Демонический призыватель (СИ) - "Паренек"

— Прошу вас, великий хозяин печатей. — Лимфа встала на колени перед тёмным существом, также сделала и Детройа. — Спасите мою дочь. Она последняя из нашего рода. "Великое спасение" единственное, что может спасти её. — Она специально это сказала на особом диалекте демонического, чтобы Детройа ничего не поняла.

Хоть она и была очень смышлёной девочкой, но также она была избалованной баронессой, привыкшая, что мир крутиться вокруг неё и что она, самая лучшая из всех живущих в этом мире. Что вкупе с демоническим наследством, и, не самыми лучшими отношениями с другими семья аристократов, лишь усугубляло ситуацию из года в год. Если бы она знала, что собирается сделать её мать, то взбунтовалась бы и всё испортила. Но перевоспитывать и что-либо объяснять было уже слишком поздно.

— Великое спасение… — Повторил демон замогильным голосом, глядя на девочку из-под мантии. — Ты ведь понимаешь, что делает этот ритуал? Понимаешь, всю его опасность? Он стоит очень дорого по силе… И очень рискованный сам по себе… Переместить её душу в другое тело… В другом мире… С одинаковой энергетической структурой… Это может быть что угодно… От наследной дочери верховного правителя того мира… До блохи на теле пса… Но я вижу… Раз ты призвала меня сюда для этого… Ты знала о риске… Что же ты готова предложить мне взамен на её спасение? — Долгими паузами говорил он.

— Всё! Всю свою силу, богатства, деньги, артефакты, власть! И…

— Душу? — Спросил хозяин печатей, на что Лимфа лишь кивнула. — Я вижу в тебе большую силу… Но этого всё равно мало… Этого хватит только чтобы её забрать… Но не спасти…

— Мой муж, Силмонд, был очень сильным демонологом! Его предок когда-то давно заключил сделку с вами, в обмен на силу. Эта сила передавалась из поколения в поколение. Но сегодня… Он погиб, и вся его сила передалась моей дочери. Можете взять её. Умоляю! Спасите её!

Хозяин печатей медленно перевёл свой взгляд на разглядывающую его девочку. Та, почувствовав всеми фибрами своей души, как её оценивает это существо, покрылась холодным липким потом. Демон подошёл к ней и посмотрел на выжженную на груди копию демонического амулета.

— Она не должна знать об этом. — На том же диалекте сказала Лимфа. — Так будет лучше для неё.

— Хорошо… Этого хватит… — Удовлетворённо сказал демон.

В этот момент, в дверь ведущую в помещение с демоном, стали стучать и ломиться обнаружившие потаённый проход инквизиторы.

— Скорее! — Толкнула Лимфа свою дочь в лапу демона.

— Мама, что происходит?! — Спросила растерянная и напуганная Детройа.

— Всё будет хорошо. — Мама поцеловала на прощанье её в лоб. — Помни. В каком бы мире и теле ты ни оказалась, ты не одинока. И когда ты наберёшь достаточно сил, то ты обязательно отомстишь всем своим врагам и возвысишься.

— Мама…

— Беги. — Лимфа отпустила дочь и в последний раз пронаблюдала, как её забирает к себе в зеркало демон. И как маленькая детская ручка утопает во мрак.

Когда же портал закрылся, она пустила скупую слезу и развернулась в сторону напавших на них инквизиторов церкви. Она стала принимать свой истинный облик повелительницы мёртвого ветра, превратившись в антропоморфное облако дыма и золы.

Как только инквизиторы выломали дверь, со скоростью ветра Лимфа пролетела сквозь их ряды на поверхность. Дым из которого она состояла, вызывал почти моментальное разложение и иссыхание плоти, от него лопались глаза, а при вдохе лёгкие затвердевали подобно бетону.

Выбравшись на поверхность, она прошлась ядовитым облаком по рядам противника, убивая их как можно больше. Но и против этого у инквизиции были козыри. Шесть жрецов верховного бога встали в круг и сколдовали заклинание "Развеять тьму". Появившийся шар света метр диаметром, устремился прямо в центр ядовитого облака. Яркая вспышка и от бывшей повелительницы усопших осталась только золотая пыль.

Инквизитор Кулекус после боя ходил по территории поместья бывшего барона, осматривая и оценивая потери, а также проверяя местность на наличие одержимых. Подойдя к своему помощнику, он завёл с ним разговор.

— За этот день погибло сто тридцать семь новобранца и тридцать шесть уже опытных солдат. — Его голос был беспристрастен, однако руки, сжавшиеся в кулаки, выдавали его эмоции. — И это прямо под носом у императора! Как мы вообще допустили такое? И чему вообще сейчас обучают новых адептов, раз они даже от стрел защититься не могут?

— Командир. — Спокойно сказал его помощник. — Этот призыватель не был одним из тех демонических ничтожеств, с которыми любой неуч с палкой справится. Судя по их силе они уже лет двести тут жили и развивались. Как раньше не нашли, наверное, даже Аргон не знает. Ну или нам пора проводить чистки среди наших разведчиков.

— У них там вроде ещё дочь была. — Вспомнил Кулекус. — Где она? Я что-то её не видел в бою.

— И не увидим. — Ответил ему его помощник. — Мы в подвале обнаружили алтарь с призывательским кру́гом.

— Веди! — Потребовал инквизитор и уже через три минуты они стояли в подвале.

Кулекус присел поближе к кругу и потрогал его пальцем.

— Вы знаете, для чего он? — Спросил помощник.

— Призыв хозяина печатей. — Ответил командир, вспоминая, как однажды встретился с ним, в погоне за одним демоном в другой мир, откуда он и раздобыл своё секретное божественное оружие, о котором его до сих пор расспрашивают высшие апостолы и жрецы с паладинами. — Если это то о чём я думаю, то наши дела плохи.

— Она сбежала?

— Да. И если она сбежала туда, куда я думаю, то… — Он резко замолчал, чуть не сболтнув лишнего. — Прикажи нашим демонологам вычислить по этому кругу куда она могла попасть.

— Но господин! Это же запретная магия!

— Плевать! Во имя Аргона найдите её! Пока она сама не нашла нас!

Глава 2 Горелый

"ДЗИИИИНЬ"

— Продолжим на следующем уроке. — Русичка села на стул и закрыла классный журнал. — Староста забери журнал.

— О! Наконец-то! — Сказал кто-то из заднего ряда.

— Какой урок следующий? — Спросил Ярик, сидящий прямо передо мной.

— Ты дебил? Это последний. — Ответил ему Вадим, сидящий рядом.

— А, сорямба.

— Слы, Толян. — Тяжёлая рука Фомы упала на плечо Толика. — Ты куда щя?

— Домой. — Ответил он.

— Ясн. Давай тогда. — Фома протянул руку Толику.

Паша, по прозвищу "Горелый", отстранённо слушал разговоры своих однокласников, продолжая складывать тетрадь с учебником. Мысленно он надеялся, что сейчас к нему никто не пристанет и не подколет, зацепившись за слово. А даже если и так, то ничего. Ему не привыкать. Всю жизнь над ним издевались и будут издеваться ещё три года минимум.

Закончив собираться, он огляделся, чтобы убедиться, что опять он уходит последним. Закинув рюкзак и попрощавшись с русичкой, он отправился к раздевалке, где, взяв сменку, вышел на улицу. Поскольку сейчас было начало мая, солнце грело и светило. Стояла безоблачная погода. Школьники, у которых закончились уроки стали уходить домой, и Паша последовал за ними. Всё, что надо было — лишь дойти до остановки, сесть в сорок девятый автобус, через шесть остановок выйти и пройти ещё 50 метров до дома. Всё ведь просто…

— Эй, Горелый!

Из-за угла дома вышла шайка из трёх человек. Влада, Юры и Макара.

— Ну здоров, Паштет. — Первый заговорил низкий и худой Юра. Чью лицо не было обезображено наличием интеллекта. — Чё, думал свинтить от нас? Твоих корефанов?

Паша ничего не ответил. Он просто не знал и боялся, что если что-то скажет, то его и так не слишком привлекательное лицо станет ещё хуже.

— Ну так чё? Куда топаешь? — Это спросил чуть выше Юры, Макар. Тоже не особо умный на вид, и если говорить откровенно — дрыщ, как и Юра. Только Влад более-менее нормально сложен. А сам Паша, увы, массой мышц тоже особо не отличался.

— Домой. — Это всё, что мог сказать он.

— А. Ну да. Куда ж те с такой рожей-то ходить? Крюгер мля. — Влад плюнул прямо ему в ботинок. — А ты-де живёшь-то?