Сущность страха - Дэвид Понтьер

- Нет. Лучший способ научить ребенка не играть с ножом - это позволить ему несколько раз порезаться.

Энтрери обернулся и увидел, что Джон пошатнулся от странной фразы.

- Кредо ассасина, - пояснил Энтрери, - правило номер шесть. Пойдем, мне нужно подготовиться к сегодняшнему вечеру.

Джон последовал за своим спутником из магазина.

- Верно. У меня тоже есть кое-что на вечер. Я снова приглашен на обед к мэру. Кажется, Эллен не может насытиться моим обществом. Какие у тебя планы?

Энтрери остановился и повернулся, чтобы посмотреть капитану в лицо.

- Я снова приглашен на обед к мэру. Кажется, Эллен не может насытиться и моим обществом. - Лицо Энтрери было простым и непроницаемым. Лицо Джона было вполне читаемым. - Не волнуйся, капитан. У меня нет желания ухаживать за дочерью мэра. Она вся твоя.

Джон хотел что-то сказать в ответ, но голос застрял у него в горле. К тому времени, как румянец сошел с его щек и к нему вернулся голос, Энтрери уже прошел по улице и оказался вне пределов слышимости. Джон только разочарованно вздохнул и с нетерпением ждал возвращения в этот волшебный магазин утром.

- Разве звезды не прекрасны, - сказала молодая женщина.

Ее спутник ничего не сказал. Она продолжала смотреть в ночное небо, словно загипнотизированная тысячами мерцающих огоньков. Обычно в это время года было холодно, но дул лишь прохладный ветерок, а небо было удивительно ясным.

- Я спросила: «Разве звезды не прекрасны?»

Он по-прежнему не отвечал. Его глаза не были устремлены вверх, а смотрели прямо перед собой. Его взгляд давно затуманился, и он на самом деле ничего не видел в поле своего зрения. Закрыв глаза, он вызывал в своей голове ужасные образы. По крайней мере, с открытыми глазами он мог позволить себе ничего не видеть.

- Дзирт До'Урден, - пожурила его женщина, - отвечай мне, когда я с тобой разговариваю.

Дзирт вышел из транса и, обернувшись, увидел, что Кэтти-бри хмуро смотрит на него.

- Прости, - признался он, и его теплая улыбка испарила весь гнев, который, возможно, внезапно вспыхнул в молодой женщине. - Ты говорила о звездах. Да, они прекрасны. На моей родине не было звезд.

- Ты думал о своем доме? - спросила Кэтти-бри, его уныние внезапно стало понятным и прощенным. - Мне жаль слышать, что ты все еще называешь это так.

Дзирт рассмеялся про себя. Когда эта женщина успела обрести такую мудрость? Он был в три раза старше ее, но не считал себя и вполовину таким мудрым.

- Это был мой дом, - сказал он, скорее в защиту своего предыдущего заявления, чем из какой-либо убежденности.

- Так ли это? - Кэтти-бри не сдавалась. - Я слышала, говорят, что дом там, где сердце. Было ли твое сердце когда-нибудь в Мензоберранзане? Ты когда-нибудь действительно принадлежал этому месту?

У Дзирта не было ответа, и он понимал, что вопросы в любом случае были скорее риторическими и заставляли задуматься. Кэтти-бри продолжила:

 - Эта продуваемая всеми ветрами тундра, возможно, никому не покажется домом, и меньше всего темному эльфу, но я надеюсь, что со временем ты будешь называть ее так.

Дзирт рассмеялся и отвел взгляд, слеза скатилась по его щеке. Он кашлянул, чтобы найти предлог поднести руку к лицу, и его ловкие пальцы стерли соленую каплю. Кэтти-бри не проведешь.

Да, эти северные земли не были подходящим домом для темного эльфа, но Дзирт жил в этих краях уже много лет. Сначала в Долине Ледяного Ветра, а затем в Мифрил Халле. Они вернулись в Долину, когда Эррту повел их на север, когда жизнь Вульфгара висела на волоске. Теперь они снова были рядом с Мифрил Халлом, поскольку Бренор снова стал королем. Они не остались в Халле, предпочитая открытый воздух душным пещерам. Они жили в небольшом поселении к северу от Сеттлстоуна. Они были всего в нескольких часах езды от Бренора и всего в нескольких минутах от Вульфгара и Делли, которые жили в городе варваров. Где бы они ни оказались, Дзирт должен был признать, что это было ближе к понятию дома, чем все, что у него было в Мензоберранзане.

Некоторое время Дзирт ничего не говорил. Вместо этого он уставился в пространство, на самом деле видя то, на что был направлен его взгляд в этот раз.

- Да, звезды прекрасны.

Кэтти-бри не собиралась так легко отпускать его с крючка.

- Так с чего вдруг тоска по «дому»? Прошли годы с тех пор, как мы видели другого темного эльфа, кроме Джарлакса, и я надеюсь, ты не думаешь искать его.

Дзирт покачал головой:

- Просто в последнее время было так тихо. С возвращением Вульфгара и Бренора в Мифрил Халл все снова кажется таким мирным - слишком мирным. Раньше всегда что-то нависало над нашими головами. Было ли это из-за того, что мы расстались с другом или готовились к войне, всегда было что-то, что нам нужно было сделать. Теперь кажется, что мы все это сделали. Как будто все кончено. Это тот момент в истории, когда бард говорит: «И с тех пор все жили долго и счастливо».

- Я путешествовала с тобой больше половины своей жизни, - сказала Кэтти-бри. - С первого дня нашей встречи, когда я была еще девочкой, и до сегодняшнего дня я наслаждалась каждой минутой. Но я знаю, что через пятнадцать лет я не смогу ездить верхом без того, чтобы на следующее утро не было слишком больно ходить. С годами мой лук, кажется, будет становится все жестче и жестче. Я больше не смогу бегать с Гвен. Это неплохое время в моей жизни, чтобы начать жить долго и счастливо.

Кэтти-бри немного помолчала, желая, чтобы Дзирт снова посмотрел на нее, прежде чем она продолжит. Он сделал это после того, как пауза продлилась полминуты.

- Но для тебя, я полагаю, все по-другому, - сказала она понимающе. - Для сравнения, в своей жизни