Незнакомка в ночи - Мартин Ронделл

Она опорожнила стакан одним залпом, чувствуя как его содержимое, согревая, растекается по телу. Мужчина тут же налил ей новую порцию из бутылки на столике.

Она чувствовала, как он буквально буравил ее взглядом, не отводя глаз. Ощущая какое-то необъяснимое смущение, она старалась не смотреть на него.

Она весьма смутно помнила, как долго бродила до самой ночи по улицам, после того как ушла из дома, обливаясь горючими слезами. Как затем ее едва не сбила машина и, как вот этот самый незнакомец привез к себе домой, отвел в ванную, велев снять мокрую одежду, и хорошенько обсушится полотенцем, дав свой халат. И она так и сделала, и вот теперь, умывшись и немножко придя в себя, сидела в чужой гостиной, закутавшись в мужской халат. Правда, снять промокшее нижнее белье она не осмелилась, и теперь оно неприятно липло к коже.

Молчание затягивалось и надо бы что-то сказать, но он продолжал молчать, изучая незнакомку. Складывалось впечатление, что у нее в одночасье рухнул весь знакомый мир и по опыту он знал, что таких людей не надо торопить. Если пожелает она сама все расскажет в свое время.

Так они и молчали.

– Поцелуйте меня, – вдруг совсем тихо сказала она.

Однако казалось, это предложение нисколько не смутил его.

– Вы этого действительно хотите? – спросил он через паузу, сделав глоток из стакана.

Она молча кивнула, опустив глаза.

– Вы не похожи на женщину, способную совершить глупость, – сказал он, глядя на нее. – Стоит ли делать то, о чем потом будете жалеть?

– Вы правы, это глупо, – В ее голосе звучала обида, приправленная легким смущением.

Она одним глотком допила виски, поставила стакан на столик и молча направилась за своими вещами. Он тоже встал и, перехватив ее за руку, притянул к себе. Допив не спеша виски, также поставил стакан на столик и обнял ее.

– Некоторые глупости иногда стоит совершать, – он обнял ее за талью, склонившись над ней, и их взгляды встретились.

Ее ярко серые глаза смотрели на него снизу вверх испуганным взглядом нашкодившего ребенка, ждущего, что его сейчас начнут ругать, а тело мелко дрожало под его руками. Она позволила коснуться своих губ в осторожном поцелуе, но тут же отвели их в сторону. Тогда он нежно взял ее за подбородок и, ободряюще улыбнувшись, снова сомкнул уста.

О да, он умел целоваться! Еще никогда ей не было так хорошо от одного лишь поцелуя. Ее губы сами тянулись к нему и не желали отпускать. Она растаяла как последний снег, уступающий жаркому натиску весны. Она не заметила как, закрыв глаза, обняла его за шею.

Не размыкая губ, он подхватил ее на руки, понес в комнату и неожиданно кинул не оказывающую никого сопротивления женщину на кровать. Вскрикнув в полете, она мягко плюхнулась на пружинистый матрац широченного ложа.

Мужчина же опустился на одно колено у края кровати и стал стягивать с нее босоножки. После чего, взяв ее левую лодыжку начал покрывать ступню поцелуями. Медленно, медленно его губы и пальцы поднимались по ноге, словно влажная змейка. Вот они достигли тонкой голени, миновали изящное колено и перешли на внутреннюю сторону пухлого бедра, заставляя ее тело вздрагивать все сильнее с каждым прикосновением.

Его пальцы диверсионным отрядом закрались под распахнутые полы халата и стянули розовые трусики. Приподняв кверху ей ноги, он стремительно снял эту лишнюю деталь одежды и небрежно швырнул ее куда-то себе за спину. Присев на кровать он бережно взял в руки теперь уже правую ножку и стал покрывать гладкую кожу поцелуями, вновь медленно продвигаясь вверх. Он чувствовал, как дрожала каждая клеточка ее тела, и видел краем глаза, что грудь ее вздымалась все учащеннее.

Когда его уста вновь достигли внутренней стороны бедра, женщина почти непроизвольно развела в коленях полусогнутые ноги, приглашая в свою сокровищницу, в которую грех не заглянуть. Не долго думая, он припал к этому источнику жизни и кучерявые волоски небритого лобка щекотали ему нос, в то время как кончик его языка неудержимо плясал, заставив ее тело вздрогнуть.

Женщина, прикусив губу в попытке сдержать рвущийся наружу стон, схватила его голову за волосы, то ли желая, чтобы он прекратил, то ли, наоборот, не останавливался. Ее изголодавшееся по ласкам тело не выдержало и изогнулось, испустив тихий стон, а колени сжали его плечи.

Однако блаженство длилось слишком недолго. Лизнув в последний раз, он стал целовать низ ее живота. Ощущение его жаркого дыхания и теплых влажных губ на коже заставило ее живот невольно втянуться, и по всему телу к голове пробежала волна мурашек, когда кончик его языка увлажнил ямочку пупка.

Не прекращая покрывать ее поцелуями, он развязал пояс халата и раздвинул полы, продвигаясь к холмикам небольших грудей. Вынув из чашечки лифчика одну из них, он сжал ее в правой ладони и жадным младенцем припал губами к темно-розовому набухшему соску. Он играл и щекотал кончиком языка сосок лишь какие-то мгновения, но этого хватило, чтобы она затаила дыхание. Затем, поцеловав впадину между двумя холмиками, он перешел к другой груди. И все это время его ладони ласкали, сжимали, гладили ее не слишком большой бюст.

Наигравшись вдоволь, мужчина перешел к ее шее и, наконец, его уста достигли конца своего долгого путешествия и сомкнулись с ее губами в жадном поцелуе.

Женщину захлестнули одна за другой огромные волны, и она почувствовала себя маленькой соломинкой в этом бушующем море страсти. Боясь потонуть и захлебнуться, она обхватила его за шею, словно за спасательный круг, всецело отдаваясь в его объятия.

Мужчина сел на пятки, притянув ее за собой. Она сильнее прижалась к нему, уткнувшись в шею, в то время как его губы нежно покусывали мочку ее левого уха.

Скинув с нее халат, он стал расстегивать лифчик и целовать ее в шею, переходя к обнаженному плечу.

О, боги! До чего же это было приятно! Она многое отдала бы за то, чтобы это продолжалось вечно. И даже когда он слегка покусывал ее сначала в шею, а затем в плечо, она вдруг осознала, что еще никогда никто не ласкал ее так грубо и в тоже время нежно. Даже ее муж. Впрочем, сейчас ей было слишком хорошо, чтобы вспоминать о муже. Она была вся во власти этого незнакомца, а ее плоть в рабстве его желаний.

Она инстинктивно попыталась прикрыть грудь, когда он скинул с нее лифчик, но он взял и развел ее руки и, слегка откинув ее назад, придерживая за спину своими крепкими объятиями, продолжил, целуя ее грудь и лаская кончиком языка соски. Затем притянул обратно к себе и вновь припал к ее губам.

Тут женщина разорвала на нем рубашку, сорвав пуговицы и обнажив мускулистый торс. Обняв его за плечи, она стала нежно целовать его грудь, чувствуя, как напрягаются его накачанные мускулы, и как он слегка вздрогнул, когда она куснула сосок.