Рассказы о В. И. Дале и его толковом словаре - Юрий Дмитриевич Нечипоренко

Даль поселился в Петербурге, где стал знаменитостью: он прекрасно проводил самые тонкие офтальмологические (глазные) операции. Кстати, он одинаково хорошо мог оперировать и правой и левой рукой.

В это же время в литературных журналах стали появляться его стихи и рассказы. Он продолжал собирать слова – и начал сочинять сказки. И где бы ни появлялся Даль, он становился душой компании, ведь рассказывал он свои истории, пересыпая речь цветистыми народными поговорками да присказками, так что его невозможно было не заслушаться!

Знакомство с пушкиным

Когда Владимир Иванович Даль решил опубликовать свою книгу «Русские сказки, из предания народного изустного на грамоту гражданскую переложенные, к быту житейскому приноровленные и поговорками ходячими разукрашенные. .», то выбрал себе псевдоним «Казак Луганский» – по месту своего рождения в Луганском заводе и по характеру – он чувствовал в себе казачью смелость и отвагу. Этим именем Даль хотел показать свою близость к народу, любовь к которому переполняла его сердце. Даль в своей жизни совершал смелые поступки не только на поле боя, но и в битвах за справедливость, в противостоянии косности и глупости. И сказки он написал такие, что книгу эту власти приказали изъять, а самого сочинителя посадить за решётку! В те годы цензоры очень следили за тем, чтобы не было в сочинениях ни малейшей критики властей. Даль же в своих сказках неосторожно писал так, как думал народ о властях.

Но в этот раз в заключении Владимир Иванович пробыл недолго: его освободили в тот же день. Тогда на российском престоле был Николай Первый, и многие вопросы решались по его личному указанию. Несмотря на то что книгу Даля императору рекомендовали как особо вредную и неблагонадёжную, Николай быстро разобрался, что особой крамолы в ней нет и что написал её герой двух войн. Перед Далем извинились и выпустили его из заключения, однако тираж книги приказали изъять и уничтожить. У самогó автора осталось всего несколько экземпляров, и он решил преподнести один из них Александру Сергеевичу Пушкину.

Чтобы осуществить это решение, Даль мог подождать, пока Жуковский представит его поэту на литературном вечере или званом обеде, как это принято было тогда среди литераторов. Но не таков был Даль: он не стал ждать, а заявился со своей книгой прямиком в гости к Пушкину. Этот поступок характеризует Владимира Ивановича как смелого человека и как человека с чистыми побуждениями. Даль был уверен, что Пушкин оценит его сказки, и оказался прав! Пушкин был в восторге от сказок Даля – и с тех пор завязалась между ними самая искренняя дружба. Это была дружба людей, которые любили и ценили свой народ, свой язык, знали цену русскому слову. Пушкин горячо поддержал Даля, когда узнал, что тот собирает слова и их толкования. Поддержка поэта много значила для начинающего литератора. Хотя Даль был всего на два года младше Пушкина, слава Александра Сергеевича уже гремела по всей России, в то время как Владимир Иванович был ещё пока малоизвестным сочинителем с одной первой книгой…

Сказки казака луганского

Даль начинает своё сказочное повествование так: «Сказка из похождений слагается, присказками красуется, небылицами минувшими отзывается, за былями буднишними не гоняется…» О чём же эти сказки Даля? Что могло так не понравиться цензорам и чиновникам?

Первая сказка – «О Иване Молодом Сержанте, удалой голове, без роду, без племени, спроста без прозвища», который совершал подвиги, верой и правдой служа царю Дадону Золотому Кошелю. А царские приближённые, завистники, подхалимы и воры, оболгали Ивана. Но на помощь ему пришла прекрасная девица Катерина, ставшая его женой. Она волшебным образом помогла сержанту не только решить все невыполнимые задачи, которые ставил перед ним царь Дадон, но и победить самого Дадона, когда тот захотел убить Ивана. Интересно, что сложность задач, которые задавались Ивану, постоянно возрастала. Если первая задача была связана с математикой (пересчитать запасы зерна в царских закромах), вторая – со строительством (вырыть ров и построить крепостные укрепления), то третья, высшая, связана с музыкой – надо было добыть гусли-самогуды, «сами заводятся, сами играют, сами пляшут, сами песни поют». Музыка оказывается высшей в иерархии чудес. Нечто похожее есть в чудесах из пушкинской «Сказки о царе Салтане…», которая была написана в 1831 году и издана в 1832-м, как и сказки Даля!

В сказке Даля сержант сам становится царём и правит справедливо, в отличие от Дадона. Можно вспомнить пословицу: «Сказка – ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок», а подобных народных поговорок-намёков в тексте предостаточно. Тогда сразу станет понятно, почему сказка про простого сержанта Ивана и остальные четыре сказки из этого сборника: «О Шемякином суде и о воеводстве и о прочем», «О Рогволоде и Могучане царевичах», «Новинка-диковинка, или Невиданное чудо, неслыханное диво», «О похождениях чёрта-послушника, Сидора Поликарповича…», – так не понравились властям.

Ещё хочется заметить, что все сказки Владимир Иванович посвящал своим родным и друзьям – так, например, первую сказку он адресовал своим старшим сёстрам, Павле (Паулине) и Александре.

Оренбург

Литература открыла Далю многие двери: он познакомился с влиятельными людьми, и эти знакомства изменили его судьбу. Владимир Иванович подружился с писателем Алексеем Алексеевичем Перовским, известным нам под псевдонимом «Антоний Погорельский», автором первой русской литературной сказки «Чёрная курица, или Подземные жители». А тот представил его своему брату, генералу Василию Алексеевичу Перовскому, который в то время искал себе помощника: его только что назначили губернатором в Оренбург. И Даль в третий раз изменил профессию – из врача он стал чиновником по особым поручениям. Перед отъездом в эти дальние края, на Южный Урал, Владимир Иванович – моряк, врач, сочинитель, а теперь и чиновник – женился на семнадцатилетней красавице Юлии Егоровне Андре и прибыл в незнакомые места с молодой женой.

Эти земли населяли башкиры, казахи, киргизы и много других народов. Здесь проходила граница Российской империи с восточными княжествами. Самым влиятельным соседом было Хивинское ханство. Отношения с хивинцами у России были сложными: кочевые племена нападали на русские сёла, угоняли в плен людей. Здесь, на страже наших юго-восточных границ, стояли уральские казаки, но и с ними порой возникали серьёзные проблемы. За полвека до приезда Даля, в семидесятых годах XVIII века, в этих краях шла настоящая война. Власти с помощью армии подавили народное восстание под предводительством казака Емельяна Пугачёва, объявившего себя чудесно спасшимся царём Петром Третьим, внуком Петра Великого.