Положительная нота - Ольга Дервиш

– А курить тут можно? – Светка была заядлой курильщицей.

– Курить нигде нельзя, тебе ли не знать, – отозвалась Марина. – На улицу выйдешь.

– Придется… – вздохнула подруга.

Сдав в гардероб легкие куртки, девушки прошли в зал, где было уже тесно от танцующих и выпивающих посетителей. Неширокий танцпол находился как раз между двумя барными стойками.

– Ого! Да тут аншлаг! – удивилась Ксюша.

– Сегодня везде аншлаг! Пятница! – многозначительно заметила четвертая подружка Лина. – Столица веселится! – вспомнила крылатую фразу.

– Понятно, – Ксения как-то растерялась от такой толпы. Непривычно. Кругом незнакомые и не очень трезвые люди. Даже страшно слегка.

Боясь задеть кого-либо, чтобы в ответ не прилетел чей-нибудь кулак или локоть, Ксю пробралась к бару, но стулья оказались все заняты.

– Чего ты заоглядывалась, – поддела ее Света, прокричав на ухо. – Мы танцевать пришли, а не сидеть. Сейчас только по бокальчику хряпнем, и понеслась!

– Может, сразу бутылку взять? Чего на бокалы размениваться? – подскочила Марина.

– А мы все будем одно и то же?

– Думаю, стоит продолжить тем, что пили в кафе.

Общими усилиями было решено заказать бутылку белого вина. Перед Ксюшей выросло четыре бокала, бармен – Витя, судя по бейджику – орудовал штопором.

Глотнув из бокала, девушки поставили их на стойку и отвернулись, чтобы забыться в танце. Ксения посмотрела на напитки: бокалы почти полные, вдруг кто-то возьмет и выпьет? Или бармен, подумав, что пить больше не будут, уберет посуду?

Светка дернула Лесину за рукав, повернув ту к их кружку. Показав за спину с немым вопросом, Ксю услышала объяснение, что никто ничего не возьмет, можно не переживать. Все оставляют.

Чуть успокоившись, девушка влилась в танцевальную музыку.

***

Илья поставил трек и быстро подготовил следующий. Есть три минуты отдохнуть.

Жарко… Промокнул салфеткой вспотевшую шею, сглотнул вязкую слюну.

Дав знак бармену внизу, чтобы принес что-нибудь холодное – смочить горло, парень взглянул на толпу. Разглядывать посетителей было второе любимое занятие на этой работе, после музыки.

На танцполе было тесно. Давненько он такого не видел. Видимо, осенний моросящий дождь заставил людей забыть об отдыхе на свежем воздухе и погнал народ по заведениям.

Несколько человек у правой стойки уже «готовы». Но пока сидят, не падают. Иначе охрана уже сработала бы.

Отметил, что сегодня больше девушек, чем парней. Заметно больше, хотя обычно – примерно поровну.

Речь ухмыльнулся и отметил про себя в уме поставить пару чисто «женских» композиций. Ему всё равно, а девочки повизжат от восторга, как бывало обычно.

У левого бара взгляд зацепился за светящиеся неоном белые брюки. Девушка как-то сдержанно переминалась в такт и постоянно оглядывалась на бар. Странная. Скованная какая-то. Не пьет, поэтому не может расслабиться?

Будто в ответ на его озадаченность ее рука потянулась к одному из бокалов с вином на стойке. Незнакомка сделала внушительный глоток сразу на полбокала. Пьет…

Хмыкнув, Илья снова отвлекся на пульт. Скоро напарник придет отпустить его на небольшой перерыв для кофе и сигареты. Илья не курил, но проветриться не мешало бы.

Глава 3

Ближе к трем часам ночи Ксюша все-таки застолбила себе барный стул. Танцевать с непривычки уже не могла – устала. Кроме того, какой-то подвыпивший «кадр» пытался пристроиться к ней со спины в недвусмысленной позе. Стало неприятно и девушка решила, что сто́ит отсидеться и прийти в себя.

Марина рядом тоже полулежала на стойке, прилично набравшись виски с колой после того, как допили бутылку вина. Света и Лина всё еще работали локтями в зажигательном танце, строя глазки всем ближайшим парням.

– Займи, чтобы никто не сел, – прокричала в ухо подруге Ксю. – Я в туалет.

Марина кивнула и заползла на стул.

Света увязалась в напарницы. Как известно, в горящую избу женщина может войти в одиночку, а в туалет нужно идти исключительно с подругой.

– Ну, как ты? – участливо поинтересовалась Светлана. – Не жалеешь, что выбралась?

– Нет, – улыбнулась Ксю. – Все хорошо.

– Никого себе тут не присмотрела? – подмигнула подруга.

– Никого не надо мне. Я пришла отдохнуть, а не охотиться. – Достала из кармана брюк телефон, посмотреть на время и увидела пять пропущенных вызовов. Нахмурилась: мама…

Поднимаясь с подвального этажа, где находились «комнаты отдыха», Ксения нажала на вызов. Только не услышала даже гудков – слишком громко звучала музыка.

Озадаченно взглянув на подругу, показала, что ничего не слышно, и поспешила к выходу из помещения на улицу. Света поплелась за ней – покурить.

У дверей, занимая проход, стоял парень, весь в черном, переговариваясь с охранниками и чему-то улыбаясь.

– Разрешите, я пройду? – положила руку ему на спину, слегка подталкивая в сторону.

Парень нахмурился и резко повернулся к ней лицом. Черный, почти как его капюшон, взгляд впился ей в лицо, прошелся по прическе, кольнул глаза в глаза и остановился на губах. Ксюша даже пальцы к ним поднесла, но поздно вспомнила, что только что подкрасила их блеском, и подушечки стали липкими.

Посмотрела на руку.

Парень все-таки отодвинулся, давая ей пройти, но она спиной чувствовала наблюдение. Поспешила выйти наружу.

– Ого! Какой мальчик! Ты видела, как он на тебя посмотрел!? – У Светы загорелись глаза.

Ксю не обратила внимания на провокационный вопрос. Уже слушала гудки.

– Мама? Что…

– Где тебя носит? – перебила родительница. – Я, черт знает, сколько раз уже тебе звонила!

– Я же говорила тебе, не надо меня ждать! Вернусь, когда нагуляюсь.

– У Евы жар. Тридцать семь и три.

Ксения закрыла глаза рукой, опустила голову.

– Дай таблетку. Я сейчас приеду.

– Не буду я ничего ей давать! Приезжай сама и давай! Я не знаю, какую.

– Мама, парацетамол, какую еще!

– Я сказала, возвращайся. Погуляла и хватит. Жду! – повесила трубку.

Света дернула за рукав:

– Что случилось? Ева?

– Да, температура ни с того ни с сего… Я поехала…

– Погоди! – возмутилась подруга. – Ты раз в сто лет куда-то выбралась и по одному звонку собралась вернуться? Ничего не случится без тебя. Сейчас она таблетку ей даст, ты больше ничем не поможешь.

– Она и таблетку, сказала, давать не будет. Меня ждет.

– Вот же ж… – расстроилась Калугина. – Смотри сама, конечно… Тебе виднее. Но мне кажется, у твоей мамы просто свербит, что ты в кои-то веки решила погулять.