Великий Раскол (СИ) - Щукин Михаил Николаевич

На станции не было контейнеров. И вызвать их по связи не получалось. Она так и не восстановилась со дня катастрофы. Была слабая надежда на прибытие контейнеров для забора урожая. Герметичность этих коробок удушит даже одного человека за пару дней. Но можно было нарушить герметизацию в надеже, что проскочат, а заодно оставить послание на стенах транспорта. Вот только контейнера так ни разу и не пришли.

В самом начале обороны, добровольцы делали попытки добраться до ближайших населенных пунктов. Силовое поле с его полным отсутствием силы трения, не самая лучшая дорога для пешего. Но по нему смогли пройти дальше, чем по твердой земле. Ласкович содрогнулся, вспомнив сцену атаки пришлых крыс на ставшую маленькой фигурку курьера. С тех пор было еще несколько попыток. Никому так и не удалось скрыться из поля зрения обороняющихся. Меньше двух недель назад исчез не только дым на горизонте, но и перестала доноситься канонада. Стало ясно, что курьеров больше посылать некуда.

Когда у хранилищ показалось дно, всем стало ясно, что последний отсчет уже запущен. Они все еще на что-то надеялись. Смогли сдержать волну из восточного Раскола. Твари развернулись и пошли привычным маршрутом, вдоль силовой линии. Утром снова открылся южный Раскол. Он всегда выбрасывал множество мелких грызунов. В серой массе только иногда возникали твари размером не доходящие даже до пояса человека среднего роста. Такие волны как правило сжирали больше всего горючего. С крысой мечом или дубиной много не навоюешь. Только огонь. Много огня.

Эту волну они еще переживут. Но не следующую.

А утром, по системе оповещения транспортной системы пришло сообщение о выходе с узловой станции пяти автоматических контейнеров. Что ж, кто-то, где-то вспомнил о том, что на складах Мохши все еще может храниться урожай.

Эртур сморщился от оскомины на зубах, возникшей только при одной мысли о фруктах. В животе неприятно забурлило. Три месяца исключительно фруктовой диеты заставили возненавидеть кисло-сладкие плоды всех, кто здесь находился.

Решение было принято сразу, как только стало известно о контейнерах. Автоматика обеспечит присутствие на станции контейнеров в течение двух часов. После чего аварийная система отправит их обратно. За это время они оборудуют крыши огнеметами и огневыми полосами. Люди поедут внутри. Но двери не удастся закрыть. Потому на крыше окажутся добровольцы с огнеметами.

Если им не встретятся твари, способные проломить металлические стены контейнера. Если их не атакует крупная стая и удастся растянуть запас горючего до мест, где им окажут помощь. Если, если… План был скользкий и шит белыми нитками. Но это был их последний план. Контейнера возьмут в себя треть из выживших людей и половину всего оставшегося топлива. Остальные будут до последнего обеспечивать прикрытие тех, кто готовит контейнера.

Рарх, последний из хорнов-наемников и его единственный заместитель, молча кивнул в знак прощания и двинулся вниз по лестнице. В этом бою он будет командовать тем, кто уже замер перед щитом. Их и внешний и ближний периметр.

– Контейнера. – Помощник возбужденно кивнул на поворот силовой линии. Почти три месяца эта полоса оставалась беспросветно чистой. Даже мертвые твари на ней не задерживались. Из-за поворота плавно выскользнуло пять контейнеров и как всегда неторопливо поплыли к ним.

– Приготовились. – Глухо отдал команду Эртур. – Его последний бой начинался с этой команды. И он очень надеялся увидеть, как эти контейнера исчезнуть невредимыми хотя бы за поворотом.

За щитом полыхнул первый ров. Сразу сквозь барьер раздался визг сгорающих тварей. Следом, по очереди вспыхнули еще два рва. Огонь из того, что был прорыт прямо перед защитой, жадно начал лизать силовую стенку. Это было удачное решение в свое время. Шит, даже такой слабый, тормозил тварей, пытающихся преодолеть огневой ров с разбегу. На несколько секунд. Но этого хватало, чтобы огонь делал свое дело. Пока не подходил основной вал тварей, силовой щит будут преодолевать только те из наземных животных, кто передвигается в прыжке.

За время, когда пошел первый вал, контейнера успели проползти расстояние от поворота и приблизиться к щиту вплотную. Эртур мог видеть, как по команде Рарха, резервный отряд подтянулся к зоне входа контейнеров. Это был самый опасный момент. Автоматика должна была создать проход для транспорта. Сквозной проход пропустит на ту сторону запахи и станет центром внимания штурмующих тварей. Бойцам придется закрывать его практически собственными телами.

Вдоль всего периметра в направлении атаки уже формировался небольшой валик из мертвых чадящих тушек, наваленных на последний ров. А по ним, уже защищенные от огня ползли новые твари. Им на встречу тянулись струи из огнеметов. Визг, больше не подавляемый силовым щитом, ввинтился в уши и отозвался зубной болью.

Командир Ласкович не сразу понял, что это за хлопки и глухой стрекот, перекрывший набирающую силу какофонию. Обернувшись, он с удивлением обнаружил, что центральный контейнер сдвинулся в сторону и остановился. Как будто им кто-то управлял. На его крыше что-то взвизгнуло и начало разворачиваться. На серебристую дымку, окружающую контейнер стены, Эртур обратил внимание только в момент ее кратковременного исчезновения. Она вернулась почти сразу, только выдвинувшаяся конструкция оказалась вне силовой защиты. Как и появившиеся по углам башенки.

Все это время продолжался визгливый грохот, издаваемый оружием, ведущим огонь сразу с четырех остальных контейнеров. Они лупили из огнестрелов непрерывно, вдоль всего силового щита станции, по полю перед ним. По всему, что только пыталось приблизиться к самим контейнерам. А потом первый контейнер замолчал и двинулся к формирующемуся проему щита.

Атака центрального контейнера заставила замереть в восторге всех обороняющимися. Оказывается, не совсем знакомые конструкции были лучеметами. Не теми световыми иголками, что были у хорнов. Настоящие стационарные лучеметы, такие, как показывают в игровых фильмах. Мощные лучи прошлись по земле за щитом, оставляя после себя чистую выжженную землю и белый пепел. Потом они двинулись в сторону леса. С громкими хлопками откуда-то из центра крыши вырвалась целая очередь крупных сфер и навесом ушла к границе развалин деревни. Уже на излете, над самой землей они взорвались, заливая землю слепящим бездымным огнем.

Пока пространство перед щитом оставалось чистым, пока последний контейнер втянулся в отверстие и щит восстановил свою форму. А из первого транспорта уже вываливалась на перрон пятерка бойцов в форме армии Арден. Они без разговоров устремилась к линии щита, с противоположной стороны от точки входа. Эта зона оставалось не тронутой огнем из контейнера. Туда же устремились и остальные пятерки.

Эртур застал на перроне только тройку бойцов, появившихся из пятого контейнера. Через его раскрытые двери, можно было увидеть пульт управления и еще двух операторов.

Пока управляющий пытался прийти в себя, над головой снова раскрылось силовое поле станции. Странный контейнер выплюнул очередь уже знакомых сфер и щит сомкнулся. На этот раз полыхнуло с той стороны, куда не достала первая атака.

– Восточный и южный сектора очищены. – Донесся через открытую дверь спокойный, даже скучающий голос оператора. Северный сектор пассивен, для прикрытия достаточно пятерки. Вероятная угроза по западному сектору под контролем.

– Принято. – Командир прибывшего отряда безошибочно выделил из растерянной группы столпившихся людей старшего и сделал шаг на встречу.

– Жейран. Второй луч личной пятерки ее высочества Майи. Командир разведывательного отряда Арден.

– Э-э. Управляющий деревней мохши Эртур Ласкович. Простите, просто Жейран?

– Да, остальное сейчас не ко времени. – Молодой командир жизнерадостно улыбнулся.

И до Эртура дошел смысл первой фразы. Пятерка принцессы! Тени из личных бойцов правящих, которым, действительно все остальное не важно. И один из них стоит сейчас прямо перед ним и улыбается.