Любимый с твоими глазами (СИ) - Тес Ария

- Я…я не знаю…

- Алиса, я не знаю, что у вас произошло, но если бы вы смогли приехать…Поверьте, вам самой легче будет.

- Откуда такая уверенность?!

- Поверьте старику. Вас о большем никто не просит — просто приезжайте.

- Но…у меня отпуск только через две недели и…

- Лучше бы раньше. Я не уверен, что он столько протянет.

Закрываю глаза, жмурюсь даже — снова непрошеные слезы. Какого хрена в квадрате?! Почему эта новость так бьет меня под дых, что я вздохнуть не могу, а?! Мне должно быть плевать! Но не плевать же…

- Я попробую…- шепчу еле слышно, он радостно улыбается будто.

- Как хорошо…Попробуйте, пожалуйста, Алиса. Спасибо!

- Не благодарите, я пока не уверена, что меня отпустят и…

- Все равно! За попытку — спасибо большое. Будем вас ждать. До свидания.

- До свидания…

Черт, лучше бы я не брала трубку и дальше. Теперь мысли только и крутятся вокруг отца — мне так дико жаль, так больно, так…черт. Вытираю слезы, но не могу их унять, поэтому закрываю лицо руками, когда вдруг слышу голос сына.

- Мамуль? Ты плачешь?

Смотрю на него. Давид в мягких штанах теребит края свой яркой кофты, на меня во все глаза смотрит и волнуется. Я ему улыбаюсь, потом раскрываю руки и шепчу.

- Иди ко мне, любовь моя.

Сразу подбегает. Я его обнимаю, глажу, а потом шепчу.

- Ты не против немного изменить наши планы?

- Ты про ужин? Я уже чувствую, что ты сожгла его. Пицца?

- Хорошо, но я не об этом, - усмехаюсь и мотаю головой, - Я об отдыхе. Ничего, если мы к бабушке съездим в другой раз?

- А куда тогда поедем?

- Домой. Мне нужно вернуться домой…

Конечно, я знаю, что рано или поздно оказалась бы в родной Туле, но я также знаю, что после услышанного все сделаю, чтобы там оказаться как можно быстрее. Через три дня, если быть точной ближе к двенадцати мы с Давидом сходим с поезда. Примечательно и забавно даже не это, а перрона — та самая, где когда-то я встречала Олега. Чертыхаюсь, нервничаю, пока тяну наши чемоданы, Давид сейчас этого не замечает — уже хорошо. Он слишком увлечен новым местом, аж рот открыл, разглядывает все вокруг.

Ох боже, хорошо, что он у меня такой любопытный.

- Алиса?

Голос, который я слышала все раз в жизни, принадлежит высокому мужчине с седыми висками. Он улыбается мне, одет строго: костюм. Понятно. Папин «коллега». Я «политиков» чувствую на генетическом уровне, поэтому подхожу без тени сомнения и киваю.

- Здравствуйте, Анатолий Георгиевич.

- Вы меня узнали? По одному звонку? Поразительная память. Вы точно его дочь…

- Оставим, - холодно прерываю слова, к которым не знаю, как отношусь, если честно.

Комплимент? Или оскорбление?

- Я просто политиков сразу чувствую.

- Удобно, но вы правы. Я — новый мэр Тулы.

- Поздравляю.

- Спасибо, что приехали.

На мой по-прежнему холод, он отвечает мягкой улыбкой, забирает чемодан. Давид молчит. Думаю, он пока не уверен, как ему ко всему относится, поэтому осторожничает, а «новому мэру» это кажется забавным. Он опускает на моего сына внимание и кивает.

- А это, стало быть, маленький Давид?

- Просто Давид.

Поправляет важно — вызывает смешок. Анатолий Георгиевич в ответ протягивает руку, которую Давид жмет с осознанием дела.

- Приятно познакомиться, молодой человек. Как тебе поездка на поезде?

- Одеяла у них колючие. Раз вы мэр, может займетесь?

Я тут же расширяю глаза и опускаю их на сына, а потом одергиваю.

- Давид, прекрати.

Мэра это только смешит. Он пару раз кивает и приглашает в сторону выхода широким жестом.

- Ничего страшного. Думаю, это в моей компетенции, а теперь пройдемте? Я забронировал для вас гостиницу…

- В этом нет нужды, - отвечаю, поправляя сумочку, - Мы будем жить в моей квартире.

- О. Ну…хорошо, конечно. Позволите вас до нее довести?

- А разве в Туле больше нет проблем?

- Проблемы есть всегда, Алиса Степановна, но вы оказали мне огромную услугу, и это меньшее, что я могу для вас сделать.

Почему-то хотелось его послать, но с другой стороны…мы с Давидом очень устали с дороги, и таскать его по такси, которое еще поймать надо, желания нет. А еще…мне побыстрее хотелось оказаться дома…

- Хорошо. Спасибо.

- Пройдемте к машине.

Киваю и иду следом. Народ все пребывает и пребывает, а я волнуюсь с каждым шагом все больше, сама надышаться не могу. Неужели я наконец-то дома?

* Я не хочу закрывать глаза,

Потому что боюсь уснуть,

Ведь даже во сне я буду скучать по тебе.

Я не хочу пропустить ни мгновения,

Потому что, даже если ты мне приснишься,

Мне будет недостаточно этого сладкого сна,

Я всё равно буду скучать по тебе,

И не хочу пропустить ни мгновения.

(Aerosmith - I Don't Want to Miss a Thing)

АЛИСА

ОЛЕГ

Глава 2. Заваленные двери и маленькие щелочки

Если честно, то пока мы шли до машины, «Новый мэр» меня изрядно достал. Нет, он ничего плохого вроде и не делал, но даже банального игнорирования моего имени хватило, чтобы я точно решила: не поеду с ним никуда. Лучше такси. Да и потом, вот правда, еще одно его слово и, кажется, Давид мой взорвется. Он ему не нравился совсем. В этом, скорее всего, тоже есть моя вина — я изначально в Тулу возвращалась с сомнительными настроениями, а сын чувствует подобные волны просто отлично. Дети вообще всегда чувствует, когда их родители на нервах.

В общем, отбрехалась кое как. Бесило еще, как он настаивал. Вот говорю же: доедем сами, спасибо, а нет! Еще и постоянно об отце говорит…Ох, ладно, наверно, я знала, что так будет. Ну…готова была точно. Сейчас главное выдохнуть.

Мы залезаем в машину и едем в сторону моей однушки, а я, честно, насмотреться не могу. Тула вообще прекрасный город, в конце мая особенно. Каждый город, конечно, прекрасен, когда все вокруг начинает цвести, но дом — это дом. Тот факт, что я выросла на этих улицах, многое решает, и я улыбаюсь. Не могу оторвать взгляда…столько всего нового появилось, и я каждую деталь жадно впитываю, поэтому и не сразу замечаю, как Давид на меня пристально смотрит.

- Что? - глупо улыбаюсь наконец, он слегка мотает головой и открывает свой рюкзак, откуда сразу слышно дикое шипение.

Его черепаха Молния, конечно, всегда с нами. Он без нее в первое время даже в садик не ходил, при том, что злющая она, как собака. Кусается и шипит, а он ее милует. Знаете, как я в свое время с Олегом. Он меня, как паршивую шавку пинал, а я все назад просилась…

- Сейчас мы доедем, я тебе панцирь помою… - шепчет ей, а мне вдруг больно.

Нет, правда. Он — это я, и иногда мне страшно. Как представлю, что когда-нибудь он переживет все то же, сердце сжимается.

Так, нет, хватит! Не надо так думать. Давида никто и никогда не обидит. Он ведь не только ты.

Это тоже правда. Давид — сильный. И смелый. И палец ему в рот не клади, совершенно точно. Иногда это меня тоже пугает. Вдруг из-за того, что я такая слабая, ему приходится быть сильным не по годам? Вдруг я так его детства лишаю?

- Мам, надо сходить и нарвать моей Молнии одуванчиков! - вырывает из очередного заскока сын, и я ему киваю.

- Хорошо. Оставим вещи и сходим в парк, он рядом. Сейчас…сразу ключи достану только и…

В тот момент, когда я лезу в сумочку за ключами, меня-то и настигает атомная бомба. Потому что они не те. Не те, твою мать!

- Не говори, что ты забыла ключи.

- Нет… - тихо мотаю головой, а сама все на свете проклинаю.