Пламя страстей - Сандра Браун

– Давай, Ли, ты молодчина! Еще немножко, только бы вышли плечи! Так, так, еще! Отлично! О Господи! – вскричал он, приняв малыша, еще скользкого, в свои сильные руки. – Посмотрим, что тут у нас. Чудесная девочка!

По щекам Ли потекли слезы счастья и облегчения, когда она увидела, как радостно он смотрит на дитя.

– Дайте мне на нее взглянуть, – слабым голосом попросила она. – С ней все в порядке?

– С ней... она само совершенство. – Его голос звучал хрипло. – Потерпите еще немного, я должен разобраться с пуповиной.

Она почувствовала, как по ней молотят ручками и ножками, – это Чад положил ребенка ей между ног.

– Как вы? – спросил он с беспокойством, не подымая головы, целиком уйдя в то, что делал. По его точеному носу сползла капелька пота.

– Прекрасно, – еле слышно ответила она.

– Я и не сомневался. Вы потрясающая женщина!

Согнувшись возле нее, он продолжал делать свое дело. Потом вытер лот рукавом и осторожно положил ей на грудь красного, мокрого, сморщенного, извивающегося и вопящего ребенка.

– О, Чад, я вам так благодарна! Вы только взгляните на нее! Ну разве она не чудо?!

– Да. Ответ прозвучал неожиданно резко. Потеплевшие было глаза вновь напряглись от боли. Она почувствовала слабый толчок, потом снова облегчение.

– Вот и все. Теперь лучше? – спросил Чад, заворачивая в газету послед.

– Лучше, – прошептала она.

Нож легко разрезал ткань ночной сорочки. Малышка пищала в материнских объятиях. Ли больше не ощущала жары, она была полностью поглощена шевелящимся существом, которое держала в руках. Она ощупала влажное тельце, пересчитала пальчики на руках и ногах, поцеловала пульсирующее мягкое темечко. Дочь! Ее дочь! Ли охватил благоговейный страх, когда она подумала, что эта крошечная и столь совершенная малютка только что появилась из ее чрева.

Чад тем временем сделал ей из ночной рубашки прокладку и при помощи самодельного ремня закрепил ее на талии.

– Так странно, что нет живота, – вымолвила она со вздохом. Он усмехнулся.

– Еще бы. Сейчас, наверное, стало удобнее? Только теперь она начала ощущать пульсирующую боль.

– Да, – произнесла она, но пауза явно показала ему, что что-то не так.

– Надо отвезти вас обеих в больницу, – сказал он скорее самому себе, потом опустил ей на ноги платье и как-то неловко протянул трусики. – Держите малышку, а я возьму вас. – Он поднял Ли на руки и понес к ее машине.

Когда он открыл дверцу, на них так и пахнуло жаром. Чад усадил Ли, сам сел за руль и завел мотор.

– Сейчас включим кондиционер, и все моментально проветрится, – сказал он. – Я бы отвез вас на своем грузовичке, но там сильно трясет, к тому же он завален всяким хламом.

– Я вам очень благодарна, но как же вы его потом заберете?

– Это меня как раз меньше всего волнует, но на всякий случай я все же приму меры безопасности.

Через минуту он вернулся. Ему пришлось отодвинуть сиденье, чтобы поместились его длинные ноги.

– Здесь сиденье откидывается? – поинтересовался он.

– Откидывается.

– С откинутым сиденьем вам будет удобнее. Он помог ей и, пока она устраивалась, держал малышку на руках. Убедившись, что они чувствуют себя достаточно уютно, он снова надел очки. Ковбойская шляпа осталась в пикапе, но голова была все еще повязана платком. Правда, он уже успел застегнуть рубашку.

– Чад, передайте мне, пожалуйста, сумку. Наверное, девочку надо во что-нибудь завернуть…

– Верно, – согласился он, взглянув на голенькую малютку. Повозившись, он извлек на свет божий маленький несессер. – Теперь все в порядке? Можно ехать?

Она широко улыбнулась ему.

– Все просто прекрасно!

Он улыбнулся в ответ. Ей показалось, он хотел что-то сказать, но передумал и молча стал выруливать на узкое шоссе. Машина запрыгала по каменистой обочине, так что Ли закусила губу от боли.

– Извините. Я понимаю, вам сейчас плохо, но кровотечение несильное, осложнений особых тоже нет. Надеюсь, вы быстро окрепнете, только бы нам добраться до больницы.

Ли принялась рыться в несессере. Там нашлась старенькая майка, и женщина завернула малышку в мягкую ткань.

– Хорошо, у меня есть хоть что-то с собой, – рассеянно произнесла она.

– Откуда вы ехали? Или, может, правильнее спросить, куда вы направлялись?

– Я была в Абилине – у моей однокурсницы вчера была свадьба. На мне было такое специальное платье для беременных. Она указала рукой на крючок, где висел пакет с платьем. – Но когда мы собираемся вместе, мы обычно не можем до ночи разойтись, вот я и взяла на всякий случай кое-что из вещей.

Он взглянул на оранжевую майку с эмблемой университета штата Техас, в которую был завернут ребенок, и улыбнулся.

– Вам повезло. – Он нахмурился и постарался придать своему лицу серьезное выражение. – Вам не следовало в таком состоянии садиться за руль. Когда вы должны были родить?

– Еще только через две недели. Но вы правы, я сама нарывалась на неприятности. Мне так хотелось поехать на свадьбу, но меня было некому сопровождать, и вот… – Фраза повисла в воздухе.

– Почему вы свернули с дороги И-20? Ведь она идет прямо из Абилина в Мидленд.

– Я подвозила приятельницу – она живет в Тарзане. Не могла же я не повидать город под названием Тарзан, штат Техас! Только я из него выехала, как все и началось.

Он с укором посмотрел на нее и улыбнулся. А она тем временем разглядывала плачущего ребенка.

– Надеюсь, с моей малышкой ничего не произошло!

– По крайней мере, легкие у нее в полном порядке, – хмыкнул Чад.

Девчонка орала во весь голос. Лицо ее пошло пятнами, и она что есть сил молотила ручками и ножками. Ли бросила на Чада беспокойный взгляд – вдруг крик девочки раздражает его? Но он сосредоточился на дороге, хотя ехать по пустынному шоссе было не сложно. «Что бы со мной было, если бы не подъехал Чад?» – думала Ли, качая ребенка.

До Мидленда оставалось еще двадцать миль, когда крик малышки начал ослабевать. Ли в испуге посмотрела на Чада. Он затормозил и остановился прямо посередине дороги: насколько хватал глаз дорога была пуста.

– Что делать? – в ужасе воскликнула Ли. Хотя что мог знать о детях этот мужчина, который даже не был женат! Но она почему-то обращалась к нему, не задумываясь, отчего это казалось ей столь естественным.

Он почесал в затылке, потом откинул со лба прядь выгоревших волос.

– Не знаю. Может... э-э… вам стоит ее покормить?

Ли покраснела и с облегчением подумала, что наступившие сумерки скрыли ее смущение.

– Но у меня еще несколько дней не будет молока…

– Я знаю, но может быть... видите ли... инстинктивная потребность в... ласке… – Он пожал плечами.