Распутник - Мэри Бэлоу

Но факт оставался фактом. Мистер Банкрофт знал, что его почитают за хорошую добычу. Возможно, сама сомнительная репутация и неуловимость его как жениха составляли львиную долю его привлекательности. Как мужчинам кажется, будто даже не слишком красивая женщина с безупречной репутацией самим своим существованием бросает им вызов, так и женщинам, должно быть, хочется сражаться за обладание сердцем прославленного донжуана.

Итак, после долгих ухаживаний за хорошенькой и определенно небедной мисс Нэнси Пибоди он принял приглашение провести несколько недель в Холли-Хаусе. Друзья его пребывали в настоящем ажиотаже как из-за самого этого приглашения, так и из-за данного Банкрофтом согласия. Они строили ужасные гримасы и показывали краем ладоней, словно перепиливают себе глотки, в общем, объявили его совершенно пропащим. Наперебой, шумя и состязаясь в остроумии, просили обязательно пригласить их на свадьбу, а один даже осмелился предложить себя в качестве крестного для первенца, который непременно родится уже через девять месяцев.

Хорошенькая, богатенькая и тщеславная мисс Пибоди была забавна, так же как и ее любезная пышнотелая мамаша и папочка-молчун, которого, казалось, вовсе не замечают в этом доме.

Двух-трехнедельный деревенский отдых в приятной компании обещал Банкрофту, помимо всего прочего, полное удовлетворение сексуальных аппетитов. И действительно, не прошло и суток, а он уже успел поладить с полногрудой жадной служанкой. Девица с радостью отдалась ему и вчера, и сегодня утром, причем сама намекнула о своей готовности еще до того, как он раскрыл рот, чтобы предложить ей это. Флосси принадлежала к тому роду похотливых дамочек, которые зазывают сами, предусмотрительно задрав юбки и расставив ноги. Такие предпочитают переходить прямо к делу, без лишних, с их точки зрения, формальностей. Добившись же своего, они с отъявленным бесстыдством упруго подскакивали под ним или отчаянно вертели задами, пока он не кончит. Это всегда было похоже на какой-то бег наперегонки и едва ли длилось дольше двух-трех минут. Так было и вчера, и сегодня. Покончив с любовью, Флосси сразу же вскакивала, опускала подол, совала в карман подаренный соверен, а затем преспокойно продолжала делать то, чем была занята пять минут назад, словно и не прерывалась вовсе.

Ему же нужно было больше. И он обязательно получит больше – намного больше – от миссис Делейни, чья репутация не менее скандальна, чем его собственная. Но сегодня вечером он непременно отведает ее. И будет упиваться ее прелестями, как и обещал, медленно и основательно, и непременно несколько раз за ночь. Банкрофт не сомневался, что предстоящая ночь сулит ему мало отдыха, но что такое сон по сравнению с подлинным наслаждением?

Он собирался спать с этой аппетитной дамой целую неделю.., а потом его одолеют муки совести из-за того, что он соблазнил чужую жену. Надо же оставить себе время, чтобы прощупать еще две-три кандидатуры, которые, как подсказывала ему интуиция числятся в списке гостей. Две – это наверняка. Третья – вполне вероятно.

О да, ему предстоит чудесное времяпрепровождение! И не меньшее удовольствие доставит ему последний день, когда, помахав ручкой добрейшим мисс и миссис Пибоди, Банкрофт увидит их вытянувшиеся лица. Ведь они так и не успеют заковать его в заготовленные кандалы. Наверное, не слишком гуманно предвкушать такое. Но с другой стороны, при чем тут вообще гуманность?

Итак, сердцеед предавался своим жестоким мечтам, наслаждаясь окружающей тишиной и редкой возможностью уединиться и расслабиться, как вдруг услышал этот звук. Он не понял, что это такое, хотя было совершенно очевидно, что звук человеческого происхождения. Оглянувшись по сторонам, мужчина понял, что никто не пробирается сквозь заросли к пруду, однако краем глаза заметил светлое платье в ветвях дуба, возле которого он сидел. Да, это было платье. Надетое на женщину или на девушку – не важно. Главное, что незнакомка стала очевидицей интимной сцены и слышала о назначенном свидании. Сначала Банкрофт решил наказать ее, просидев под деревом не меньше, а то и больше часу. Но любопытство взяло верх.

– Вы там еще не закостенели на дереве? Не хотите спуститься? – нарочно не глядя в ту сторону, спросил он.

Банкрофт ожидал смущения, сбивчивых извинений, неуклюжего карабканья по стволу. Но холодный голос твердо отозвался:

– Нет, благодарю. Здесь я чувствую себя в большей безопасности.

– Неужели? – переспросил он. Это была явно молодая женщина. Легкий, приятный тембр, хорошо поставленный голос. – Так вы боитесь, что я накинусь на вас и изнасилую прямо тут, на траве?

– Вполне допускаю, – отвечала она, – что этим утром вы израсходовали немало сил на Флосси. И могу предположить, что вам хочется сберечь энергию на вечер, чтобы не разочаровать миссис Делейни. Но все же лучше держаться от вас подальше, чем пожалеть потом.

Тон был сухим, в нем не было ни испуга, ни обвиняющих ноток. Банкрофт даже удивился. Ему не хотелось поднимать голову. Он просто боялся, что девушка окажется недостойна собственного голоса.

– Я не сторонник насилия, даже если моя энергия еще не израсходована, – признался он. – На этот счет можете быть спокойны. Спускайтесь, не бойтесь. И потом, будет точнее сказать, что это Флосси меня соблазнила, а не я ее. Что же до миссис Делейни, то, как вы сами видели, она не меньше моего желает найти себе компаньона на ночь.

– А я думала, – заметила девушка, – что вы собираетесь ей поклоняться.

Банкрофт усмехнулся и поглядел вверх. Она уютно устроилась между стволом и толстой веткой, подтянув колени и обхватив их руками. На девушке было неброское платье серого цвета, а русые волосы стянуты на затылке в самый непритязательный узел. Даже несколько прядей или завитых локонов не скрашивали строгости этой прически. Лицо у нее было худенькое и довольно бледное, в общем, совсем непривлекательное. Если не считать больших серых глаз, которые не мигая уставились на него.

– Маленькая птичка, – промолвил он, – а у тебя острый язычок. Кто же ты?

Девушка походила на гувернантку, хотя в доме не было детей. Поднявшись на ноги, Банкрофт приблизился к дереву.

– Патриция Мэнган, – представилась она. – Глупый вопрос, не так ли? Должно быть, и сами вы не умнее. Вам следовало бы или задать другой вопрос, или просто уйти отсюда.

– Нет уж, я лучше еще спрошу, – весело возразил Банкрофт, чувствуя, что ситуация забавляет его все больше. – Кто такая Патриция Мэнган? Только не отвечайте, что это маленькая птичка, которая любит подслушивать приватные беседы.

– Ах да! – донеслось с дуба. – Я нарочно примчалась сюда из дома где-то с час назад, чтобы успеть подслушать все приватные беседы, которые то и дело происходят здесь, внизу. Наверное, это самое бойкое место во всей Англии, сэр. Но я должна поблагодарить вас за то, что для своих пиршеств и поклонений вы все-таки избрали запертую комнату и мягкую постель. Банкрофт обнажил зубы в улыбке: