагеря на территории Германии, куда их вывозили товарными составами.

Из всех заключенных самыми известными были, наверное, смещенный канцлер Австрии Шушниг и барон Луи де Ротшильд, которых Кальтенбруннер временно посадил под арест в комнаты для прислуги на пятом этаже отеля «Метрополь». Там их вскоре посетил Гиммлер. Барон Ротшильд, очевидно, сразу догадался, что Гиммлер планирует освободить его за выкуп, поэтому на вопросы рейхсфюрера СС о здоровье отвечал с иронической сдержанностью и холодностью; Гиммлер со своей стороны не удержался от соблазна показать свою власть и, захватив с собой Шушнига, отправился осматривать расположенные в мансарде уборные. Во время осмотра рейхсфюрер распорядился, чтобы ветхое старое оборудование заменили более современным и гигиеничным, которое бы лучше соответствовало некогда высокому статусу обоих пленников. Вместе с тем Гиммлер не разрешил близорукому, как и он, Шушнигу пользоваться очками, которые были конфискованы при аресте.

Все это было прямым следствием гитлеровского аншлюса Австрии. Сам фюрер приехал из Линца в Вену только 14 марта и на одну ночь остановился в отеле «Империал», где разместился и Гиммлер. Прием ему был оказан самый торжественный. «Никогда я не видел таких огромных и радостных толп», – писал Шелленберг. Именно ему, однако, пришлось оставить движущийся по городу кортеж Гитлера и срочно выехать вперед, к одному из мостов, чтобы проследить за обезвреживанием установленного там взрывного устройства. Тысячу раз был прав Гиммлер, принимая повышенные меры предосторожности!

В то время еврейское население Австрии составляло около 200 тысяч человек; их организованное преследование и уничтожение и стало приоритетной задачей нацистов. Гиммлер лично контролировал поиски подходящего места для концлагеря, которое нашлось вскоре возле Маутхаузена на Дунае. Новый лагерь расположился на лесистом склоне горы над каменоломней, а возведен он был при помощи рабского труда заключенных, специально доставленных сюда из Дахау. Деревянные караульные вышки, установленные на гранитных стенах, Гиммлер велел украсить загнутыми по углам крышами наподобие сторожевых башен Великой Китайской стены.

Роль, которую Адольф Эйхман сыграл в качестве доверенного лица Гиммлера и Гейдриха по делам евреев, стала особенно заметной после аншлюса. Правда, этот человек всегда старался держаться в тени, однако слава его все же настигла. В 1960 году Эйхман (проживавший в то время в Аргентине, куда он перебрался после побега из американского лагеря для военнопленных) был похищен сотрудниками израильских спецслужб, вывезен в Израиль и предан суду.

В зале суда, стоя при ярком свете в специальной пуленепробиваемой кабине, куда его поместили из соображений безопасности, Эйхман производил впечатление человека недалекого, хотя на самом деле он был талантливым и энергичным администратором, способным быстро и с бюрократической точностью исполнить любое распоряжение начальства. Не были исключением и приказы об уничтожении евреев, подчиняться которым Эйхмана побуждало развитое чувство долга.

Свою карьеру Эйхман начинал в подразделении СС «Мертвая голова» в Дахау, поэтому зрелище чужих страданий давно не вызывало у него угрызений совести; в последнее время делаются также вполне обоснованные предположения, что Эйхман не отказывался сопровождать Гейдриха в его частых экскурсиях по городским борделям. Проявляя служебное рвение, Эйхман объездил всю Европу, лестью или угрозами принуждая местных представителей или агентов СС активнее заниматься исполнением своих прямых обязанностей – истреблением евреев. Особое внимание он уделял вопросам транспортировки жертв и статистике смертей, которую, очевидно, от переизбытка энтузиазма он нередко преувеличивал. Только на суде припертый к стене Эйхман признал, что ненавидел работу, которую ему поручали выполнять.

Именно по предложению Эйхмана Гиммлер создал в Вене Бюро еврейской эмиграции и назначил его руководить им. В результате деятельности Эйхмана в период с середины 1938 года и до начала войны Австрию покинуло более 100 тысяч евреев. Почти все они, за редким исключением, выехали за границу практически нищими, а их имущество было присвоено нацистами. Барону Луи де Ротшильду позволили выехать только после годового пребывания под стражей, причем плата за свободу включала, в частности, передачу Герингу нескольких прокатных станов; дворец Ротшильда в Вене стал штаб-квартирой Эйхмана. Евреев просто вынуждали эмигрировать, но чтобы получить выездную визу со штампом «Jude» (еврей), было недостаточно расстаться с деньгами и имуществом; каждый отъезжающий должен был дать обязательство, что покидает страну навсегда. Австрия стала Германией.