Наследство дьявола, или Купленная любовь (СИ) - Обская Ольга

Она поёжилась. Тут не понятно, как за дорогу расплачиваться, а ещё и за простой денюжка накапает. Оставалось надеяться, что беседа с Софией не будет долгой.

Евгения поднялась на крыльцо и постучалась в дверь. Никакой реакции. Подождала пару минут, постучалась вновь с большей интенсивностью и настойчивостью. Ответа всё равно не последовало. Обидно, если хозяйки не окажется дома. Вспомнились слова Этель, что София не слышит звуков, но чувствует вибрацию, поэтому Женя попробовала потоптаться по скрипучим доскам порожка. Эти старания тоже ни к чему не привели. Прошло ещё несколько минут томительного ожидания, когда, наконец, изнутри послышалось какое-то шебуршание и дверь слегка приоткрылась. Потянуло сыростью и плесенью, как из погреба. Образовавшаяся щель зияла полной темнотой. Странно. На улице пока нисколько не стемнело, местное светило лишь слегка клонилось к закату. Женя не могла рассмотреть, кто стоит с той стороны от порога. Заметила только, как чья-то рука высунулась из мрака, чтобы крепко ухватить за грудки и молниеносно втянуть внутрь. В следующую секунду дверь захлопнулась.

Глава 29. Во мраке

Полная темнота. Воздух холодный и влажный — могильный какой-то. Жене стало страшно. Она развернулась, чтобы открыть дверь и выскочить наружу, но никакой двери нащупать не смогла. Более того, не было и руки втянувшей её в избу. Куда делся человек, который так неласково встретил? И почему вокруг такой плотный мрак? Женя поморгала глазами. Что открытые, что закрытые, они видели абсолютно одинаковую картинку — чёрное ничего. Как такое может быть? Должен же в комнату поступать свет с улицы. Хоть немного. Ведь несколько дней назад окно в хижине имелось — Евгения точно помнила.

Она вытянула руки вперёд и сделала осторожный шажок. Неожиданное открытие взорвало мозг — под ногами ступенька. Край чувствовался совершенно отчётливо, несмотря на толстую подошву ботинок. В прошлый раз никаких ступенек в избушке не было. Это тоже отложилось у Жени в памяти абсолютно точно. Или это не ступенька? Что если там, дальше, нет твёрдой поверхности? Евгения вдруг ощутила себя на краю бездны. Что впереди? Колодец? Шахта? Затылок сковало леденящим ужасом. Одно неосторожное движение — и Женя ухнет туда, в неизвестность.

Крик, вырвавшийся из груди, получился сдавленным и глухим. Но это не помешало ему разнестись по пространству и оглушить многократным эхом. Эхо окончательно добило. Оно не могло возникнуть в хижине-развалюхе, а вот в шахте с каменными стенами сколько угодно. Евгении не хотелось слышать звука, который доказывал самые страшные и бредовые догадки. Она инстинктивно прижала ладони к ушам.

Внезапный резкий толчок в спину выбил из равновесия. Женя попыталась удержаться, отчаянно махая руками. Это не помогло, и тело перестало слушаться команд мозга, машинально выполняя манёвр, необходимый, чтобы восстановить баланс — нога непроизвольно была выкинута вперёд — туда, где воображение рисовало бездну. Сердце ухнуло и замерло. Казалось, падение неизбежно. Но ступня неожиданно нащупала опору несколькими сантиметрами ниже. Неужели, всё-таки ступенька? Никакая не бездна, а просто лестница вниз?

Не дожидаясь очередного толчка от невидимого врага, Евгения начала спуск. Как только прочувствовала ширину и периодичность ступенек, ускорилась. Она не отдавала себе отчёта, зачем это делает. Не было никаких гарантий, что там, внизу, безопасней, чем наверху. Но страх гнал дальше и дальше, лишь бы скрыться от того, кто затащил в дом, а потом попытался столкнуть с лестницы.

Ступеньки закончились также неожиданно, как начались. Женя водила ногой по полу, но не находила край — ровная поверхность. Что дальше? Куда бежать? Где тот, кто пытался навредить: остался наверху или преследует? Евгения прислушалась — уловила лёгкий шелест, но раздавался он не сверху. Источник звука где-то впереди. Женя вытянула руки и сделала несколько шагов. Шорох стал чуть громче. Как же это жутко, когда ничего не видишь. Что означают зловещие звуки? Шуршание крыльев летучих мышей? Или это крысы скребутся в норах? Куда Женю загнал преследователь? В склеп?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И вдруг впереди, как проблеск надежды — неровный слабый свет. После всего пережитого он должен был бы насторожить, но нет, Евгения ринулась к нему уверенная, что там спасение. Однако, сделав несколько шагов, внезапно упёрлась в стену. Как такое может быть? Руки явно ощущали прохладную поверхность препятствия, но, в то же время, глаза начали различать какие-то детали впереди. Выходит, преграда прозрачная?

Свет делался всё ярче и отчётливей. Стало понятно, что с той стороны к стене направляется человек с фонариком в руках. Женя не двигалась с места. Как заворожённая смотрела на его приближение.

Через несколько секунд осознала, почему картинка приковала взгляд. Человек с фонариком — это Макс. Радость захлестнула с головой. Сердце бешено забилось в груди, грозя выскочить наружу. Сознание даже не пыталось проанализировать неадекватность ситуации. Почему Женя оказалась в каком-то подземелье, почему там же оказался Макс? Это всё неважно. Главное — он рядом. А значит, всё будет хорошо.

— Макс, — закричала Евгения, что есть мочи, — Макс! Я здесь!

Свет фонарика даже не дрогнул. Ни скорость, ни направление передвижения Жениного спасителя не изменилась. Чёрт! Он не слышит — мешает дурацкая стена. Евгения со всей силы постучала по ней кулаком. Но шума создать не получилось — что-то гасило звук ударов. Тогда Женя снова набрала побольше воздуха в лёгкие и заорала:

— Макс! Макс!

Но он не реагировал, хоть и был уже совсем близко. Ничего. Не стоит отчаиваться. Звук он, может, и не слышит, но саму-то Женю сейчас увидит. Она лихорадочно замахала руками, пытаясь привлечь внимание:

— Я здесь!

Но Макс не замечал. Почему? Ведь, казалось, смотрит прямо на неё. Взгляд был таким родным, тёплым. Хотя в нём можно было прочесть тревогу, а ещё усталость.

— Макс, — уже не закричала, а произнесла растеряно Евгения. — Макс…

Она догадалась, что стена пропускает свет только в одном направлении. Максим не увидит Женю, как бы она не старалась. А ведь был так близко. Протяни руку — и коснёшься. Она прижалась ладонями к поверхности и с отчаянием смотрела, как Макс проходит мимо.

В какой-то момент показалось, он всё же почувствовал, что Женя рядом. Остановился, замер. Потом приложил ладонь к стене ровно там, где была ладонь Евгении. Тепло разлилось по телу. Ласковое и трепетное, и сердце забилось быстро-быстро. Ощущения были так изумительны. Хотелось, чтобы это продолжалось вечно. Чёрт с ней, со стеной. Пусть только Макс не убирает свою горячую, чуть шершавую ладонь…

Но всё же это длилось совсем недолго. Женя вдруг почувствовала, что кто-то держит её за запястье. Сухие костлявые пальцы сжимали настолько сильно, что боль заставила открыть глаза. Так, стоп! Почему открыть? Всё это время они, что, были закрыты?

Евгения с удивлением начала озираться по сторонам. Она находилась в избе Софии, возле самой двери. Окно, хоть и жутко мутное, было на месте и пропускало немного света с улицы. Хозяйка стояла рядом и держала за руку. Пальцы продолжали сдавливать запястье, но уже не так сильно.

— Отпустите, — выдохнула Женя.

Взгляд Софии горел безумством, но она поняла, что сказала гостья и ослабила хватку. Евгения начала пятиться назад. Её сознание отказывалось понимать происходящее.

— Что это было?

— То, зачем ты пришла.

То, зачем Женя пришла? Она приходила узнать, где Макс. Выходит, София погрузила её в какую-то разновидность транса, чтобы показать ответ на вопрос. Но Женя толком ничего не поняла. Что это было за место. Не то подвал, не то подземный ход, не то гигантских размеров склеп. И потом, что за преграда стояла между ней и Максимом?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Там была стена. Она не давала мне к нему подойти. Что это?

— Граница между мирами, — ответила София и опустилась на стул.

Голова безвольно свесилась на бок. Взгляд вмиг потух. Выражение лица стало безразличным.