Мыслит, значит существует - Фанфикс.ру StratoGott

Вот тогда-то и начались проблемы.

* * *

Гарри Поттер был не только Мальчиком-Который-Выжил, но и одним из лучших учеников Хогвартса.

Он был известен своими речами в отношении других учеников, а его манера открыто критиковать преподавателей вообще была чем-то невероятным, после чего большей части школы оставалось только изумленно смотреть ему вслед.

Среди своих сверстников Невилл всегда был восхищенным мямлей. Впрочем, с его-то скромной натурой по-другому быть и не могло, особенно среди таких наглецов…

Дафна откровенно забавлялась развитием ситуации и мысленно раздумывала, чем же это все закончится.

Гермиона же явно злилась! Как только Гарри осмелился сделать это? Более того, на уроке профессора Локхарта! У него, такого красивого… и сведущего… она хотела сказать компетентного…

Луна оставалась Луной. Она едва заметно улыбнулась, девушка никогда прямо не говорила то, о чем думает, и сейчас не было причин, чтобы то-то изменилось.

Мнения преподавателей расходились не сильно.

Флитвик, конечно, не мог одобрить такое поведение, но на этот счет его точка зрения была предельно ясна. И тот факт, что Гарри не понес никакого наказания, служил лучшим доказательством. Официально он объяснил отсутствие наказания тем, что предоставляет выбор своему коллеге по защите от темных искусств, но никто не верил в это. Флитвик располагал необходимой властью, чтобы действовать, поскольку являлся главой факультета Рейвенкло…

МакГонагалл же, на первый взгляд, была возмущена таким поведением студента. Но это была всего лишь видимость, к тому же, совершенно не правдоподобная, потому что, как только Гарри оказывался поблизости, профессор начинала едва заметно улыбаться. Второкурсник осмелился сказать то, о чем думал весь преподавательский состав школы, у него хватило смелости следовать своим убеждениям, и это сделало Гарри Поттера почетным гриффиндорцем.

Так что большинство преподавателей благосклонно отнеслись к выходке Гарри, к его высказыванию, что Локхарт не профессор, а обычное ничтожество и хвастун.

Исключением, как всегда, был профессор Снейп, который готов был заявлять всем, кто желал его слушать (их было не так много, всего несколько учеников со Слизерина), что юного Поттера нужно исключить и что он точная копия своего отца.

На что один гриффиндорец достаточно громко заметил, что профессору не помешало бы сменить пластинку, потому что все эти речи начинают утомлять.

Эта реплика только усилила царивший вокруг хаос.

* * *

Снейп был в ярости. Кто-то осмелился оскорбить его, да еще прилюдно, и более того, в такой толпе он так и не смог вычислить виновного! Месть его будет ужасной!

И благодаря этому происшествию, никто не придал значения факту, что Гарри ввязался в очередной эксперимент и что он не ходит больше на уроки Локхарта…

Паранойя Снейпа заставила юного исследователя немного приумерить пыл, и поэтому близнецы Уизли, которые были мало того что гриффиндорцы, так еще и известные шутники, стали главными подозреваемыми зельевара. Но они отомстили целой серией всевозможных проделок, лучшей из которых была перекраска волос слизеринцев в золотисто-красный цвет.

Но эта шутка не пошла им в зачет, потому что затронула Дафну. И как говорится в поговорке, в тихом омуте черти водятся…

* * *

Лично Гарри считал, что новый цвет волос ей идет, но все-таки не решался сказать такое.

Невилл от души посмеялся.

Гермиона все еще злилась на Гарри, и, в любом случае, она никогда не любила его шутки. И поэтому продолжала изображать ворчливого штрумпфа(1).

Луна все так же ходила повсюду со своей загадочной улыбкой на лице, только казалась еще более задумчивой, чем обычно…

Когда волосы Дафны вернули свой привычный цвет, мщение прекратилось. Решив не скрывать тот факт, что речь идет именно о мести, она поменяла цвет глаз всех гриффиндорцев на зеленый. Но вместо того, чтобы выбрать слизеринский зеленый, она использовала цвет глаз Гарри, чем хотела добавить его в список подозреваемых.

Но никто так и не стал подозревать Гарри. У него было алиби. Все это время он провел с Луной на кухне, где они мастерили ожерелья. Даже если всем это казалось малоправдоподобным, никто не поставил под сомнение такое алиби.

В конце концов, он был с Луной.

* * *

После мести Дафны стало обычным делом, когда часть тела или какая-то одежда меняла свой размер, цвет или текстуру… Ровно, как и замечать одного из своих друзей, разгуливающих в ярко-зеленой мантии с ярко-красными волосами…

Но видеть Снейпа со своими волосами все еще оставалось самым шокирующим.

Тогда все стали думать, что все только начинается, а Гарри хотел получить немного свободного времени, чтобы заняться другими делами, а не только Локхартом…

* * *

Последнее событие сделало из Гермионы настоящего параноика.

— Но, Гарри, — возмущалась она, — как я могла получить эту открытку? Это невозможно, я никому не говорила!

— Может, ты сказала кому-нибудь, — рассуждал Гарри, — а потом просто забыла…

— Нет, я в этом уверена! Единственное объяснение — кто-то следит за мной и собирает информацию!

— Ну и? — пожал плечами рейвенкловец. — Это, наоборот, круто иметь тайного поклонника, разве нет?

— Да, но это немного угнетает! Он собирал информацию обо мне!

— А может, это она, знаешь, Гермиона…

— Ты что, издеваешься надо мной?!

— Эй, вовсе нет! Знаешь, пол очень важен… — ответил Гарри, сделав небольшую паузу, чтобы посмотреть на Дафну, сидящую неподалеку, та закашлялась, пытаясь скрыть смех. — Извини, но я ничего такого не имел в виду. Давай начнем с начала?

— Ты издеваешься надо мной, да? — вздохнула Гермиона.

— Нет, я просто думаю, что приложить столько усилий, чтобы поздравить с днем рождения, это похвальное стремление, и в этом нет ничего угнетающего…

— Если ты так говоришь, — протянула гриффиндорка и решила оставить Гарри в покое, чтобы успеть пожаловаться Невиллу.

— Когда ты собираешь рассказать ей, Гарри, что это ты? — спросила Дафна, когда Гермиона отошла подальше.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — невинно ответил Гарри. — И ты должна быть более внимательной к тому, что говоришь и как ведешь себя. Я только что хорошо видел, как ты смеялась, а теперь ты называешь меня Гарри. Что скажут остальные слизеринцы?

— Прекрати уходить от темы. Я знаю, что единственный способ узнать дату ее дня рождения — поискать в маггловском мире, порыться в ее школьном досье, которое находится, между прочим, в кабинете Дамблдора или МакГонагалл. Я уверена, что только ты смог бы провернуть такой трюк… И я буду называть тебя по имени тогда, когда захочу, Гарри…