Надуй щеки! Том 9 - А. Никл

Ну и, конечно, было жаль министра образования. В отличие от того мужика, которого Ким Ю Джин нашла в соседней комнате.

Певицу я узнал практически сразу, выйдя на улицу. Это было сделать несложно. Чуть ссутулившаяся фигура в тёмной куртке, очках и глухом капюшоне — сразу привлекала внимание. Надо будет ей намекнуть, что скрывается от глаз фанатов она весьма неумело.

Впрочем, ладно, не это сейчас главное. Куда важнее укрыть Ким Ю Джин, чтобы она успокоилась после всех этих перипетий.

Я подошёл к девушке и сразу вызвал такси.

— Ну что? Что там? Как?

Она явно нервничала, и одновременно с этим старалась, чтобы её не узнали.

— На данный момент можно сказать, что мы победили, — я ободряюще ей подмигнул. — Сейчас едем домой, где тебе хорошо бы прийти в себя.

— Ага. — согласилась со мной певица.

— Скажи мне, пожалуйста, — я видел в её очках не только своё отражение, но и очертания глаз девушки. — О завещании ты совсем ничего не знала?

— Абсолютно ничего, — ответила Ким Ю Джин, покачав головой, словно желая подкрепить свои слова жестами. — Я вообще в первый раз только тут узнала, что кто-то отписал на меня завещание. Это очень плохо? Меня смогут из-за этого привлечь к ответственности?

— За одно это, думаю, что нет, — ответил я, снова задумавшись о её деле. — Это всё не так-то просто. Многим знаменитостям незнакомые люди подписывают часть своего имущества. Иногда даже всё. Тут никаких противоречий закону нет. Но ты можешь, конечно, отказаться от завещания. В таком случае претензий к тебе будет меньше. Если же нет, то неизвестно, как отнесутся наследники к такому ходу этого самого Го Тхэ Сона? Впрочем, на самом деле, не обращай внимания, разрулим. Мне главное, чтоб ты не была ни в чём замешана.

— Я вообще в шоке, если честно, — призналась певица. — На самом деле огромное спасибо тебе. Если бы не ты, я бы… уже не знаю, что бы со мной было. Но жизнь моя бы точно была разрушена.

— Всё, будем разбираться с этим позднее. Сейчас тебе надо отдохнуть, по крайней мере, мозгами.

— Поняла.

На этот раз девушка не сдержалась и обняла меня.

— Спасибо тебе, Гису, огромное. Я так понимаю, что теперь должна тебе ответную услугу.

— Разумеется, — шуточно произнес я.

Девушка тоже улыбнулась. Я глянул в телефон и понял, что такси задерживается, попало в пробку в полутора километрах от нас.

— А ты? Почему следователи задержали тебя?

Я решил сказать, как есть, не раскрывая особых подробностей.

— Один из тех, кому я помогал, был убит, — ответил я, понимая, что ничего не знаю об обстоятельствах дела. — Причём был убит, судя по всему, кем-то из знакомых. Однако подозрения пали на сына этого человека. А я вот почему-то уверен, что он вообще не при делах. В любом случае, мне с этим тоже надо будет разбираться. Но чуть позже. Такое ощущение, что в один единственный момент навалилось всё и сразу.

— Ты уж, извини, — в голосе Ким Ю Джин слышалась неподдельная искренность. — Но кроме тебя мне действительно никто бы не смог помочь.

— Всё нормально, — ответил я, высматривая нашу машину. — Не бери в голову.

Тем временем наше такси выбралось из пробки, забрало нас и отвезло ко мне домой. Там я оставил Ким Ю Джин в гостиной, а сам пошёл к себе в комнату. Мне многое нужно было обдумать.

Смотря на эту ситуацию со стороны, тут напрашивалось два варианта.

Первый: она действительно что-то пообещала Го Тхэ Сону, он переписал на неё завещание. и она его отравила, приняв антидот. Что, собственно, при первичном рассмотрении всей ситуации казалось очевидным.

Второй же вариант подразумевал, что этот самый Го Тхэ Сон по какой-то причине решил подставить Ким Ю Джин. Переписал на неё завещание и сам выпил яд при весьма загадочных обстоятельствах.

Ни первый, ни второй вариант мне совершенно не нравились. Мне казалось, что дело тут совсем в другом. Но на данный момент божественного озарения в голове не было.

Зато у меня промелькнула другая идея, совершенно не связанная с тем, чем я занимался в данный момент. Достаточно безумная для того, чтобы дать ей развиться во что-нибудь большее.

* * *

Так, теперь — министр.

Я снова вздохнул. Но сейчас необходимо было помогать живым.

Джи Джисон, насколько я успел понять, находился в тюрьме. Вытаскивать его раньше времени смысла не было: если он виноват, то пусть отбывает. Тут никаких вопросов быть не могло. Но что, если он не виноват? А там, в камере, его сломают? Вот этого я допускать тоже не хотел. В конце концов, я взял на себя перевоспитание молодого человека, и полагал, что тот вполне себе исправился.

Я набрал номер Дикого Топора, подумав при этом, что в последнее время слегка злоупотребляю его услугами. А оставаться должным я не собирался.

— Слушаю. — ответил мне Бо Рам Сон. — По делу или так?

— По делу, — я тщательно подбирал слова, которые должен был озвучить. — Ты слышал, что сегодня утром убили министра образования?

— Слышал, — мой собеседник собрался, так как ещё не знал, что именно мне нужно, это я слышал по голосу Топора. — До меня такие слухи долетают быстро.

— Не знаешь, кто? — на всякий случай спросил я.

— Судя по всему — бытовуха, — ответил тот, стараясь, чтобы наш разговор выглядел, как светский трёп. — По крайней мере, так говорят.

— Ясно, — на самом деле я хотел услышать, что мои знакомые к этому убийству не причастны. — Сейчас обвиняют молодого парня — сына министра.

— Допустим, — осторожно проговорил Дикий Топор. — Мне-то ты зачем звонишь?

— Есть мнение, что парень невиновен, — ответил я, одновременно вспоминая перекошенный от ярости взгляд Джисона, когда он понял, что его лишили всего. — Его либо подставили, либо посадили по ошибке.

— Хочешь вытащить?

Я буквально на расстоянии видел, как ощерился мой собеседник.

— Хочу поговорить с ним. Для начала. И ещё попросить присмотреть за ним временно.

— В плане?

— Ну, всё-таки тюрьма — это не самое лучшее место с точки зрения соблюдения неприкосновенности человека, — я, конечно, мог сказать и