Экономическая история России - Сергей Ильин

Техника земледелия на Боспоре, как и во всем античном мире, оставалась примитивной: землю пахали тяжелым плугом, в качестве тягловой силы использовались быки. Урожай хранили в больших глиняных сосудах – пифосах или в ямах, выкопанных в земле. Иногда ямы обкладывали изнутри камнем или обмазывали глиной. Зерно перемалывали в муку при помощи каменных ручных зернотерок.

Значительное распространение на Боспоре получило виноградарство и виноделие, о чем свидетельствуют остатки виноделен, найденных в ряде городов царства. Брожение виноградного сока происходило в пифосах, после чего готовое вино разливали в амфоры местного производства.

Рыболовство и приготовление соленой рыбы стало крупной отраслью экономики Боспора. В некоторых городах царства археологами найдены сооружения для засолки рыбы – большие цистерны в виде каменных прямоугольных резервуаров, облицованных с внутренней стороны. Особое значение в рыбном промысле имели осетровые, поставлявшиеся на экспорт и высоко ценимые в материковой Греции.

Во всех городах Боспорского царства развивалось ремесленное производство: изготовление оружия и орудий труда из железа и бронзы и, в особенности, разнообразной керамики и ювелирных изделий. На Боспоре приготовлялись все виды керамической продукции, в том числе и черепица. Некоторая часть черепичных предприятий, расположенных в Пантикапее и других городах Боспорского царства, предположительно, принадлежала Спартокидам и другим представителям правящей элиты. По крайней мере, среди боспорских черепичных клейм часто встречаются клейма либо с именами Спартокидов, либо с надписью «царская».

Изделия боспорских ювелиров пользовались большим спросом у скифской и меотской знати. Нигде в античном мире не встречалось такое количество разнообразных и превосходно изготовленных украшений из золота, серебра и электры (смеси серебра с золотом), как в Северном Причерноморье. При этом лучшие ювелирные изделия находят при раскопках не боспорских городов, и даже не погребений местных жителей, а знаменитых на весь мир царских скифских курганов. Громадной сенсацией стало открытие в 1830 г. гробницы скифского царя в Куль-Обе неподалеку от Керчи со знаменитой кульобской вазой, выполненной из электры.

Электровый сосуд (из кургана Куль-Оба) с рельефами на темы скифского быта. IV в. до н. э. Эрмитаж. Ленинград.

Рабы были основной производительной силой в ремесле, строительстве и отчасти в сельском хозяйстве. Их захватывали в бесчисленных вооруженных столкновениях с окружающими племенами либо покупали у племенной знати. О развитых рабовладельческих отношениях в Боспорском царстве свидетельствует восстание рабов под предводительством Савмака, которое произошло в конце II в. до н. э. Оно было подавлено при участии войск Митридата, царя Понтийского. О восстании мы знаем потому, что в Херсонесе была поставлена триумфальная статуя полководцу Диафанту, усмирителю восстания рабов на Боспоре и избавителю Херсонеса от набегов воинственных скифов.

В первых веках нашей эры рабовладельческий строй хозяйственных отношений все еще господствовал в городах-государствах Северного Причерноморья, хотя начали уже обнаруживаться признаки его разложения. Исследователями было обнаружено несколько записей официальных актов отпуска на волю рабов и рабынь. Наряду с рабским трудом на Боспоре использовался и труд зависимого населения, посаженного на землю (пелатов).

Примерно с середины III в. н. э. государства Северного Причерноморья вступили в период социально-экономического и политического упадка, который спустя век с небольшим завершился их окончательной гибелью. Кризис хозяйства выразился в резком сокращении торговли, как внутренней, так и внешней, и в натурализации экономики. В городских центрах возникли земледельческие хозяйства; сами города все более напоминали сельские поселения, а их население сокращалось. Отдельные хозяйственные единицы приобретали самодостаточный характер – каждый хозяин стремится производить все нужное у себя, не обращаясь к рынку. Торговый обмен продолжал существовать, но объем его сузился. В 30-х гг. IV в. прекратилась чеканка монеты на Боспоре, не прерывавшаяся в течение 900 лет, хотя само государство просуществовало еще несколько десятилетий. Глубокий экономический упадок сделал чеканку монеты ненужным делом.

Вторжение гуннов в 70-х гг. IV в. поставило точку в истории боспорской рабовладельческой государственности. Пришедшие в упадок города Боспора были превращены в груды развалин, а жители либо перебиты, либо угнаны. Херсонесу повезло несколько больше – он не подвергся разгрому, возможно, потому, что в самом конце IV в. здесь находился значительный римский гарнизон. Но в V в. всякие свидетельства об этом городе исчезают, хотя он и сохранился, но уже в составе Византийской империи.

Монета Тмутараканского княжества.

Античные традиции не были забыты. На развалинах древних городов возникали новые поселения. Всякому школьнику известно, какую роль в истории Древнерусского государства сыграл город Корсунь (античный Херсонес). Восточный Крым вошел в состав древнерусского Тмутараканского княжества, города которого были городами погибшего несколькими столетиями ранее Боспорского царства. Столица княжества – Тмутаракань – располагалась на месте боспорского города Гермонассы на Таманском полуострове.

Средневековая экономика

Земледелие в средние века и некоторые его характерные черты

В начале средних веков земледелие и скотоводство выступали как главные отрасли производства практически у народов Западной и Восточной Европы. Обработка земли у «варварских» народов, включая сюда и восточных славян, была самой примитивной. Господствовали подсечная и переложная системы земледелия; основным орудием обработки земли была соха, причем лемех у нее был не металлический, а деревянный с металлической окантовкой. В качестве тягловой силы использовались лошади. Конечно, производительность труда такого земледельца была невелика и производство избыточного продукта, который подлежал отчуждению на государственные и общественные потребности, было самым минимальным. Земледелие отличалось и большой трудоемкостью, поскольку было связано с распашкой целины при переложной системе, рубкой и корчеванием леса при подсечно-огневой системе. Первым удобрением, которое использовали средневековые земледельцы, стала древесная зола. Первые два-три года после расчистки 10–15-летнего леса получался хороший урожай, после чего земля истощалась и ее приходилось забрасывать. Вырубка и корчевание 40–50-летних лесов давали урожай в 2–3 раза больший, но и трудозатраты были неизмеримо выше.

Уже в VII–VIII вв. продукты зернового земледелия заняли преобладающее место в рационе питания человека, что опять-таки было связано с особенностями жизнедеятельности. С другой стороны, употребление злаковых в пищу увеличивает среднюю продолжительность жизни. Преобладание мяса и соленой рыбы в рационе не способствует долголетию. Тогда же, то естьв VII–VIII вв., обозначился переход к более продуктивной системе земледелия – двуполью с озимым и яровым полями. В источниках X в. встречаются сведения о посеве злаковых два раза в год.

В современных вузовских учебниках и научной литературе делается упор на то, что развитие хозяйства народов нашей страны проходило в менее благоприятных природно-климатических условиях, нежели у их соседей на Западе. Прежде всего, указывается на очень короткий рабочий сезон для земледельческих работ – с мая по октябрь. Отмечается также нестабильность климатических условий: малоснежные зимы, вторжения сухих юго-восточных и восточных ветров, приводивших к засухам; наконец, низкое плодородие подзолистых почв. Плодородные черноземы на территории нашей страны располагаются по линии южнее Тулы, но их распашка в ту пору не производилась. Как сообщают авторы исторических книг, воздействие природных факторов приводило к низкой урожайности зерновых даже в XVIII в. – сам-3 и даже сам-2 – и к неустойчивости урожая.

В большинстве случаев не отмечается воздействие и противоположных факторов. Земледелие на подзолистой почве лесной зоны более устойчиво к воздействию климатических факторов, в частности к суховеям. Опустошительные засухи здесь случаются куда реже, чем на юге. Установлено, что колебание урожаев зерновых хлебов на территории современной потребляющей полосы России и в нынешней Белоруссии значительно ниже, чем в районе земледельческого центра и на Украине[1]. А почвы здесь такие, что позволяли выращивать традиционный ассортимент зерновых культур даже в новгородских землях. Правда, плодородные земли располагаются здесь участками, а не сплошными массивами, как в лесостепной и степной зоне, ныне полностью распаханной. Примером может служить известное Суздальское ополье. Есть основания полагать, что жизнь земледельца на неплодородных землях северо-восточной Руси была более обеспеченной, чем на территориях степного и лесостепного юга. Наконец, и это самое главное, в наших рассуждениях о воздействии природы и климата на уклад хозяйства древних славян необходимо исходить из комбинированного облика хозяйства средневекового земледельца. Земледелие в чистом виде, без животноводства и домашней промышленности, было тогда невозможно. В условиях собственно натурального хозяйства, когда продукты земледелия или совсем не входили в процесс товарного обращения, или попадали туда лишь частично и от случая к случаю, необходимые и избыточные продукты состояли не только из того, что давал труд по возделыванию земли и разведению скота. Они включали в себя и продукты труда промышленного. Хотя базис общественного хозяйства и составляло земледелие, домашний ремесленный и мануфактурный труд в качестве побочных производств являлся тем не менее его условием, причем как в античной, так и в средневековой Европе. Только система хозяйства Нового времени совершенно уничтожает многовековую связь домашней промышленности с земледелием, и то не сразу и не повсеместно: например, эту связь в заметных масштабах можно было наблюдать в Англии еще в последней трети XVIII в.