Учитель афганского - Дино Диноев

Стас безмятежно улыбался, словно находился на прогулке в летнем парке.

В углу снимка виднелась надпись, сделанная торопливой рукой: «Кабул.1980 год».

Интересно, где это, подумал Шипилин.

2

«1 миллиард долларов потрачено в городе-государстве Москве на стерилизацию бездомных животных. Правительство с пониманием отнеслось к просьбе министра здравоохранения по увеличению сметы затрат».

«В процессе дружеского слияния народов до 80 процентов трудоспособного населения Суметии переместилось в среднюю полосу России (без Москвы). Обратное перемещение бывшего коренного населения по большей части игнорируется, даже, несмотря на всеобъемлющую разъяснительную кампанию».

Для обработки поступающей информации в Загоре был построен специализированный центр, тщательно охраняемый миротворческим контингентом НАТО.

Цифровой поток по Станиславу Бушуеву, обвиняемому в убийстве двух и более человек, был разбит на ряд ключевых слов. Мощный сервер, прожорливости которого не было конца, сразу вычленил упоминание об Афганистане, как теме, относящейся к 1 группе по степени важности.

Сервер перевел информацию в ряд безликих тизеров и сбросил в передающий канал, напрямую подключенный к круглосуточно функционирующему спутниковому ретранслятору.

Массивная груда металла, нашпигованная мощной телеметрической аппаратурой, с раскинувшимися в стороны солнечными батареями, похожими на крылья гигантской стрекозы, неподвижно висела на космической орбите на высоте 15 тысяч километров над поверхностью Земли. Приняв сигнал и даже не соизволив прожевать, она вальнула его дальше по цепочке сателлитов. Почти мгновенно информация поступила в Пентагон, где опять-таки без участия человека была «примерена» к нескольким каталогам по степени заинтересованности, зависящей от количества запросов.

Если бы выяснилось, что данные факты никого не интересуют, их бы сбросили на накопительные диски, где они благополучно пропылились до истечения срока годности магнитного слоя. Но обрабатывающий сервер выловил из потока ключевое слово. Доли секунды ушли на идентификацию. Информация была признана интересующей. Сервер ответно эякулировал ряд тизеров. Следуя по цепочке сателлитов в обратном порядке, сигнал вернулся в Загору. Он был немедленно отпечатан на принтере и, имея вид конкретного задания, передан в аналитический отдел.

На следующий день, когда Стаса привели в комнату для допросов, его ждал не знакомый уже Шипилин, а хлыщ неопределенного возраста с холеным нездешним лицом, одетый в штатский костюм, видно, на короткое время заменивший военную форму.

— Меня зовут Джош Келлер. Я сотрудник торгового представительства миротворческих сил в Загоре. У меня к вам несколько вопросов, мистер Бушуев, — американец произносил слова без видимых ошибок, но с каким-то странным подмяукиванием.

— Я в торговле ничего не понимаю.

— Очень смешно, — заметил Келлер, даже не улыбнувшись. — И будьте любезны добавлять «сэр».

Ему сорок лет, определил Стас. Даже возможно больше, и он его одногодок.

— Слушаюсь, сэр.

— Ну, зачем вы так? Это всего лишь форма вежливого обращения. Вы ведь хотите, чтобы с вами общались вежливо?

В словах прозвучала скрытая угроза.

— Вы догадываетесь о цели нашей встречи?

— Нет, сэр.

— Вы совершили убийство первой степени и получите пожизненный приговор.

— Мне уже следователь говорил, сэр.

— Это прискорбно.

Он помолчал, давая Стасу осмыслить этот факт. Можно подумать, если бы сейчас Стас, тетя Аня и два пацана лежали в гробах, это было бы менее прискорбно.

— В юриспруденции существует такой термин как сделка с правосудием. При удачном раскладе вы получаете минимальный срок, а возможно отделаетесь условным наказанием.

— Что мне придется для этого сделать? Родину продать? Так ее продали до меня. Сэр.

Сейчас вскочит и заорет, прикинул Стас. Не угадал. Келлер закурил, не предложив ему сигареты. Сделал затяжку, не отрывая взгляда бульдожьих цепких глаз.

— Зря вы так себя ведете. Ваше поведение лежит крайне далеко от ваших интересов. Вы что хотите, чтобы я сейчас встал и ушел? Думаете, отдельная камера отдана вам в аренду навечно? Это при общей переполненности и вы сами знаете кем? Вам интересно, сколько вы протянете в одной камере вместе с бандой сумитских головорезов?

— Очень недолго.

— Вы оптимист. Вы там вообще нисколько не протянете.

— Особенно, если вы им подскажете, за что я здесь.

— У вас есть понимание момента. И одновременно полное его неприятие. Но это особенности менталитета. Вы должны знать, куда вы вернетесь после нашего разговора, целиком и полностью зависит от ваших ответов. Так что, я спрашиваю?

Стас пожал плечами.

— Вы воевали в Афганистане?

Иногда информация спрессовывается до невероятных размеров. Стасу достаточно было услышать «Афганистан», чтобы получить мощный информационный удар. Как он не дернулся? Кровь, пот, ужас, неизбывная печаль и тоска. Это из области эмоций. Свист пуль, вой мин, вой раненных, это из области акустики. А есть еще запах. Сгоревшего пороха и мяса, крови, ран. Все это разом погребло Стаса. Еле вынырнул.

— Это было давно. Я уже все забыл.

— Не надо мне врать, мистер. Вы уложили четверых отпетых гангстеров, для нейтрализации которых понадобился бы целый взвод спецназа. Хотя, что я говорю. Вы ведь спецназ и есть. Джелалабадский батальон специального назначения, если я не ошибаюсь.

— Я был солдатом.

— Как вы попали в Афганистан?

— После призыва учебная часть в Чирчике под Ташкентом. Потом Афган.

— Какие перед вами ставили задачи в Афганистане?

— Задачи спецназа укладываются в три слова: облет, налет, засада.

— Пожалуйста, подробнее.

— Во время облета облетали территорию, останавливали все, что движется, проверяли на наличие оружия. Налет производили на склады, кишлаки. Обычно налеты делали по наводке и исключительно в дневное время. Засада — дело другое. Обычно в ночь, ждали и потрошили караван. Тоже по наводке.

— Вы были ранены?

— Контужен в Герате.

Дух воин так себе. Драться в рукопашную не любил. Но однажды в Герате они нарвались конкретно. Тогда взвод Стаса в составе десантно-штурмовой группы сбросили прямиком на головы духов. «Вертушки» — вертолеты «Ми-8» выполнили зависание, они с них и посыпались. Но тут не повезло — сами угодили в засаду. Дух — он хоть и неумелый воин, но коварный и беспощадный. Стал изо всех углов лупить. Дружка Стаса закадычного Алешку Студенцова тогда убило, а самого Стаса контузило. Многих тогда положили.

— Зачем вам все это? Вы сейчас про Афган больше моего знаете.

— Во время службы бывали на Ниджрау?

— Приходилось, век бы его не видеть.

— Сможете показать на карте? — в этом месте впервые за все время в голосе Келлера проскользнул неподдельный интерес, хотя чувства «торгпред» скрывал профессионально.

— Смогу.

В этом месте Келлер его удивил. Он достал из кейса не электронный планшет и даже не ноутбук или там Ай-Пот, а бумажный(!), сложенный вчетверо вощеный лист. Карта.

Стас ткнул в один из перевалов на Гиндукуше к северу от Кабула.

— Точнее. Отметьте это место крестом.

Келлер протянул ручку. Вощеная бумага сопротивлялась нанесению каких-либо помет вообще. И было видно, что американец с трудом дожидается окончания процедуры. Едва Стас закончил, Келлер выхватил карту и впился в нее глазами.

— Окей. Отдельную камеру вы уже заработали.

Келлер вышел в коридор, на ходу доставая сотовый телефон. Торопился доложиться. Вместо него вошел конвойный.

Услышав сзади низкий противный клаксон, Шипилин поспешно свернул к обочине. Мимо пронесся RG-31. Сверху у пулемета торчала голова наводчика. Олег выждал положенную минуту и тронулся с места.

Выяснилась интересная деталь. Хоть дело Бушуева и забрал к себе следственный комитет миротворческих сил, следственные действия остались в компетенции Шипилина. Теперь он ехал проводить обыск на квартире обвиняемого.

Приехав, он сначала поднялся на место происшествия. На полу два меловых силуэта. Подтеки. Никто и не думал ничего убирать. ЖЭКи упразднены.

Он спустился, сорвал пломбу с опечатанной квартиры, открыл принесенным ключом, вошел. При соответствующем разрешении МС, он мог проводить обыск без понятых. Сейчас у него такое разрешение имелось. В обязанности ему вменялось найти все, что имело отношение к терроризму. Причем на взрывчатку и оружие квартира была уже проверена. Ему оставалось отыскать подрывную литературу.

Объектом исследований становился древний сервант, забитый книгами. Шипулин прошелся взглядом по корешкам. Сразу вычленил и достал Коран. За владением им полагался штраф, но как водится, многие стали его дома держать. Особенности менталитета. Если что-то запрещено, надо в пику это делать.