Территория памяти - Марсель Гафуров

Ремель с Володей потащили газету двойной тягой, и она круто пошла в гору. Ремель показал себя блестящим редактором. Володя тоже сыграл в истории газеты выдающуюся роль. Он ничего, кроме зубной боли, не боялся, запросто захаживал домой к первому секретарю обкома КПСС С. Д. Игнатьеву. Игнатьев, бывший секретарь ЦК КПСС и министр госбезопасности СССР, за какие-то провинности сосланный Хрущевым в Башкирию, был близок с отцом Володи — управляющим делами ЦК, ну и семьи их, видать, дружили.

За чаепитием у Семена Денисовича Володя поделился мечтой выпускать «Ленинец» большим форматом. Право на большеформатные (формата «Правды») молодежные газеты имели тогда лишь союзные республики и Москва. Всем остальным, как шутили журналисты, было отпущено «полправды». Изменить это положение без специального решения ЦК представлялось невозможным. Но Семен Денисович, и в опале оставшийся крупномасштабной фигурой, сказал просто, будто еще одну чашку чаю предложил:

— Выпускайте, я Сайранову подскажу…

Сайранов Хайдар Сайранович — тогдашний секретарь обкома по идеологии.

И стал «Ленинец» большеформатной газетой, после чего популярность «молодежки» продолжала расти еще стремительней. Когда в ЦК КПСС схватились, — кто разрешил?! — Игнатьев работал уже в другой республике. За самовольство наказали Сайранова, вкатили выговор (вот он — повод для усмешки). Газету не тронули, она, набрав около 100 тысяч подписчиков, стала прибыльной, прибыль шла в казну партии.

Я пересказал здесь легенду. Услышал ее, отслужив свой срок (три года) в армии и став штатным сотрудником «Ленинца». Володя Крупин, будучи уже собкором журнала «Огонек» по Средней Азии, как-то заехал в Уфу, переночевал у меня. Я спросил у него, соответствует ли легенда действительности.

— В общих чертах — да, — ответил мой гость.

Запись: «Акулы в водах Чермасана».

Вместе с Дашкиным ЦКШ окончил Георгий, Гоша Кудряшов. Они появились в «Ленинце» одновременно и освежили скучноватую атмосферу редакции дерзостью, задором и юмором. Это были веселые ребята, шутники и выдумщики. Вышучивали, например, девиз издателя американской желтой прессы Херста, звучавший в их устах примерно так: «Мне не интересно читать о том, что человека укусила собака, дайте мне информацию о том, что человек укусил собаку». Вышучивать-то вышучивали, но в душе, сдается мне, оба одобряли этот девиз.

Помню, принялись они как-то будто бы пародировать материалы херстовской прессы.

— В водах Чермасана появилась тихоокеанская акула! — воскликнул Ремель.

Для тех, кто не знает: Чермасан — речка в Башкортостане.

— Сто тихоокеанских акул! — уточнил Гоша.

— В водах Чермасана появилось сто тысяч тихоокеанских акул! — пошел напропалую Ремель.

— Дети в ужасе! — подхватил Гоша.

— Паника охватывает все большие пространства. Кюветы переполнены трупами…

— В интервью нашей газете одна бабушка сказала: «Это не простые акулы. Это — акулы империализма…»

Они мололи чепуху и сами хохотали. Смеялись и окружающие. Всем стало весело. А когда на душе весело, легче дышится и лучше пишется.

Запись: «Псевдонимы».

Если возникала необходимость опубликовать одновременно два материала одного и того же автора, под одним из этих материалов ставилась подлинная фамилия, под другим — псевдоним. Пусть читатель думает, что у газеты много авторов, хороших и разных. Меня однажды без моего ведома превратили в М. Ямщикова. Но это еще куда ни шло, могли придумать и что-нибудь посмешней.

В «Ленинце» довольно часто выступал театровед С. Волков-Кривуша. Рамиль Хакимов придумал для него псевдоним Львов-Косоротов. Правда, редактор, то есть Дашкин, псевдоним этот отверг: очень уж прозрачный.

Придумывали псевдонимы и для себя, без особой нужды, из любви, как говорится, к искусству. Молоденькая сотрудница редакции под репортажем с утиной фермы поставила подпись «Венера Милосская». В репортаже она выдала фразу «нежно крякали отдельные утки», чем привела сотоварищей в дикий восторг. Ждали, что скажет редактор. Дашкин, отсмеявшись, пришел к заключению, что нежное кряканье придется вычеркнуть, а имя богини, дабы не порочить его, заменить фамилией автора.

Запись: «Дашкин на Голгофе».

Наш любимый редактор говаривал:

— Попомните мое слово, ребятки, придет время, когда полеты в космос станут обыденным явлением и коротенькие сообщения о них будут помещать на второй или третьей полосе газеты.

Но тогда каждый запуск советского космического корабля становился сенсацией мирового уровня. Сообщение о нем печаталось крупным шрифтом на самом видном месте первой полосы. Журналистские коллективы старались перещеголять друг друга в оснащении сообщений ТАСС своими «шапками» и комментариями.

Полет Юрия Гагарина вызвал всеобщее ликование. До этого на моей памяти наш народ ликовал так 9 мая 1945 года — в День Победы над гитлеровской Германией. К нам в редакцию забегали взволнованные люди, хотели выплеснуть свою радость и гордость на газетные страницы. Запыхавшийся старик принес стихотворение, начинавшееся словами: «Выше голову, ребята, кто-то в космос полетел…» Пришлось его огорчить, ведь не кто-то, а наш советский парень, Юра Гагарин, полетел. (Подвыпивший на радостях Н. С. Хрущев на приеме в Кремле, обращаясь к нему, восторженно кричал: «Юрка!..» Это вылетело в эфир.)

В типографии при верстке газет, выпускающий «Советской Башкирии», увидев на талере нашу «шапку» — «Дорогу к звездам прокладывают коммунисты!», набрал то же самое для своей газеты. У него пустовало место, оставленное для «шапки», наши старшие коллеги никак не могли придумать что-нибудь путное, вот и слямзил. Я, тогда — ответсекретарь «Ленинца», побежал к их редактору Михееву с протестом.

— Ладно уж, — просительно сказал Григорий Григорьевич, — вы, молодые, придумаете что-нибудь другое, эта «шапка» сама в партийную газету просится.

Я проявил великодушие с примесью сарказма:

— Что ж, раз вы такие беспомощные, берите! Мы в самом деле еще лучше придумаем…

Когда советский космический корабль сфотографировал обратную, невидимую с Земли сторону Луны, это тоже стало мировой сенсацией. Издававшийся в Германской Демократической Республике юмористический журнал поместил на обложке коллаж: множество фотообъективов нацелено на ягодицы американской красотки; под коллажем — язвительный текст: русские фотографируют обратную сторону Луны, американцы — «обратную сторону» своих кинозвезд. Журнал распространялся и в нашей стране. Дашкин, увидев коллаж, загорелся: давайте перепечатаем!.. Сказано — сделано. Журнал отослали в типографию, там его обложку пересняли на цинк.

Номер «Ленинца» с этим коллажем неожиданно произвел фурор. Газету расхватали из киосков «Союзпечати», потому что прошел слух: в комсомольской газете изображена голая девица! Мы не учли одну тонкость: в журнале на красотке был цветной купальник, а на черно-белых газетных оттисках он исчез. Случилось ЧП, красотка предстала в костюме Евы…

Чтобы молодому читателю стало понятно, почему незначительное с сегодняшней точки зрения происшествие было возведено в ранг чрезвычайного, я должен отойти немного в сторону от излагаемой истории и порассуждать о явлениях и вещах очень серьезных, более того — прискорбных. Можно посмеяться, говоря о прошлом. Но когда вглядываешься в будущее, каким оно представляется сейчас, становится не до смеха.

Мой воображаемый молодой читатель мог пожать плечами, — экая, мол, невидаль — красотка в костюме Евы. В самом деле, чего только сейчас не увидишь. Не буду уж говорить о голливудской продукции, заполонившей наши экраны, — свои, отечественные, шоумены американцев по части бесстыдства переплевывают. Эстрадные кумиры помешались на околопостельных страданиях. Семнадцатилетняя московская студентка с конкретным именем и фамилией за 10 тысяч рублей разделась донага на глазах миллионов телезрителей, в число которых угодил и я. В телешоу «За стеклом» молодая пара продемонстрировала половой акт — натуральный, не игровой, как в паскудных фильмах. Сам этого не видел, слышал от других, верю — не врут. «Секс, секс, секс…» — сотни раз на дню звучит на общероссийских телеканалах.

Приходит мне в голову мысль, что под концом света следует подразумевать не одномоментную гибель мира, а процесс, уже начавшийся. Преднамеренное, ради наживы, разрушение нравственных устоев общества можно поставить в один ряд с возможной ядерной катастрофой. Таинство зачатия новой жизни, оберегавшееся под покровами стыдливой любви, превращено в публичное зрелище, развлечение оскотинившихся людей, предмет купли-продажи. Хомо сапиенс вместе с разумом утрачивает инстинкт продолжения рода, секс становится самоцелью, случайно зачатый ребенок мешает распутству, — не потому ли на помойках появляются тела задушенных младенцев? Тысячи беспутных мамаш пишут заявления об отказе от своих новорожденных детей и оставляют их в роддомах или без всяких заявлений бросают на улице. И не только у нас. В Германии придумали специально окна с ящиками для подкидышей…