Крошка и чудовище - Теодор Старджон

***

Коттедж стоял на самой вершине холма, под которым проходила железная дорога, тянувшаяся по берегу реки. Сами поезда видны не были, из-за холма доносился лишь перестук колес. Воздух был первозданно чист и полон необъяснимой тревоги, смешанной с надеждами на лучшее будущее. Будто кто-то ехал себе утренним поездом в Нью-Йорк, преисполненный радостного ожидания чуда, и его мысленные волны достигли коттеджа на холме, и проникли в дом, и он сохранил это приподнятое ощущение навсегда.

Тем весенним утром по узкой, петляющей по холму дороге, к дому с натугой пробирался кургузый автомобильчик. Его маломощный мотор мучительно пыхтел и урчал, преодолевая последний крутой подъем, и наконец испустил дух перед каменными ступенями, ведущими на веранду. Из машины выбралась миниатюрная женщина. Если бы не летная кожанка да не крепкое словцо, сорвавшееся с губ старой леди, когда она первым делом потрогала перегретый радиатор, ей вполне бы нашлось место на слащавой открытке "Дорогой мамочке в день рождения".

Дама нетерпеливо нажала несколько раз на гудок, и жуткий рев разорвал тишину, царившую вокруг. Дом ответил таким же пугающим собачьим воем, как будто исторгнувшее его четвероногое находилось в агонии. Дверь веранды распахнулась, и на пороге показалась девушка в шортах и с поводком в руках. Ее огненно-рыжие волосы немедленно вспыхнули огнем на солнце, а его блики, отраженные от речной глади, заставили девушку прищуриться.

- Глазам своим не верю! Мама! Мамочка, неужели это ты? Так быстро? Крошка, назад! - крикнула она огромному датскому догу, шмыгнувшему вниз по ступеням.

Пес замер. Впрочем, миссис Форсайт уже была готова отразить нападение с помощью гаечного ключа.

- Пусть только попробует подойти, - мрачно произнесла она, обращаясь к собаке. - Ради Бога, дочка, как тебе удается справиться с этим чудовищем? Мне казалось, ты писала, что завела собаку - а это просто шотландский пони, только с клыками. Если он посмеет напасть на меня, я ему все копыта поотрываю. Интересно, где ты держишь его седло? Что это тебе взбрело в голову - зарыться в такую дыру, да еще в компании с верблюдом-хищником! Хотела бы я знать, кто внушил тебе подобную дурацкую мысль. Купить такую развалюху в тридцати милях от ближайшего населенного пункта, которая к тому же вот-вот свернется в пропасть... А дорога! Это часом не лестница для пеших путников? Да и высоко как - полагаю, у тебя вода закипает при градусах восьмидесяти, не больше? Вот, наверное, морока готовить завтрак! Полчаса пройдет, а яйца все сырые. Кстати, я голодна - надеюсь, твой датский василиск еще не все сожрал в округе, и твоей мамочке перепадет на легкий перекус семь-восемь сандвичей с салями. Девочка моя, твои цветы выше всяких похвал. Да и сама ты выглядишь потрясающе - я всегда в тебя верила. Жаль только, что Господь наградил тебя мозгами - иначе давно бы вышла замуж. Вид отсюда чудесный, девочка, просто превосходный. Мне нравится. Молодец, что ты купила этот дом. Эй, ты, иди сюда, - повелительно кивнула она Крошке.

Пес приблизился к неиссякаемому источнику словоизвержения, слегка поджав хвост и как бы нехотя. Однако миссис Форсайт в знак примирения протянула ему руку, которую он неторопливо обнюхал и даже позволил потрепать себя за холку. В знак того, что отношения установлены, Крошка махнул раз-другой своим неуставным хвостом и с достоинством вернулся к хохочущей Алистер, спускавшейся по ступеням.

- Мама, ты ничуть не изменилась, - произнесла она нагнувшись, чтобы поцеловать мать. - Что это был за адский вой?

- Вой? А, это всего лишь гудок моего автомобиля. - Миссис Форсайт деловито подошла к радиатору и подняла капот. Видишь ли, один мой знакомый торгует шнурками для ботинок. Я решила помочь ему в бизнесе. Заказала себе такой клаксон, чтобы при одном его звуке люди выпрыгивали из ботинок и рвали себе шнурки. Здорово придумано, правда? Ботинки разбросаны по тротуарам, а все бродят в одних носках... Между прочим, помогает от плоскостопия. - Она с гордостью продемонстрировала дочери гудок. Он был соединен с четырьмя большими воздушными сиренами, расположенными на моторе и по бокам его. - Вот такая техника. Чтобы достичь нужного тембра, я еще перестраиваю их на одну шестнадцатую тона. Как тебе?

- Потрясающе, - искренне согласилась Алистер. - Но, мама, больше никаких демонстраций! Я и так верю, а Крошка чуть не оглох.

- Правда? - Миссис Форсайт задумчиво направилась к лежащему чуть поодаль догу. - Милый пуделечик, я совсем не хотела тебя оглушить, поверь.

Милый пуделечек повел на нее своими грустными карими глазами и с помощью хвоста дал понять, что извинения приняты.

- Мне он нравится, - решила миссис Форсайт и бесстрашно потрепала Крошку за верхнюю губу. - Ну и клычища! Песик, смотри не подавись языком. Кстати, цыпленок, - обернулась она к дочери, - ты все еще не замужем?

- А ты, мама? - отпарировала Алистер. Миссис Форсайт пожала плечами.

- Но я уже была замужем, - произнесла она не совсем уверенно. Алистер видела, как ее мать изо всех сил старается выдержать равнодушный тон:

- Такие мужчины, как Дэн Форсайт, быстро не забываются. - Голос ее помягчел. - Твой отец, детка, был совсем не плохим человеком. - Решительно тряхнув головой, она переменила тему. - Я хочу есть, а ты мне пока все подробно расскажешь о Крошке. То, что я по крупицам собрала в твоих письмах, отбило у меня всякую охоту смотреть любимый детективный сериал по телевизору. Что это за Алек с экзотического острова? Дикарь, каннибал или еще хуже? Ты, правда, пишешь, что он весьма мил - интересно, какой смысл ты вкладываешь в это слово? Боже мой, посмотрите на нее, покраснела! Успокойся, никакой информации сверх твоих писем у меня нет - хотя, конечно, странно, с чего бы ты вдруг стала писать своей мамочке длиннющие трактаты с пространными цитатами из чужих писем? Пока ты злоупотребляла этим только с письмами старого греховодника Ноуленда, нотам, слава Богу, речь шла о ковкости, коэффициентах проницаемости и точках плавления. Металлургия! И такая красавица забивает себе голову молибденом и дюралюминием, вместо того чтобы прислушиваться, как плавится собственное сердечко в груди!

- Мамочка, тебе никогда не приходило в голову, что мне пока ни к чему выходить замуж?

- Еще как приходило. Но я знаю одно: ты лишь на сорок процентов женщина, пока тебя никто не полюбил, и только на восемьдесят, - пока не родила. Что касается твоей бесценной научной карьеры, то, сдается мне, я слыхала об одной барышне по фамилии Складовская, которая и в науке преуспела, и не растерялась принять предложение руки и сердца от парня по фамилии Кюри.

- Послушай, - устало произнесла Алистер, когда они поднялись по ступенькам и вошли в дом, встретивший их приятной прохладой, - давай больше не возвращаться к этой теме. Пойми же, карьера сама по себе для меня ровно ничего не значит. Но я уже влюблена - в свою работу. А выходить замуж только для галочки - зачем?