Чистилище - Сергей Александрович Ким

Толкнул тяжёлую дверь, миновал короткий шлюз, открыл ещё одну, которая распахнулась со скрежетом шестерёнок. Я шагнул внутрь и…

В нос ударила алхимическая вонь.

Слегка прищурился, привыкая к тусклому свету, царящему внутри барака. Огляделся по сторонам.

Всюду вокруг ровными рядами стояли больничные койки — десятки, может, даже и сотни. На них лежали люди — много, пустых мест почти не было.

Госпиталь, что ли?..

Неподалёку я обнаружил троих гражданских в белых лабораторных халатах и пару солдат охраны. Зашагал к ним, на ходу осматриваясь по сторонам.

Почему-то здесь лежали одни только женщины. Бледные, сильно измождённые на вид. Разных возрастов — кому-то вряд ли было больше пятнадцати, кому-то явно за сорок. Почти все — прикованы к койкам кожаными ремнями, и многие из них явно были… Беременны?..

Что тут вообще происходит?

— Эта «кукла» тоже всё, профессор! — произнёс гражданский, склонившийся над одной из… больных? Пленниц?..

— Нет, ну что за мерзавцы!.. — всплеснул руками другой гражданский — невысокий лысый мужчина лет пятидесяти, в заляпанном кровью халате и в круглых очках. — Ричард, сколько уже?

— Девять, профессор! И все с «икрой».

— Мерзавцы, как есть мерзавцы…

— Прошу прошения, — произнёс я, подходя к ним ближе. — Оберст Винтер, есть здесь кто-нибудь из лагерного начальства?

Лысый повернулся, моргнул, и тут же подскочил ко мне и протянул руку.

— Профессор Грегори Эбнер. Очень, очень приятно, полковник Винтер! Вы даже не представляете, как я вам благодарен!..

Я посмотрел на испачканную кровью руку учёного. Не сказать, чтобы меня одолевала брезгливость… но почему-то жать руку я не хотел. И вовсе не из-за крови.

— Ах, простите!.. — он торопливо начал вытирать её об халат.

— А вы, профессор…

— Руководитель проекта «Идеал», созданной под патронажем нашей великой благодетельницы герцогини фон Гённегау, — торопливо закивал мужчина.

— Профессор Эбнер, я бы хотел утонить по поводу нескольких зданий, в которых засели остатки нападавших. Есть ли там что-то ценное или взрывоопасное — нам нужно знать, требуется ли штурм или можно просто…

— Минус ещё одна «кукла», профессор, — подал голос, осматривающий одну из женщин научник.

— Проклятье, уже десять, — вздохнул Эбнер. — Но не подоспей бойцы полковника Винтера всё было бы значительно хуже… Да, значительно хуже…

— Простите, профессор, — не выдержал я и махнул рукой, обводя пространство внутри барака. — Я, конечно, понимаю, что лезу не в своё дело, но что это вообще тут такое …

— О, любопытство? — добродушно улыбнулся Эбнер. — Величайший и опаснейший из пороков… Впрочем, полагаю, что раз вас сюда направили, то у вас имеется достаточный допуск. Вы когда-нибудь слышали о программе «Идеал»? Быть может, какие-нибудь слухи?

— Ничего существенного. Моё дело — ловить врагов Пакта, а не собирать слухи.

— Отлично сказано, друг мой, отлично сказано! — рассмеялся учёный. — Если в двух словах и без подробностей, требующих более высокого допуска — Пакту требуются солдаты.

— Разве? — слегка удивился я. — Наша армия и так велика как никогда раньше…

— Если сражаться против остатков Русской Конфедерации или готовиться к войне с Блистательной Портой — да, разумеется, солдат хватит. Но впереди нас ждёт Индия, впереди нас ждут царства Китая, а их совокупное население — почти миллиард человек! Мы можем их победить, мы можем их завоевать, но как удержать завоёванное? А ведь есть ещё Африка, есть обе Колумбии…

— Но какое это всё имеет отношение…

— Самое прямое, друг мой, самое прямое! — воскликнул профессор. — Покорение Конфедерации дало нам множество необходимых ресурсов и один из самых ценных — множество магических линий. Да, европейские кланы древнее, но русских кланов всегда было элементарно больше. Увы, поставить на службу этих гордецов было решительно невозможно, но и зря уничтожать их — непозволительная роскошь…

Меня замутило. И вовсе не от висящего в воздухе смрада.

— Здесь, — Эбнер обвёл рукой барак. — Заботливо собрано то, что осталось от сильнейших кланов Конфедерации. Рюриковичи, Гедеминовичи, Пожарские, Озеровы, Беловы… Все! А без всей этой мишуры династических браков и устаревших социальных ритуалов, у нас наконец-то есть шанс вывести целую армию. Армию магов! Да, нескоро — на это потребуется лет двадцать, не меньше…

— Вы хотите сказать, — тихо произнёс я. — Вы хотите сказать, что держите всех этих женщин здесь как… как племенной скот?

Видит бог — я не праведник.

Видит бог — я совершил немало зла. Тех, кто погиб по моей вине и от моей руки — наберётся не на одно кладбище. В их числе были невинные. Но даже у меня ещё остаются какие-то понятия… Может, не о чести — откуда она у наёмника и охотника на людей? Но хотя бы о том, что правильно, а что нет. Что можно делать, а что — никогда и ни за что.

И то, что сейчас слышал, было невыносимо мерзко и отвратительно. Даже по моим меркам. По любым меркам!

— Ну, что вы, право слово! — рассмеялся профессор. Рассмеялся. — Не нужно считать их людьми — это ведь всего лишь кирпичики для храма науки. Тем более, держать магов в плену…

— Для этого все эти ремни? — всё так же тихо спросил я.

— Ремни, — с готовностью подтвердил Эбнер. — Успокоительные. Хирургическое вмешательство… У этих «кукол» одно предназначение — рожать самых совершенных солдат Пакта. Хм. Хотя, если бы они сохранили способность двигаться, то, возможно, мы понесли бы меньше потерь…

— Потерь? — механически переспросил я, скользя взглядом по опустошённым лицам… «кукол».

Впервые за очень долгое время я испугался. По-настоящему испугался. И сейчас я больше всего страшился найти знакомые лица.

— Каждый барак на всякий случай оборудован системой экстренной… стерилизации, — объяснил профессор. — Химическое оружие всё ещё официально под запретом… Поэтому мы используем сильнодействующие пестициды — эффект не хуже. А те мерзавцы, что на нас напали, привели эту систему в действие. Правда, ею давно не пользовались и оказалось, что она… мягко говоря, функционирует не так как надо, да и подачу газа мы смогли быстро отключить… Но, увы! Сами видите — мы потеряли десяток весьма и весьма ценных образцов генетического материала…

— О, а эта жива! «Кукла» 6-10-15.

— И почему я не удивлён? — рассмеялся Эбнер. — Выдающийся образец, между прочим! Имя и фамилия, к величайшему сожалению, неизвестны. Ранг тоже оценить не представляется возможным, но никак не ниже шестого. В плен наверняка попала без сознания, иначе просто не далась бы. Ещё молода, здорова, а организм носит следы вмешательств магического и алхимического рода. Пусть и не оптимизированных, но на удивление удачных… Повышенная регенерация, феноменальная живучесть, высочайшая резистентность к ядам, болезням и даже алкоголю… И весьма редкий Дар, хотя и довольно специфический. Большая удача, что её удалось получить