Судьба империи - Денис Старый

книге в прошлом. Графиня собралась на адюльтер, наставлять рога своему графу. Ночью мадам каким-то образом незаметно вышла из дома, села в дешёвую, главное, что неприметную, карету и отправилась блудить.

Но не тут-то было. Её супруг каким-то образом прознал, срочно распорядился ночью запрячь лучших лошадей, взять лучший выезд семьи и устремился в погоню за своей женой.

Вопрос — для чего? А чтобы передать ей нормальную карету, чтобы перед любовником не опозорила мужа, что приехала на невесть чём.

Как мне кажется, подобная история очень хорошо характеризует ту атмосферу, те нравственные устои, которые сейчас начинают распространяться, в том числе и в российском обществе. Вон и офицеры напропалую хвастались, что с замужними жёнами и так, и эдак. Я даже в какой-то мере слежу за реакцией своей жены, чтобы впоследствии не оказаться рогоносцем.

— А позволяшь ли ты мне флиртовать с кавалерами? — с некоторым вызовом спросила Юлиана.

— Лишь только в меру, не давая повода думать, что ты распущенная женщина и что готова наставить мне рога. Не провоцируй никого на адюльтер, — строго сказал я.

Возможно, данное проявление собственничества и не совсем даже справедливо. Вот только я видел, что сказал правильные слова, и что Юлиане понравился мой ответ. Ведь я, по сути, сейчас в её понимании в очередной раз признался в любви. Ну а ещё она считает меня немного варваром. Такие вот фантазии у супруги.

В новой карете не сказать, что шума было намного меньше, чем в других. Да и трусило так же. Выбросил я деньги на ветер. Потратил восемьсот с лишним рублей, чтобы только показать свое лицо, мол Норовы имеют достойный выезд. Нужно обязательно производить свои кареты.

На въезде в Летний дворец карет было столько, что мне вдруг вспомнились московские пробки. И здесь было не протолкнуться, а мимо, словно по встречной полосе, пролетали одни кареты, перед ними разъезжались другие. Как машины с мигалками на крыше в будущем, так и эти кареты перли напролом. Там мигалки, тут фамильные гербы на каретах.

— А вот и карета фельдмаршала Миниха с семьёй, — констатировала Юлиана.

Нельзя сказать, что мы стояли в «отстойнике». Но складывалось именно такое впечатление, что ждали своей очереди. Первыми на приём должны были явиться сильные мира сего. Правила. Не мог же я быть впереди Миниха, или министров.

Вот только мне кажется, что и я стал не самым слабым игроком. Вон, уже во врагах у себя имею Ушакова. Кстати, его карета тоже проехала без препятствий.

Примерно минут сорок мы стояли в этой самой пробке. Но, наконец, оказались в Летнем саду. Погода была на удивление замечательная, будто бы кто-то искусственно разогнал облака, так и кружащие над Петербургом с утра.

Сейчас на улицах столицы было то, что можно условно назвать «бабьим летом». Последнее дуновение тёплой погоды. Хотя для Петербурга уместно почти всегда в отношении погодных условий использовать слово «относительно». Здесь относительно тепло и относительно ветрено, или дождливо. Здесь только зимой всегда, безусловно, холодно.

Сперва мы направились поздороваться. Так принято. Хозяева должны были бы встречать, и гости обязаны им представиться. Но императрица должна выходить, не по чину ей хоть кого встречать. Так что скорее нужно показаться на глаза ливрейному лакею, чтобы тот увидел: Норовы тут. Уникальный, наверное, человек, если умеет всех и каждого запомнить.

В приёмном зале было не протолкнуться. Всё-таки это помещение сильно меньше, чем в Зимнем дворце или даже в Царском Селе, в том дворце, который я видел в прошлой жизни.

Как это начать уговаривать государыню, чтобы та строилась? Не хватает Петербургу некоторых архитектурных форм. Было бы очень неплохо увидеть Исаакиевский собор, ещё лучше — Казанский собор. Это я не говорю об Эрмитаже.

Может быть, если начнётся серьёзная государственная обработка золотоносных жил по Миассе, то и строительство развернется? Хотелось бы. Люблю я архитектуру. Да и с чертежами могу помочь. Как выглядели Исаакиевский и Казанский соборы, да и Спаса-на-Крови, знаю, помню.

Глава 2

Бал — это жизнь на сцене, где каждый играет свою роль и всегда старается быть лучше других.

Л. Н. Толстой.

Петербург

3 сентября 1735 года

Находится в душном тронном зале было категорически нельзя. Юле явно это на пользу не пойдет. Да и зачем? Умные и опытные придворные знают, что еще час так точно государыня не выйдет. Потому многие в саду, на свежем воздухе. А тут, так… Те, кто будет подпирать стену, когда остальные, действительно важные, окажутся в первом ряду и попадутся на глаза государыни.

Так зачем стоять тут, в условиях толкотни и спертого воздуха?

— Пойдем! — сказал я, беря Юлю за руку. — Тут определенно не те, с кем бы я хотел общаться.

— Да, я знаю, что Анны нет, и Елизаветы Петровны не вижу, — пробурчала Юля.

Не ответил ей. Ну, право слово, несколько поднадоело. Дома все было нормально. Здесь вновь ревность. Понятно, что внутри беременной женщины гормоны устраивают дискотеку.

Вышли в сад. Отрадно было видеть, какое я оказываю влияние, в том числе и на формирование кулинарных придворных предпочтений. Нет, я здесь не увидел горы фастфуда, салатов, майонеза или кетчупа. Впрочем, последнего в России ещё пока и нет, как и самих томатов.

Но вот шоколадные фонтанчики в Летнем саду были представлены во множестве… А ведь это, если можно так сказать, «фишка» ресторанов «Астория» и «Мангазея». По субботам в ресторанах всегда устраивают фонтаны из шоколада. А вход стоит два рубля с человека. И пей, сколь хочешь. Вот только редко кто может впихнуть в себя шоколада на рубль. Такой маркетинговый ход.

Наконец, в Россию прибыло изрядное количество какао. Уже пора было бы даже задуматься над тем, чтобы впервые в истории изготовить какао-масло и начать производство конфет, как и шоколадных плиток.

Конечно, конфеты, в том числе с добавлением какао, в это время уже были. Но какао-масло значительно упростило бы задачу и расширило ассортимент кондитерских изделий. Из будущего знал, что кондитерский бизнес по влиянию и заработку сравнивали с продажей оружия. И далеко не всегда в пользу военной промышленности.

— А может, и нам испробовать шоколада? — спросила Юлиана, наблюдая за ажиотажем вокруг каждого из шоколадных фонтанов.

— Не думаю, что стоит этим сильно злоупотреблять. Да и не складывается ли у тебя впечатление, будто бы звери вышли на водопой? Толпятся вокруг фонтанчиков, плечами толкаются. Русское дворянство вмиг забыло