Отморозок 7 - Андрей Владимирович Поповский

и он кому попало не доверял бы. Отдать ключевую роль в столь важной операции парню, которому нет и двадцати, ему стоило больших трудов. Причем, Виктор Петрович прочил Костылева на эту роль, когда тот еще был простым дворником, недавно закончившим школу. Ты тогда еще работал в Киеве, а наш отдел занимался установлением всех связей и контактов Костылева по указанию нынешнего начальника 5-го управления. А потом мы же заметали следы бойни на даче директора завода Березовского. Там этот Костылев в одиночку уничтожил троих бандитов-рецидивистов и спас заложников, среди которых, кстати, была внучка Смирнова.

— Ну да, впечатляет, конечно. — Покивал Иваницкий и тут же поинтересовался у начальника. — Как там Виктор Петрович? Ему, надеюсь, полегчало?

— Нет, он после перенесенного инсульта так и лежит в Бурденко. Над ним колдуют лучшие специалисты, но пока прогноз неутешительный, — помрачнел Гордеев — Последняя операция, несмотря на общий успех, дорого ему обошлась. По любому освобождение одиннадцати из пятнадцати пленников и полное уничтожение лагеря подготовки моджахедов, можно считать успехом. Главное, что среди спасшихся, был родственник кого надо из ЦК. Иначе, даже такой успех, приравняли бы поражению. А вот Смирнов тяжело пережил то, что Костылев так и не вышел из крепости. Любимая внучка Виктора Петровича, та самая, которую Костылев спас на даче, встречалась с этим парнем. Так что, это можно сказать, их семейное горе.

— Будем надеяться на скорейшее выздоровление Виктора Петровича. По Костылеву вроде все ясно, парень действительно весьма неординарный и геройский. Будем представлять его к герою? — Осторожно спросил майор

— Нет, подожди, — покачал головой Гордеев. — Мало ли, а вдруг он жив. Тогда героя ему много. Представим к «звезде» или к «боевику», по обстоятельствам. А может Костылев вообще у пакистанцев, или еще хуже американцев и как оно там обернется, никто не знает. Смирнов уже вряд ли вернется, даже если выкарабкается, а нам с тобой казусы не нужны. Козырев, по слухам, тоже скоро может уйти в отставку. Кого поставят на его место пока непонятно. Давай пока подержим представление, а там, глядишь все и прояснится. В общем, не торопись, обождем еще чуток.

* * *

Главный военный клинический госпиталь имени академика Бурденко, отдельная палата, красивая девушка в белом халате с распущенными длинными темными волосами сидит у постели осунувшегося пожилого мужчины лет семидесяти и держит его за руку.

— Сегодня деда ты выглядишь уже совсем молодцом, — весело говорит она мужчине — Чисто побрит, щечки такие гладенькие и румяные. Ну прямо, ни дать ни взять, жених. Небось, местные медсестрички на тебя заглядываются? Смотри деда, я бабушке все расскажу, если будешь сильно баловаться. Немножко можно, но только самую малость.

Виктор Петрович, лежащий на больничной койке, слабо улыбается внучке. Сегодня ему действительно немного лучше и он очень рад видеть свою любимицу. Прошло уже два месяца с того дня, как его разбил инсульт. Операция «Крепость» завершилась успехом. Большая часть пленных сумела вырваться из лагеря, и главное, среди них был племянник очень высокопоставленного лица из ЦК партии. Именно благодаря покровительству этого лица и состоялась задуманная Смирновым операция при полной поддержке артиллерии и авиации, без которой грузовики с пленными, скорее всего, были бы уничтожены по дороге к афгано-пакистанской границе. Помимо освобождения пленных, был еще очень важный результат — сильный взрыв разворотил большую часть тренировочного лагеря моджахедов. По данным разведки, в результате взрыва погибло несколько десятков «духов» и трое иностранных инструкторов, среди которых оказалось двое американцев. Уничтожено большое количество оружия и боеприпасов, предназначавшихся для переправки боевикам через границу. От такого удара бандподполье в данном регионе еще не скоро оправится. А значит, это еще и десятки, если не сотни спасенных жизней советских солдат.

Личный фактор заинтересованности члена ЦК в успехе операции, был одним из козырей Смирнова. Именно Виктор Петрович раскопал информацию, о том, что близкий родственник высокопоставленного лица, воевавший в Афганистане, попал в плен и находится в Бадабере. Смирнов, курировавший данное направление, тщательно проработал первоначальный план операции и сумел попасть на прием в ЦК. Там он сумел убедить собеседника в возможности освободить пленных, среди которых находился племянник хозяина кабинета. Лично заинтересованный высокопоставленный партийный деятель, привел в действие некие рычаги и Смирнов с Козыревым получили добро на реализацию операции по освобождению советских военнопленных. Без поддержки на самом верху ничего бы не было вообще. Проводить подобную акцию на территории страны формально не участвовавшей в афганском конфликте ГРУ никто бы не разрешил, не смотря на то, что реально Пакистан по уши замазан в этой войне. Все кому нужно прекрасно все знают, но официально делают вид, что ничего не происходит. Излишняя щепетильность руководства страны в подобных вопросах всегда бесила военных. Не надо быть святее папы римского. Американцы в подобных случаях абсолютно не стесняются, а чем мы хуже? Больно щелкнуть по носу Пакистан, а через него утереть нос и США, глубоко запустившим свои лапы в мягкое подбрющье СССР на южных рубежах — это ли не достойное завершение карьеры?

Вторым козырем Смирнова был Юра Костылев — необычный парень, с которым встречалась его внучка. Смирнов сделал ставку на этого юношу, настоял чтобы именно Костылев прошел подготовку и пошел в Бадабер и не ошибся, парень полностью выполнил возложенную на него задачу. Все вроде бы отлично, но узнав, что Юра, прикрывавший отступление товарищей, не вышел из крепости и скорее всего погиб, у Виктора Петровича в глазах потемнело и он потерял сознание. Как то так получилось, что Виктор Петрович стал очень расположен к этому парню и в последнее время стал его воспринимать уже как будущего члена семьи. Очнулся Смирнов только в транспортном самолете, который вывез генерала в Союз. Тело было совершенно чужим и не слушалось генерала, разговаривать он тоже не мог. Единственный способ коммуникации, который был доступен генералу — это закрывать и открывать глаза. Один раз значит — да, два быстрых моргания — нет.

Потом был самолет из аэродрома «Тузель» в Москву и отдельная палата в госпитале Бурденко. Состояние генерала так и не улучшалось, он все так же был парализован. Степаныч несколько раз навещал Смирнова в госпитале. Его жестко песочили на самом верху за проявленную инициативу с Бадабером. Сейчас в ЦК идет схватка между «голубями», которые хотят идти на примирение с Западом и «ястребами», настаивающими на продолжении жесткого курса. Судя по всему, побеждают «голуби» и новый генсек явно на их стороне. Хороших новостей о