Мыслит, значит существует - Фанфикс.ру StratoGott

Но самым интересным было то, что Гарри пользовался математическими понятиями, которых, по идее, знать пока не должен. Например, вещественные числа. Профессор Вектор будет рада узнать о таком талантливом первокурснике.

— Профессор?

— О, извините! — воскликнул Флитвик, возвращаясь к реальности. — Извините, мистер Поттер. Что касается Вашего вопроса, это верно — то, что вы называете воспитательной ложью, используется при изучении моего предмета, трансфигурации и зелий. Если вы действительно хотите больше об этом узнать, то советую почитать такой специализированный ежемесячный журнал, как «Трансфигурация сегодня». Только предупреждаю — понять то, о чём там пишут, сложно, не говоря уже о том, чтобы реализовать на практике…

— Спасибо, сэр.

Юный исследователь подписался на три журнала и, в ожидании первых выпусков, перерыл половину библиотеки. И теперь его домашние работы, которые уже сейчас были хороши, содержали ссылки на многочисленные магические законы и отличались завидной логикой, что делало рефераты только лучше.

Это заставляло гордиться старосту факультета, поражало невозмутимую МакГонагалл и, к огромному удивлению, злило Снейпа.

* * *

Гарри наблюдал за работающими первокурсниками-рейвенкловцами, которые сидели за общим столом в гостиной факультета. Каждый вечер они усердно трудились, делая домашние задания, а сам Поттер в это время только за ними наблюдал, жонглируя собственноручно трансфигурированными мячиками или бросаясь маленькими бумажными комочками, чтобы развлечь себя и остальных, или просто закрывал глаза и ни о чём не думал.

Но хуже всего для рейвенкловцев было то, что хоть сам он в это время ничего не делал, но всё равно успевал лучше всех. Но, вместо того, чтобы узнать, в чём секрет, они только зло косились в его сторону.

Мальчик получал огромное удовольствие, наблюдая за работающими без отдыха однокурсниками. Если бы они спросили, как он всё успевает, Гарри, конечно, ответил бы. Или не ответил. В любом случае, он бы никому ничего не обещал.

Правда же была проста. Самопишущее перо записывало лекции за профессором Биннсом, пока сам он делал домашние задания по другим предметам или просто занимался чем-то посторонним. Бывало, что целыми днями Гарри сидел в библиотеке, чтобы по вечерам ничего не делать. Уверенность в том, что после ужина он сможет отлично отдохнуть, придавала ему сил.

К тому же, это сильно нервировало всех рейвенкловцев, которые раздражённо на него поглядывали, когда думали, что Поттер ничего не заметит.

Отличное развлечение.

Гарри поднялся и направился к выходу из гостиной. Нужно размять ноги и хорошенько подумать.

— Можно узнать, куда это ты собрался? — спросил Майкл Корнер, заставив Гарри остановиться.

— Поищу кухню, — ответил тот, развернувшись к товарищу.

— Какую кухню?

Репутация Рейвенкло явно завышена, судя по удивлению Корнера.

— А ты думал, что еда появляется по мановению волшебной палочки? — Гарри покачал головой, заметив недоумённое выражение лица сокурсника, и, вздохнув, объяснил: — Еда входит в пять исключений закона Гампа об элементарной трансфигурации. Значит, это нельзя наколдовать, а отсюда следует, что кто-то должен её готовить. А где готовят еду? На кухне. Отсюда вывод, что мне нужно найти это место. Всем хорошего вечера, и не учитесь слишком усердно.

И Гарри ушел, оставив размышлять своих смущённых товарищей, а вслед ему семикурсники бросали восхищённые и какие-то странно расчётливые взгляды.

Глава 3. Like and dislike

*прим: Like and dislike — Симпатии и антипатии

Наступил четверг. А этот день недели никогда не был любимым для юного Гарри Поттера, и его можно было понять.

Первым уроком стояла гербология со Слизерином. А, если произносят «Слизерин», значит, звучит и имя Драко Малфоя. Тот почему-то был уверен, что Гарри придет в восторг, если рядом с ним на уроках профессора Стебль будет сидеть сам Драко Малфой. Как будто это сразу же делало их неразлучными друзьями. А теперь слизеринец пытается настоять на том, что Гарри Поттер должен проводить с ним больше времени.

Гарри никогда не затыкал блондина, потому что тот был источником ценной информации о Слизерине и о странных обычаях чистокровных ханжей. Конечно, если отсеить плоды его безграничного воображения и разные небылицы.

Более того, Малфой был настоящим асом по поиску идиотов. Они не были друзьями, и это понимали почти все (кроме, пожалуй, самого Драко, но его идиотизм — вне конкуренции), но, тем не менее, это не мешало некоторым чувствительным особям останавливать Гарри в коридорах, чтобы объяснить, почему он не может бывать в слизеринских подземельях.

«Как ты можешь быть другом Малфоя? Он — слизеринец! А отец его, знаешь ли, Пожиратель Смерти…»

Впрочем, это была тирада Рональда Уизли, мастера очевидностей.

Определённо, странный малый, себе на уме.

* * *

Вытерпев очередную пытку с навязчивым блондинчиком, Гарри отправился в библиотеку, где уже ждала Гермиона Грейнджер, которая хотела обсудить с ним уроки. А, точнее, поговорить о книгах. Она пошла по его стопам, то есть читала всё, что можно. Однако, у неё была одна проблема. В отличие от Гарри, она быстрее запоминала новую информацию, но совершенно не могла «разложить по полочкам» полученные знания, чтобы потом применить их на уроках.

И, таким образом, Гермиона оказалась с целым ворохом энциклопедических знаний, которые абсолютно ей не пригодятся ещё, как минимум, несколько лет. Именно поэтому Распределяющая шляпа и не отправила ее в Рейвенкло. И сегодня Гарри, наконец, нашел способ отвязаться от надоедливой заучки. Нужно было действовать осторожно, потому что такие умные люди одного с ним возраста встречались в замке редко. Староста Рейвенкло, с седьмого курса, услышал, как Гарри говорил о законе Гампа, и теперь решил использовать первокурсника, как живую энциклопедию. Он хотел направить его по пути Гермионы Грейнджер.

Она хотела рассказать о том, что знает, а он — нет. Следовательно, девочка получит внимательных слушателей, а он — тишину. И всем будет хорошо, особенно ему.

В общем, идеальный план.

* * *

А после обеда стояло зельеварение и профессор Снейп — великая летучая мышь подземелий. Дёрнуло же Гарри спросить, как зельевару удается заставлять свою мантию лететь следом.

Но Снейпа он, как ни странно, мог понять.

И правда! Как вы осмеливаетесь дышать в присутствии великого профессора Снейпа? Пять баллов с Рейвенкло, Поттер!

* * *

Впрочем, это не значило, что Гарри не нравились все в замке. Единственным человеком, которого он мог терпеть, была светловолосая первокурсница со Слизерина — Дафна Гринграсс. Когда Малфой устраивал на гербологии очередное шоу о дружбе, она всегда смотрела на слизеринского выскочку раздражённо. Иногда девочка подсаживалась к Гарри в библиотеке, но никогда не разговаривала, если он не хотел, и не бросала на него любопытные взгляды, которыми отличались остальные первокурсники. Чаще всего она спокойно читала и обращалась к нему, только когда хотела спросить, сколько времени.