Незнакомка в ночи - Мартин Ронделл

Ее губы медленно скользнули вниз к его животу, и кончик бархатистого язычка слизнул солоноватые капельки пота с кубиков его пресса, пока ловкие женские пальчики расстегивали ему ремень и брюки. Он привстал на коленях, позволив стянуть их с себя, и выпущенный на свободу заметно окрепший член буквально уткнулся ей в лицо.

Ведомая любопытством и подталкиваемая неким открывшимся в ней инстинктом, она осторожно смяла в ладошке мошонку и прикоснулась губами к твердому стволу. Хотя, будучи скромницей, она никогда такого не делала, да и попросту не умела. Глубоко набожные родители всегда внушали ей, что секс всего лишь суровая необходимость для продолжения рода, кара божья за первородный грех. И наслаждаться им, а тем более трогать, ласкать или просто любоваться мужскими гениталиями, это жалкий удел падших женщин, продающих свое тело мужчинам, а душу дьяволу. Но, как известно, запретный плод сладок и как бы она ни старалась быть послушной дочерью и как ни боялась стать одной из падших женщин, она все же жадно наслаждалась про себя каждый раз, когда позволяла себе редкий секс с мужем, боясь, что тот это заметит. Может, потому-то Бог так и не наградил ее ребенком, а муж оказался в чужих объятиях.

Хотя она так и не посмела ни разу даже взглянуть в сторону греховного места мужчины, тем паче прикоснуться к нему или приласкать, даже когда муж намекнул об этом в их первую брачную ночь. Сексом они всегда целомудренно занимались в полумраке ночи, либо под простыней.

Наверное, поэтому она сейчас столь страстно накинулась с жадностью умирающего от жажды в пустыне путника к этому источнику греха. И нежность со старательностью ее прикосновений компенсировали всю неумелость ее ласок. Она гладила и сжимала его в руках, целовала и облизывала как леденец и один раз, набравшись решимости, даже взяла в рот, чувствуя, как пульсировал он внутри и щекотал ей нёбо и щеки. И это ей так понравилось, что не хотелось останавливаться, когда он взял ее за подбородок, задрал голову, поцеловал и опрокинул навзничь.

Скинув парой ловких движений брюки, он прижался к ней всем телом, запрокинув ей руки за голову. Она почувствовала, как он осторожно вошел в нее и их промежности медленно сомкнулись в своем роде поцелуе. Неотрывно глядя на нее, он все энергичнее работал бедрами, буквально сжигая ее тело изнутри.

И когда казалось, что конец уже близок, он вдруг замедлился, почти остановился, заглушив ее разочарованный стон, поцелуем, чтобы после очень короткой передышки начать все заново.

Он еще дважды делал так, заставляя ее тело сгорать все сильнее, когда все же довел дело до конца. Едва дыша лежа с закрытыми глазами, она почувствовала, как он наконец-то буквально изверг вулканом в нее свое теплое семя.

И еще долго она просто лежала, наслаждаясь его присутствием внутри нее…

Она проснулась, едва первые лучи рассвета пробились в окно, и обнаружила, что лежит в обнимку с незнакомцем, сложив голову ему на грудь. Он крепко спал, обняв ее за плечи, и она вдруг осознала, что нежно гладит пальчиком кубики его пресса, любуясь его телом. Пожалуй, впервые в жизни она не чувствовала себя испачканной после секса и ей не хотелось сразу пойти искупаться. Напротив ей хотелось сохранить на себе запах его тела, его пота. Она познала всю сладость греха и ни сколько при этом, не раскаиваясь в нем.

Она осторожно, дабы не разбудить его, высвободилась из его объятий и встала с кровати. Тихонько оделась и собрала вещи. Взглянув на обнаженное тело своего спящего незнакомца с неясным щемящим сердце чувством, будто зная, что больше не увидит его, она тихо ушла, прикрыв за собой дверь.

III

Увидев старшую сестру, жившую заграницей и с которой не встречалась уже больше года, у порога своего дома, она несказанно обрадовалась. Сестры восторженно завизжали обнявшись.

– Какими судьбами? – спросила она. – Надолго приехала?

Более непохожую старшую сестру ей трудно было бы пожелать. Красивая голубоглазая блондинка с пышной грудью, которую она любила демонстрировать, надевая кофты и платья с неприлично глубоким декольте, в свои сорок два года все еще пользовалась успехом у парней вдвое моложе ее самой.

– Недели на две, – ответила сестра, проходя в гостиную. – У Ларса тут какие-то дела по бизнесу.

Сестра любила и обожала своего мужа Ларса, успешного бизнесмена из Дании, что не мешало ей, однако, вовсю гулять с другими мужчинами, и чем моложе, тем лучшее. «Я отдала свое сердце ему на долгосрочное хранение, а телом я волна распоряжаться, как пожелаю» – любила она повторять с улыбкой. Что-то подсказывало, что ее муж прекрасно был осведомлен обо всех ее похождениях и при этом сам не отставал от нее. Вот такой свободный брак и при этом они искренне любили друг друга почти десять лет.

– Вы где остановились? – спросила она. – Можете пожить у меня.

– Да нет, Ларс арендовал коттедж тут неподалеку, – отказалась сестра. – Так что буду приходить к тебе каждый день, пока мой муженек улаживает свои дела.

– Вот и отлично, – обрадовалась младшая сестра. – У меня столько чего есть рассказать тебе.

Раздав целую кучу привезенных подарков и поделившись новостями из своей жизни, сестра спросила:

– У тебя есть чего выпить? А то после всех этих перелетов и дорог у меня сухо во рту, как в пустыне.

И они отправились на кухню.

– Ты как-то изменилась, – сказала сестра, внимательно разглядывая ее, сев на высокий табурет. – Выглядишь по-другому.

Младшая сестра достала початую бутылку мартини из шкафчика и налила два бокала.

– Я жду ребенка, – радостно сообщила она.

– Замечательно, – порадовалась старшая сестра, отхлебнув из бокала, но, памятуя о прошлом, спросила слегка обеспокоено. – Все в порядке?

– Срок одиннадцать недель, – сказала младшая сестра, – и доктора говорят, что малыш развивается очень хорошо.

– Поздравляю, – и старшая сестра подняла бокал за здоровье малыша. – Твой благоверный супруг должно быть счастлив.

Младшая сестра смущенно отвела взор.

– Не может быть! – удивленно усмехнулась ее сестра, догадавшись. – Ты завела кого-то на стороне?

– Мы с мужем расстались, – сообщила она. – Развод в процессе.

– Ты правильно сделала, что выгнала своего кабеля, – поддержала ее старшая сестра.

– Ты знала, что он изменял мне? – вдруг поняла она.

– Догадывалась, – кивнула сестра. – Он и передо мной вилял своим хвостиком до того, как женился на тебе.

– Почему же ты не сказала мне об этом тогда?

– А ты бы мне поверила?

Она была вынуждена признать, что вряд ли тогда поверила бы сестре, посчитав, будто та завидует ей. Дело в том, что сестру в семье все считают взбалмошной и ветреной. Хотя в детстве родители возлагали свои основные надежды именно на старшую красавицу дочь. Но видимо роль послушной дочери оказалась не для нее, равно как и прилежной жены, и уже в семнадцать лет она сбежала из дома с каким-то байкером, успев с тех пор трижды выйти замуж и дважды развестись. Вот и пришлось младшей сестре нести бремя послушания и прилежания.