Рутгерс - Г. Тринчер

Этот рассказ, ставший семейным преданием, на всю жизнь врезался не только в память Себальда, но и в память его детей и внуков, стал неотделим от отцовского дома.

Необычной была жизнь в этом доме у тихого канала, где, к удивлению всех знакомых, прислуга ела за одним столом с хозяевами.

Деятельность Яна Рутгерса выходила далеко за пределы работы практикующего врача. Он занимался и социальными проблемами — борьбой с алкоголизмом, с проституцией, проблемами семьи и воспитания.

Кроме того, он проводил физиологические исследования влияния разных продуктов питания на человеческий организм и проверял их на себе и жене. Результатом его изучения физиологии сексуальной жизни была книга «Сексуальная жизнь мужчины».

Особенно пристальное внимание доктор Рутгерс уделял вопросам регулирования рождаемости и гигиены брака. Его организаторская и пропагандистская работа в этой области имела большое прогрессивное значение. Еще до наших дней во многих городах Голландии: в Амстердаме, Роттердаме, Лейдене и других — имеются дома имени доктора Рутгерса, где молодые супруги могут получить медицинские советы и указания.

Наряду с этим Ян Рутгерс увлекался идеями социалистов-утопистов — Сен-Симона, Фурье, Оуэна. Он и сам написал социалистическую утопию «Год 2000».

В гостиной Рутгерсов можно было встретить немало интересных людей. Здесь возникали дискуссии, обсуждались социальные проблемы, велись политические споры. Детям всегда разрешалось присутствовать. Вначале это смущало гостей, но хозяин дома считал, что слушать разговоры взрослых детям полезно, и на них перестали обращать внимание.

Сильное впечатление произвел на Себальда Домела Ньювенгейс. Из его уст мальчик впервые услышал имя Маркса. Иногда Ньювенгейс читал вслух отрывки из писем, полученных от его друга Энгельса или от Элеоноры Маркс.

На всю жизнь запомнилась Себальду отцовская библиотека. Огромная комната, вдоль стен высокие шкафы, заполненные книгами по естествознанию, истории, политической экономии, философии. Посреди комнаты длинные столы, вокруг них стулья. Вечерами сюда мог прийти каждый желающий или просто почитать, или поработать над книгой. Себальду часто вменялось в обязанность заниматься в библиотеке. Сидя за школьными уроками, он одновременно следил за порядком в зале, если было нужно, помогал найти требуемую книгу.

Особенно интересны были субботние вечера, ставшие неизменной традицией дома.

Большая столовая. Старинный высокий буфет. Тяжелые стулья с прямыми резными спинками. Картины в массивных рамах. Низко опущена лампа над круглым столом. Вечер, к которому готовились всю неделю, открывал младший. В нем должен был принять участие каждый член семьи. Можно было прочитать рассказ, продекламировать стихотворение, можно было рассказать об интересном событии, случившемся за неделю, или сочинить какую-нибудь необычайную историю.

Критиковали друг друга строго, мнение каждого выслушивалось с уважением. Возникающие споры разрешал отец. Его же рассказом заканчивался вечер.

Отец знакомил детей с основами мировой истории, естествознания, с историей религий. Читал и объяснял им библию, Старый и Новый завет, рассказывал об учении Брамы и мудрости Конфуция, о мифах Греции. Любой вопрос принимался всерьез, на все давались четкие, точные ответы.

Так прошло детство и отрочество. Закончив одиннадцатилетнее обучение в школе, Себальд недолго колебался в выборе профессии. В 1896 году семнадцатилетний Себальд Рутгерс становится студентом Высшего технического училища в Делфте.

Семейная традиция Рутгерсов сломлена навсегда. Последним пастором в роде был дед Себальда — старый Себальд Юстинус Рутгерс.

И началась студенческая жизнь. Формулы и расчеты, рас четы и формулы. Карандаш, рейсфедер и лекало. Четкие линии складываются в чертежи. Себальд уже мечтает о том, как они будут воплощаться в дамбы и мосты. Учеба, как и в детстве, дается легко, и, как в детстве, ему мало одной учебы Себальд с головой окунулся в жизнь института.

Студенческая молодежь в Делфте делилась на две группы. Одну составляли сыновья фабрикантов, богатых торговцев, помещиков и бюрократии колоний. Они держались обособленно, подчеркивая свою принадлежность к аристократии. К другой группе принадлежали выходцы из семей интеллигенции и прогрессивной буржуазии. Себальд быстро нашел с ними общий язык.

Это были годы, когда молодая Социал-демократическая рабочая партия Голландии завоевывала все больший авторитет. Она организовалась из левого крыла Социал-демократического союза и в 1894 году стала самостоятельной партией. Ее платформой был научный социализм, первым руководителем стал Трульстра. После ухода левого крыла Социал-демократический союз постепенно утратил свое политическое значение.

Студенческая молодежь живо интересовалась общественной жизнью. В Делфтском институте были кружки по изучению политической экономии, философии. Сюда часто приходили лидеры Социал-демократической рабочей партии Роланд-Гольст, Гортер, ван дер Гёз. Их страстные, резкие выступления находили горячий отклик у молодежи. Возникали споры, дискуссии. Прогрессивная профессура поддерживала стремление студентов разобраться в политических вопросах современности. В институте читались специальные лекции по социологии. Революционно настроенные студенты издавали свой журнал «В тумане». Себальд скоро становится его постоянным автором. Его статьи посвящены разъяснению идей марксизма.

Дискуссии, лекции, зачеты, подготовка к экзаменам. А весеннее солнце манит на улицу.

Теннисная площадка. В руках ракетка, и, отбив труднейший мяч, заразительно смеется Маргарет. Эта юная англичанка, приехавшая в гости в Голландию, достойная соперница и партнерша вождя институтских теннисистов Себальда.

Вначале его пленили ее стройность и блестящая игра в теннис. За встречами на теннисном корте следовали долгие прогулки по городу. И вот он стоит перед девушкой взволнованный и смущенный:

— Маргарет, будьте моей женой.

Маргарет вспыхивает. Ей нравится Себальд, она уже давно призналась себе, что влюблена в него. Но дать ответ, не зная мнения родителей, не получив их согласия…

— Я скоро возвращаюсь в Лондон. Приезжайте. Познакомитесь с папой и мамой и тогда…

Не сказав никому ни слова, Себальд следом за Маргарет уезжает в Лондон. Дома я расскажу обо всем, когда получу согласие Маргарет, решает он.

И вот они сидят друг против друга в богатой гостиной: чопорный англичанин, которого интересует только личное благополучие и благосостояние, и молодой революционно настроенный студент, мечтающий вместе с армией своих единомышленников перевернуть мир. Опытному господину было нетрудно понять, с кем он имеет дело. Предложение Себальда отклонено. Маргарет поплакала и покорилась.