Городской мираж - Юрий Кондратьев

— Ну давай, звони.

— Не могу, приемной антенны здесь нет и телефон не работает.

— Ну тогда поехали. Сейчас налево свернешь, на площадь, потом покажу.

— Тогда уж и расскажи если мне что непонятно. Вот к примеру тут что теперь находится? Показываю рукой на такое странное здание института.

— Одно из зданий гетто.

— Ничего не понимаю. Ты расскажи толком. Что за гетто, для кого? Кто в нем находится?

— Слушай, а может ты шпион? Ты и впрямь ничего не знаешь?

Начинаю выкручиваться.

— Был бы я шпионом, так наверно больше тебя бы знал и не спрашивал. Говорю же тебе, что десять лет далеко от страны жил. Это все равно, что в другом измерении (а может я и впрямь угадал? Бр-р-р…). А как верить газетам, так сам знаешь. Такого набрешут, что и чокнуться недолго. Вот ты и расскажи вкратце, пока едем. Я же специально и приехал своими глазами увидеть и разобраться.

Трогаю машину с места.

— Ты отсюда когда уехал?

— В 93-м.

— Ну так вот. Тут у вас все еще тихо было.

Раскрываю рот чтобы возразить и тут же захлопываю. Не-е, надо слушать и не вякать. А то еще такого намолочу, что точно в шпионы запишет. Мужик не заметил моей попытки и продолжает.

— А в 94-м наш президент заговор раскрыл. Ты хоть об этом-то слышал?

— Да читал конечно, поддакиваю я. Правда не понял толком, что за шум был.

Мужик с интересом на меня смотрит.

— Ну точно ты какой-то ненормальный. Да вся страна у нас на ушах стояла, когда это раскрутили, а ты и не знаешь толком.

— Да говорю же тебе, что на Западе об этом мало говорили. Их больше своя жизнь интересует и до России им дела нет.

Он качает головой.

— Во стервецы. Ну да черт с вами. В общем, собралась кучка заговорщиков и хотела нашего президента скинуть, а страну всю на кусочки разделить, как большие волости. Оправдывались тем, что хотели всем свободу дать. Ну президент наш мужик крутой. Не простил их за измену а приказал расстрелять. Об этом-то хоть ты слышал?

— Да, конечно!

— Но конечно кое-где по стране волнения начались. Кто-то из чурок решил и впрямь от России отделиться. Это же надо представить, чтобы страну по кусочкам рвать?

Он в недоумении покрутил головой.

— Ну и тогда президент сказал, что империя не для того веками строилась, чтобы какие-то смутьяны ее угробить пытались. По стране объявили военное положение, смутьянов переловили и все утихло. А вот у вас в Чечне все же не углядели. Взбунтовались ваши чечены. Сказали, что это их земля и они хотят сами жить, без России. Представляешь? И конечно же президент приказал подавить всю эту смуту. Говорю же, он мужик крутой, боевой офицер. Вот и ввели сюда части особого назначения которые за пару дней порядок навели.

— А как эта операция проходила если это не военная тайна?

— Да какая там тайна? Давно уже все кончилось. Несколько батальонов на БТРах тихо зашли с окраин города и выслали вперед мобильные группы на обычных машинах. Конечно в цивильной одежде но с радиостанциями. И в каждой группе был местный житель из русских, которые прекрасно знают свой город. Выявили все точки скопления вооруженных бунтарей, а ночью, эти группы быстро захватили все телефонные станции и отключили связь. БТРы, с помощью местных жителей-проводников просочились по маленьким улочкам и окружили эти точки. А утром началась потеха. Проснулись эти голубчики а вокруг них БТРы и парни в черной форме. Да над головой боевые вертолеты с ракетным установками носятся и через мощные динамики предлагают сдаться. Конечно попытались отстреливаться, да куда там. Наши наводчики со связью уже на самых лучших точках наблюдения сидели. Ведь наши проводники куда лучше нас город знают и все такие точки. И как откуда начинают стрелять, так туда ракету. Конечно несколько зданий пострадало, но жидкие они на расправу. Поняли, что с ними церемониться не будут. Побросали оружие и толпой сдаваться. Зачинщиков сами тут же выдали и их сразу расстреляли. А всех оставшихся пленных в Сибирь кинули. А может и еще куда, не знаю точно. Да по городу неводом прошли по всем их квартирам. Если в квартирах находили оружие, то старшего мужика тоже в Сибирь без разговоров. Никому недозволено спокойствие в Империи нарушать.

— Ну а остальных куда, ведь бунтарей не так уж и много было?

Конечно. Но так как практически вся нация была виновна в измене, то порешили гетто сделать, а всю зону, где эти гетто разбросаны, объявить черезвычайной зоной на военном положении. В общем наказать их сурово, дабы другим неповадно было. И решили, если они за 10 лет не исправятся, не будут на коленях прощения просить, не докажут свою преданность стране, то выслать их всех к чертовой матери на дальний северный остров. Пусть там свою свободу нюхают, если им нормальная жизнь не нравится. А подохнут все, так и черт с ними. Ни к чему дикарей плодить.

— Ну что ж, в этом наверно тоже смысл есть. Вам здесь виднее. А что же тогда ваш правозащитник так разоряется? Кто же ему позволяет?

— Так это наш новый президент учудил. Пусть говорит и у нас свои болтуны будут, как это во всем мире есть. Пусть лают, но если укусить задумают, то быстро зубов лишатся.

— А не боитесь, что другие страны начнут России какие пакости делать, обосновывая тем, что в России кого-то обижают. Да могут и войной пригрозить.

Он с недоумением посмотрел на меня и захохотал.

— Да ты что? Или у нас нечем на угрозу ответить? Или у нас армия не самая сильная в мире? Или у нас ракеты и самолеты перевелись? Да и солдаты у нас самые лучшие. Они за свою страну любому чертей всыплют. Так что лучше бы никому таких глупостей не делать.

— Ну а не боитесь, что они слишком громко об этом вопить будут и вам надоедать?

— Да пущай. Пусть лают. Это страна наша и нам самим виднее как в ней жить. И интересы нашей страны и нашего народа на самом первом месте. И президент это знает и делает. Мы же не лезем другим странам указывать, как им жить? Вот нехрен и им в наши дела соваться. Так и передай там своим, на Западе.

— Обязательно.

На удивление улицы очень пустынны. Прохожие очень редки, но они идут абсолютно без опаски. И если идут вдвоем-втроем, то смеются и шутят. Попадаются и вооруженные военные. Как-то это все очень странно.

Притормаживаю перед поворотом и пока есть время пытаюсь осмотреться. По левую руку вижу школу № 2, в которой училась моя жена. Здание абсолютно целое, но что-то в нем не так. Пытаюсь понять что, и лишь когда уже заворачиваю машину и смотрю на дорогу до меня доходит — в ней ЧЕТЫРЕ этажа, а не два, как было раньше. А может уже надстроили? Как знать…

Выезжаем на улицу Ленина. Собствено, не знаю как она сейчас называется и спрашивать не рискую. Да и важно ли это? Куда важнее другое, какие-то незнакомые здания. Вижу и узнаю те, которые знакомы с детства, но вижу и какие-то абсолютно чужие. И вид у них такой, что это не новостройки, а стоят они здесь долго, уже и постареть успели. И невольно западает мысль, что и впрямь угодил в то, что называют паралельным измерением. Выходит в чем-то наши фантасты правы. Значит я вижу еще один вариант того пути, по которому могла бы идти наша страна. И если честно, то этот вариант мне куда больше нравится, чем наш, реальный. По крайней мере существует великое государство, люди им гордятся и даже довольны своим правительством. Разве это плохо?