Открытка с сюрпризом - Елена Коломеец

шкаф оказался не шкафом, а кладовкой. Первым, что увидела Лара, был висящий у стены костюм для дайвинга.

— Так себе альтернатива, — пробормотала она, и открыла дверь пошире, чтобы осветить помещение. — Хо-хо, а не контрабандист ли часом мой новый знакомый?

Кладовая была буквально завалена самыми разными вещами от здоровенных фонарей до сеток с кокосами. В одной из коробок лежали одежды, напомнившие Ларе одновременно мужские арабские костюмы, и наряды, которые были жутко популярны после выхода первой «Матрицы». Что-то вроде длинной просторной туники и тонких штанов из легкого полупрозрачного материала. Такое она всегда любила. Туника и пончо — идеальные вещи для людей, которые никогда не могут с уверенностью сказать жарко им, холодно или, может быть, вообще, хочется есть.

— Ну что, выбрала? — послышался уже знакомый голос. — Надеюсь, не гидрокостюм?

Сердце упало куда-то в пятки, скакнуло к макушке, бешено застучало, и Лара поняла, что монументально и неизбежно краснеет. Краснела она солидно, равномерно заливаясь густым пунцово-розовым цветом с легким холодным оттенком. Это, безусловно, понравилось бы художнику-колористу, но портило жизнь ей самой.

Ну вот что так нервничать? А главное, что так нервничать теперь? Уже сама пришла, в халявный костюм нарядилась, купальник свой импровизированный скромненько повесила в уголок сохнуть. Что тут стесняться, тут уже знакомиться надо.

— Угу, — неопределенно буркнула она из кладовки и, сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, шагнула на палубу.

И замерла, ну просто как дурочка какая-то. Тут даже солнце было в сговоре с таинственным хозяином судна, потому что ну нельзя же просто так, чисто по совпадению, явиться ей в сиянии солнечных лучей. Так снисходят с небес какие-нибудь ангелы, а не простые смертные выходят поздороваться с заблудившейся на острове незнакомкой.

«Так. Стоп. Ты не просто какая-то незнакомка. Забыла, что ли, что перенеслась из другого мира? И здесь ты оказалась не просто так, а из-за того странного кота», — мысленно сказала Лара сама себе и поняла, что взамен охватившему было ее смущению, приходит трезвая и спокойная подозрительность.

Незнакомец, надо признать, был красив. Во всяком случае в ее вкусе. Высокий, спортивный и с какой-то плавной, экономной грациозностью движений. Отросшие и немного выгоревшие на солнце волосы, переливались на свету, как… шерсть. По шкале подозрительности от одного до десяти стрелка в голове Ларки провернулась приблизительно на сто тысяч.

— Кристоф, — представился мужчина, протянув руку.

— Лаура. Но лучше просто Лара.

Сложно сказать, сыграла тут родовая память или прихоть совершенно взбесившегося от впечатлений бессознательного, но в ответ она протянула ладонь не как для рукопожатия, а как для поцелуя. Легко потянув девушку за руку, новый знакомый помог ей пройти к удобно обустроенному на носу уголку с небольшим столиком и сиденьями.

— Очаровательно, родители были поклонниками Петрарки?

— Мама была поклонницей какого-то бразильского сериала, — усмехнулась Лара. К собственному имени она относилась двояко. С одной стороны, ей нравилось звучание, да и значение, но с другой, оно диковато сочеталось с фамилией и отчеством, а знакомые обычно считали, что Лара — это Лариса.

— Полагаю, у тебя очень много вопросов? — сказал Кристоф, протянув высокий стакан. Там плескалось что-то яркое, пахнущее летом, свободой и доступными фруктами. — Освежающий сок со льдом, — пояснил он, взяв себе такой же и устраиваясь рядом. — Тебе как больше нравится, ты задаешь вопросы, а я отвечаю или я рассказываю, а ты потом спрашиваешь, если что-то будет непонятно?

— А можно сначала один вопрос, а потом ты рассказываешь?

Спокойный, деловитый, но дружелюбный настрой Кристофа действовал умиротворяюще. Как-то глупо психовать, когда тебе спокойно все рассказывают, да еще угощают. Сок напоминал ананасовый, но с оттенком ванили. Очень понравился.

Кристоф поставил на стол кувшин с напитком, и долил в опустевшие бокалы.

— Тот кот, это ты? — спросила Лара.

— Я не кот, — рассмеялся он, — ни тот ни этот, ни какой-либо еще. А ты, значит, видела кота?

Теория, только что казавшаяся такой логичной, обрушилась с громким треском.

— Он меня сюда и привел. Коричнево-рыжий такой, пушистый.

— Думаю, тебя почтил своим вниманием один из духов острова. И, учитывая, что ты появилась в необычное время…

— Так, стоп. Думаю, именно в этом месте стоит перейти ко второму варианту и рассказать все по порядку. Обещаю не перебивать и быть само внимание.

Лара устроилась поудобнее. Дул легкий бриз, с берега доносился аромат глициний, а напитка в стакане оставалось еще достаточно, чтобы под долгий неспешный рассказ ощутить всю прелесть жизни.

— Если по порядку, то ты — вершитель. Время от времени во вселенной в мирах, что похожи друг на друга, но чем-то различаются, рождаются люди с особенными способностями. Художники, создающие живые портреты. Пекари, хлеб которых способен излечить болезнь. Шляпницы, умеющие запрограммировать в новой шляпке новую судьбу. Те, кто способен влиять на мир и судьбы людей в нем.

У Ларки так и завертелось на языке «как у Фрая?», но обещание сперва выслушать собеседника связало ей не только руки, но и рот. Пришлось терпеть.

— На самом деле название «остров Вершителей» довольно условное. Все, попадающие сюда, обретают способность понимать друг друга на каком бы языке они ни говорили. Наш собственный мозг подбирает максимально близкое значение для перевода.

«Вот и отлично, что со своим глупым вопросом не влезла, — с облегчением подумала Лара, — все-таки молчание — золото».

— Условно и само понятие «остров», потому что тут целый архипелаг. Все крупные острова имеют отдельные названия, а мелких так и вовсе не счесть. Острова притягивают вершителей, и время от времени у нас появляются новички. Вот как ты. Правда, обычно это происходит на закате, и кто-нибудь присматривает с воздуха, чтобы его встретить.

— Почему же меня не встретили? — все-таки не удержалась от вопроса Лара. — Я здорово испугалась поначалу. Особенно жутко было, что никого нет, будто остров вымер. Кстати, а где все жители?

— Ох, не привык я новичков встречать, — рассмеялся Кристоф, отбросив назад рукой спадающую на глаза челку, — ну смотри, раз ты появилась именно так, значит, того захотел сам остров, тем более что к тебе пришел один из хранителей. Почему — не знаю. Возможно, тебе суждено нечто великое.

— Что-то вроде «опозориться в первый же день, купаясь в неположенном месте и недолжном виде»? — фыркнула Лара и наклонилась, пряча лицо, которое, кажется, опять собралось залиться румянцем.

— У нас свободный остров, — подмигнул Кристоф, — и если тебе захочется еще искупаться под моими окнами в каком бы то ни было виде, я ничуть не против.

— Это не я, это