Надежда, и тебе повезет - Екатерина Алексеева-Орлова

Сосед Славик попал в другой класс, а соседка Вика была старше на год и переехала с родителями в другой район. В квартире они часто играли вместе, во время игр Славик старался держаться солидно, понимая, что он мужчина и вести себя, как капризная девчонка ему не подобает. Он старался пройти спокойным шагом, лишний раз подумать, прежде чем совершить какую-нибудь шалость. А может быть, он себя так вел из-за слабого здоровья? У него были проблемы с глазами, приходилось носить очки, к тому же он заикался, и пупок у него торчал на изнанку.

Рыжеволосая Вика тоже была не слишком игривой. С двух лет она уже начала читать и это осталось ее любимым занятием на всю жизнь. Чтобы уговорить ее поиграть в какую-нибудь активную игру, надо было очень постараться. Все считали, что из нее получится, по меньшей мере, профессор. Вика обладала большой любовью к чтению, но при этом громадной ленью, которая помешала ей впоследствии просто подойти к какому-нибудь институту и подать документы.

Надя с раннего детства понимала, что хороша собой. Об этом часто упоминали взрослые, гладя ее по светлой головке. И ей очень хотелось нравиться, особенно противоположному полу. Мужчины такие необычные, все у них по-другому! Она уже могла сравнивать Славика с другими мальчиками из садика. Это было не в его пользу. Он уступал им в смелости, силе и красоте, поэтому особого интереса не вызывал. Наде нравились два мальчика из садика. Их звали Герман и Андрей, уже сами имена заключали в себе много мужества. Вот это были настоящие мужчины! Они никогда не играли с девочками, всегда разговаривали басом и смотрели свысока, а если им хотелось показать какое-то внимание, то старались посильней дернуть за волосы или выкрутить руку. Надя по очереди влюблялась то в одного, то в другого, но без взаимности. Всякий раз, оказываясь с ней рядом, они старались показать, как им это неприятно; постоянно отворачивались и разговаривали сквозь зубы. Надя чувствовала, что они поступают так нарочно, пытаясь скрыть свою симпатию.

Жизнь среди большого скопления людей была привычна для Нади, сначала ясли, потом садик, а теперь и школа. В классе оказалось почти сорок человек! Все разом говорят, играют, дерутся, бегают – с непривычки можно было и растеряться. В первый день занятий первоклассников построили по росту. Надя оказалась предпоследней, самой последней была девочка Таня, напоминающая взъерошенную кареглазую птичку. Надя сразу поняла, что Таня не уступает ей ни в чем. Это обстоятельство вселило легкую ревность в ее маленькую душу. И впоследствии, эта ревность проявилась: на одном из уроков Таня испачкала нос чернилами, Надя это заметила, но Тане ничего не сказала. Один из одноклассников Рома, которому нравилась Таня, подойдя к девочкам на перемене, увидел это пятно. Рома постеснялся сам сказать Тане, что у нее испачкан нос, испугавшись, что она на него обидится. Тогда он с удивлением и укором посмотрел на Надю. От этого взгляда Наде стало не по себе; она почувствовала, что Рома понял – она молчит специально, чтобы Таня подольше ходила с грязным носом. Спохватившись, она быстро подошла к Тане и указала на испачканный нос. После этого случая Надя с Таней остались подругами, а Рома стал относиться к Наде недоверчиво.

Глядя на других бойких и остроумных ребят, Надя понимала, что ей недостает внутренней силы и уверенности в себе. Эта неуверенность мешала развиться ее неплохим природным способностям. Еще в первом классе на уроке математики, учитель предложил найти правильное решение примера. Первым непосредственным порывом Надя нашла это нужное решение, но как всегда засомневалась в своих силах; она посмотрела в тетрадку к Тане, и списала с нее неправильное решение.

Каким горьким было ее разочарование! Оказывается, ее первое решение было верным! Этот случай заставил Надю задуматься о том, что больше нужно верить себе и иметь мужество поступить по-своему.

Учеба в школе складывалась поначалу неудачно; Наде недоставало усидчивости и терпения. Приходя после уроков домой, она отшвыривала портфель далеко в угол, включала телевизор, брала что-нибудь вкусное в холодильнике и так проводила время до вечера; иногда даже забыв переодеться. Или сразу уходила гулять во двор. Уроки делать было лень, но к вечеру хочешь – не хочешь, приходилось садиться; надо было держать ответ перед мамой. А маме после тяжелого трудового дня было сложно сосредотачиваться на уроках дочери, поэтому она часто верила Наде на слово, что все уроки сделаны. Хотя это было не так. Иногда мама вообще не появлялась дома. В такие вечера тоскливого ожидания у Нади портилось настроение, опускались руки; она могла делать только одно – сидеть на подоконнике и смотреть в темное окно – не появится ли мама?

Какое было счастье, когда мама приходила! И какое огорчение, если приходила пьяной… тут уже, точно было не до уроков и вообще не до чего. В такие моменты Наде самой нужно было заботиться о маме. Зачастую Тамара приходила не полностью одетой. Свою одежду она либо теряла, либо раздаривала своим «друзьям» по застолью. Она отличалась, какой-то бесшабашной щедростью по отношению к людям. Видимо это было продиктовано тайным желанием всем понравиться, неважно какой ценой (распространенная особенность мелких душ). Надя оглядывала маму с головы до ног, прикидывая, что же утрачено в этот раз? На ней не оказалось дорогой шубы…

Надя в отчаянии и слезах стала уговаривать мать не приходить домой так поздно и в таком состоянии! И где она потеряла свою шубу? На все это мать только глупо улыбалась и разводила руками, вполне довольная и счастливая…

Были вечера, когда Тамара приводила домой веселую компанию пьяных сослуживцев. Что тогда было делать Наде? Она пыталась уговаривать мать, плакала и кричала на гостей, чтобы они шли домой. Никто не обращал внимания на ее слова, кругом были пьяные лица и глупые ухмылки. Навязчивая девочка начала сильно надоедать и от пьяной толпы отделилась Елена – здоровая баба с узкими глазами и большим подбородком.

– Подожди Томочка! Я сейчас ее воспитаю! – она взяла за руку Надю и повела в ванную комнату. Она закрыла за собой дверь и злобно прошипела в лицо испуганной девочке.

– Зачем ты мешаешь матери развлекаться? – Ты еще ребенок и не можешь ей указывать! – она сильно стиснула руками худенькие плечи Нади и продолжила, – а если будешь мешать, я с тобой разберусь! – и наотмашь ударила Надю по лицу, затем вышла и закрыла за собой дверь.

Надя в страхе, глотая горькие слезы, забилась в угол ванной и просидела там до тех пор, пока не утихли пьяные голоса.

Тамара потом уверяла дочь, что это больше не повторится, но все повторялось вновь. После таких маминых «праздников» Надя не могла уснуть и еще долго плакала в кровати. В школу приходилось ходить с опухшим лицом и тяжелой головой. Как тут сосредоточишься на уроках?!

В комнате Тамары на стене висела репродукция с картины Джорджоне «Юдифь», где изображена стоящая молодая женщина с мечом в руках, одной ногой попирающая отрубленную голову мужчины. Тамара увлекалась искусством и часто покупала альбомы и репродукции, ходила в музеи и картинные галереи. Она была привлекательной женщиной стремящейся к культуре и знаниям, несмотря на то, что выросла в глухой деревне. Мужчины постоянно вились вокруг нее, а придя в гости, видели эту картину и ужасались: «Томочка! – Неужели и ты такая жестокая женщина?!» Неизвестно, то ли страшная участь мужчины на картине их так пугала, то ли по каким другим причинам, но никто из них надолго не задерживался в обществе Томочки.

В один из вечеров, Надя, как обычно ждала маму с работы, мучимая страхом, а вдруг она опять не придет?! Она постоянно прислушивалась к стуку входной двери, и каждый раз ее сердце радостно подпрыгивало – наверно это пришла мама! Но это оказывалась очередная соседка. И когда она уже совсем было, отчаялась, услышала тихие шаги по комнате. Надя подняла голову и увидела темную, тихую фигуру мамы. Ей сразу показалось, что произошло что-то нехорошее. Она быстро подбежала к маме и пытливо, со страхом заглянула ей в глаза.

– Мамочка, что с тобой случилось!? – с тревогой спросила она.

Мама с тоской и болью посмотрела на дочь.

– Ты хотела бы иметь братика или сестричку?

Услышав такой вопрос, Надя сразу обрадовалась.

– Конечно! Это будет замечательно!

В ответ мама только криво улыбнулась, глаза опять наполнились слезами и тоской.

– Мамочка, зачем ты плачешь? – удивилась Надя, – пускай у меня будет братик или сестричка! – радостно продолжила она, – я буду их очень любить, и нам всем будет хорошо вместе!

– Но я одна не смогу вас вырастить двоих, – грустно ответила Тамара. Она опустила голову и больше ничего не прибавила. Надя тоже больше ничего не сказала. Она крепко обняла маму и поняла, что ничем не может помочь в этом горе. Только может показать, как сильно она любит и поддерживает маму! Отчаяние Тамары передалось и Наде, она стала тоже плакать. Заметив слезы дочери, Тамара постаралась взять себя в руки. Она улыбнулась и сказала, чтобы Надя не плакала, все у них будет хорошо!