Акселератор - Юрий Манаков

Я перестал махать веслами и тем самым помогать попутному ветру и парусам. Перешел на нос и, не доплыв до зоны прилива метров двести, скомандовал поворот. После чего мы двинулись вдоль берега. Затем я поручил Ксо управлять корабликом, а сам приступил к наблюдениям, разглядывая водную живность сквозь толщу воды и одновременно разыскивая на берегу подходящее местечко для лагеря.

Как и на земной поверхности, для качественной стоянки на океанском берегу должны выполняться несколько условий, а именно, наличие пресной воды, дров и радующей глаз окружающей природы. Плюс ко всему, более-менее удобный проход сквозь рифы к берегу. Такое место нашлось, где-то через час.

Мы обнаружили широкий и глубокий залив. Он, судя по всему, был образован долговременным действием пресноводного потока, стекающего с гор. Эта пресная вода, изливаясь в океан, погубила кораллы. В опасном рифовом барьере образовался широкий проход. Я махнул рукой и направил наш рейдер в проточную бухту, как раз по размеру нашей маленькой лодочки.

Ксо довернула руль и мы ткнулись носом в неширокую полоску берегового пляжа. Приехали. Можно до времени сворачивать паруса.

Спрыгнув на берег, я отошел к кустам, прикрыл глаза и постарался без спешки просканировать берег и заросли на расстояние двух, трех километров на предмет поиска особо опасных форм жизни.

Ха, попугаи, голуби, несколько павлинов на поляне в лесу, гуси и цапли дальше по реке, вездесущие крысы… и все. Небогато. Но и, что касается опасности, то ее тоже нет. Прямо курорт какой-то, а не остров.

До темноты еще оставалось несколько часов, так что имело смысл в ускоренном темпе попробовать отловить какого-нибудь из обитателей барьерного рифа повкусней. Выдав ценные указания принцессам, приступил к экипировке для подводной охоты.

Порылся в куче снаряжения и решил надеть ласты с системой управления направленным потоком с технологией туннельного эффекта, маску с клапаном, трубку "барракуда", нацепил сбрую крепления ножа к голени, засунул в ножны булатный нож, подхватил сетчатую сумку для добычи в левую руку и титановый гарпун оригинальной конструкции в правую. После чего, задом наперед пошлепал на глубину, зайдя по колено, упал на спину, перевернулся, сделал первый гребок ластами. Затем, стараясь не напрягать ноги и равномерно дышать через трубку, поплыл в сторону рифа, внимательно поглядывая вниз.

Двигаясь в потоке реки, отметил, что на кромке соприкосновения пресной и соленой воды обитала буйная, но какая-то неустойчивая жизнь. По всему заметно - экологический мирок постоянно ждет изменений и… неприятностей.

Проплыв метров десять, резко свернул направо, выскочив тем самым в стабильно соленую воду. Здесь обращали на себя внимание известняковые останцы с крупными раковинами жемчужниц, а на открытых печано-илистых пятачках процветали голотурии и морские ежи.

Складывалось впечатление, что песчаные поляны между колониями тонковетвистых кораллов представляют собой пашню и буквально перекопаны моллюсками. Затем появились и основные обитатели рифа - красные кораллы-органчики и зеленые известковые водоросли.

Также как на Земле, луна Нового Мира создавала приливы и отливы. К рифу я подплыл во время отлива. Рифовая платформа в этот момент поднялась из воды и, чтобы не вылезать на сушу и не шлепать по риф-флету, что чревато повреждениями ног, несмотря на кажущуюся ровную поверхность, я свернул налево к проходу пробитому рекой.

Преодолев коридор и выскочив на оперативный простор, снова повернул направо, двигаясь вдоль внешнего склона рифа. Склон создавали кораллы с очень крепким скелетом. Им не страшны свирепые штормовые волны, они готовы противостоять любой буре и медленно, но верно отвоевывать у океана очередные миллиметры территории. За годы и столетия миллиметры складываются в склон. Он наползает на глубину, становясь все круче и круче. Мириады маленьких беспозвоночных формируют гигантские гребни, загадочные ложбины и коралловые башни в десятки метров высотой, которые не отличить от крепостных, выстроенных людьми.

Нырнув поглубже, добрался до нависающего основания рифа и пошел вдоль обрыва дальше на глубину. На границе кессонной зоны, когда уже требовалось повернуть обратно, из полумрака, навстречу как часовые, стали выступать странные образования. Больше всего они походили на каменные колья или на пещерные сталагмиты темного цвета. Эдакие волнистые конические штыри, торчащие частоколом со дна. Возможно, они тоже имели коралловую природу. Но, впрочем, вряд ли. Слишком гладкая поверхность с разноцветной волнисто-кольчатой структурой.

И как обычно случается в жизни - вроде все хорошо и вдруг… На одном из удаленных штырей я разглядел нанизанную на него акулу. Здоровую этакую тварь, метра четыре длиной. Кто-то большой и сильный постарался. И сделал это демонстративно, напоказ, чтобы предупредить таких как я любителей заглянуть в чужой огород.

Вдоль спины, совершенно непроизвольно пробежал холодок. Оказывается и здесь есть свои хозяева. Они не жалуют чужих. И поступают с ними без всяких церемоний. Загадка, но ее разгадка это уж как-нибудь в другой раз. Я, конечно, парень лихой, но осторожность не повредит, и, развернувшись, двинулся вверх.

К стандартным особенностям внешнего склона можно было отнести массу подводных гротов. Эти естественные убежища меня как охотника интересовали в первую очередь. Без спешки перемещаясь, стал заныривать в нужных местах с целью осмотра укрытий. В первой же пещерке обнаружился гигант групер. Хотя, слово гигант для полупудовой рыбы этого вида, неправильное определение. Вот если бы в нем было пуда четыре-пять, тогда да. Но такие монстры в гастрономическом плане отвратны и не вкусны. А вот тот с кем я встретился, самое оно.

Я подплыл к нему на расстояние вытянутой руки и мы довольно продолжительное время рассматривали друг друга. Как объект для подводной охоты, мне эстету и гурману, молоденький групер очень даже интересен своим деликатесным мясом. Причем, его можно пользовать во всех видах: запекать, варить, жарить, тушить. Но заканчивать охоту, так по сути ее и, не начав, не хотелось. И зная, что этот хищник подстерегает добычу в засаде и не удаляется далеко от своего местожительства, я оставил групера на потом. Если не обнаружу еще чего-нибудь более интересного, то вернусь.

Пока двигался вдоль рифа встретились бычки и рыбы-белки, явное не то. С пренебрежением рассматривая это изобилие, расслабился… и как-то не ко времени.

Очередная дырка во внешнем склоне рифа преподнесла неприятный сюрприз. Мурена! Размером с хорошее бревно и весом по предварительной оценке килограммов тридцать. Ее заинтересованный взгляд пересекся с моим и мне как-то слегка поплохело. Было в этой рыбе-убийце что-то демоническое. Хоть взять туповатую морду с полуоткрытым зубастым ртом, хоть морщинистую кожу защитной окраски. А самое главное, я впервые на своей шкуре так остро почувствовал, что являюсь предметом гастрономического интереса, что меня оценивают и так, и эдак, но не как человека, а как хороший кусок мяса. После этого отчасти я осознал, каково это приходится моим жертвам, когда мы пересекаемся тет-а-тет. Очень неприятное ощущение.