Соблазнение - Лорейн Хит

снова кивнула. Такими темпами никакого еженедельного заработка у нее и не будет.

— Джимми ущипнул ее за задницу, Мак, — сказала Полли, еще одна из служанок. — Я сама видела.

— Как ты могла это увидеть, Полли? Ты стоял прямо здесь.

— У меня хорошее зрение.

— Не настолько хорошее.

Он отвернулся и начал наполнять кружку.

Полли сочувственно посмотрела на нее.

— Они просто немного повеселились.

— Но это совсем не весело, не так ли?

Она была уверена, что Полли с пышным декольте пережила свою долю “пощипываний”. Хотя она, возможно, и не возражала. Она вечно смеялась и флиртовала с парнями, казалось, прекрасно проводила время, занимаясь чем-то, что Алтее не нравилось всеми фибрами ее существа.

Она была разочарована, увидев, что здоровяк, которого она только что обслужила, наклонился, чтобы что-то сказать хихикающему Джимми. Наверное, хотел спросить, каков ее зад на ощупь. Но потом Джимми резко перестал смеяться. Она слышала о людях, которые становились белыми, как привидения, но никогда не видела этого своими глазами. До сих пор. Джимми выглядел так, как будто кто-то эффективно и быстро высосал всю кровь из его вен.

— Джимми больше не будет прикасаться к тебе, — сказала Полли с некоторым торжеством, — теперь, когда Зверь перекинулся с ним парой слов.

— Зверь?

Полли выглядела удивленной, но кивнула.

— Да. Тот верзила.

Верзила, который даже не оглянулся, выходя за дверь. Она задавалась вопросом, откуда у него такое прозвище, потому что, на ее взгляд, он был кем угодно, только не зверем. Ему бы больше подошло прозвище “Дьявол”, так как он был дьявольски красив, черты его лица были сильными и смелыми.

— Какой он дома? — спросила Алтея.

Полли бросила на нее многозначительный взгляд.

— Кто-то, с кем ты не хочешь пересекаться, если знаешь, что для тебя хорошо.

Алтея пожалела, что не получила этого совета до того, как столкнулась с ним в первый раз. Она была уверена, что он не был доволен ее ответом на его вопрос, поэтому сомневалась, что то, что заставило Джимми побледнеть, имело к ней какое-то отношение. Возможно, он задолжал этому человеку денег.

Мак поставил кружку на стойку.

— Полли, почему бы тебе не отнести Джимми его пиво?

— Было бы лучше, если бы это сделала Алтея.

Она захотела поцеловать Мака, когда он передал задание Полли, хотела нахмуриться на Полли за отказ, но знала, что было бы несправедливо, если бы другая барменша взяла на себя ее работу. Взяв кружку, она пробралась между столиками до Джимми. Он и его товарищи смотрели на поверхность так, как будто никогда раньше не видели дерева, и пытались разгадать, как оно появилось. Не говоря ни слова, она поставила кружку на стол.

— Мне жаль, — выпалил Джимми.

— Прошу прощения?

Большими, широко раскрытыми и полными страха глазами он посмотрел на нее снизу вверх.

— Мне жаль. Не следовало этого делать. Больше так не буду.

Она постаралась не показать своего удивления.

— Я очень ценю это и ваши извинения.

— Ты скажешь Зверю в следующий раз, когда он придет, что я извинился, верно? Мне сломанные пальцы ни к чему.

Его слова вырывались одно за другим, без вздоха или паузы между ними.

Она подозревала, что на этот раз ей совсем не удалось скрыть своего удивления. Он угрожал сломать мужчине пальцы? Его приятели все еще не смотрели на нее, ссутулив плечи в попытке казаться меньше, возможно, надеясь избежать ее пристального взгляда.

— Да, я дам ему знать.

— Очень хорошо.

Взяв кружку, он начал глотать содержимое.

Она не была уверена, что винит его. Она также не была уверена, почему незнакомец заступился за нее, но не могла отрицать, что получала огромное удовольствие от его усилий быть ее защитником. Прошло слишком много времени с тех пор, как кто-то, кроме ее братьев, вставал на ее защиту.

Она направилась к столу верзилы, чтобы забрать его пустой стакан. Когда она добралась до него, то увидела покоящийся там соверен. Взяв стакан, она направилась прочь.

— Это для тебя.

Она оглянулась на Роба, который вытирал соседний стол. Обычно высокий стройный молодой человек собирал все со столов и тщательно вытирал их, но, поскольку клиент пробыл там недостаточно долго, чтобы устроить беспорядок, она решила избавить его от лишних хлопот.

— Я уверена, что он оставил его тебе за уборку.

Более чем щедрое вознаграждение за услугу.

Он подошел к ней.

— Он дал мне мой, сказал, что этот для тебя.

— Он дал каждому из нас по соверену?

Стоимость монеты в фунт была вдвое больше десяти шиллингов — если не считать вылитое пиво — которые она обычно зарабатывала за шесть дней, которые работала в неделю.

Молодой человек пожал плечами, каштановые пряди, закрывавшие его лоб, упали ему на глаза.

— Как и все Тревлавы, он, вероятно, так же богат, как Крез.

Он был Тревлавом? Без сомнения, именно поэтому он выглядел знакомым. Вероятно, она видела его на недавних свадьбах, когда несколько Тревлавов обручились с дворянами. Владелица этого заведения вышла замуж за герцога Торнли. Расскажет ли этот Зверь своей сестре, как грубо она с ним обошлась? Потеряет ли она свою работу? Но тогда зачем ему было оставлять ей чаевые, если он собирался предпринять действия, чтобы ее уволили?

— Давай, возьми это, — сказал Роб, начиная водить влажной тряпкой по столу.

Очень осторожно она подняла монету и сунула ее в карман.

— Он часто сюда приходит?

— Зависит от того, что для тебя часто. Все братья проводили здесь большую часть своего времени до того, как поженились. Он единственный, кому удалось избежать супружеских оков, но теперь, когда остался один, он приходит не так часто.

Когда мистер Тревлав вернется, она не только сообщит ему, что Джимми извинился, но и поблагодарит его за то, что он поговорил с этим буйным молодым человеком. Она не думала, что кто-нибудь за его столом будет уделять ее заднице какое-либо внимание в ближайшем будущем.

Конечно, никто не беспокоил ее остаток ночи.

И все же она была благодарна, когда в полночь клиентов выпроводили, а входную дверь заперли на засов. Она и другие рабочие начали расставлять стулья на столах, подметать, мыть, убирать. Прошло чуть больше получаса, когда все они вышли в переулок. Мак запер за ними заднюю дверь, попрощался и направился в комнаты, которые причитались ему согласно его должности. Пока остальные — Полли, Роб, повар, еще один бармен и еще одна служанка — желали ей спокойной ночи и шли дальше, она побрела на улицу, на которую выходила таверна. Ее брат обычно стоял, прислонившись к фасаду здания,